Летописи вечной войны (СИ)
– Мы выдержим в лучшем случае еще пару штурмов, – мрачно констатировал кардинал, и Фиделис не нашел что возразить.
Он отлично представлял, что случится, когда орда Хаоса ворвется в город. Фиделис читал немало материалов о таких осадах, видел их последствия – залитые кровью улицы, «разукрашенные» человеческими внутренностями здания, сотни людей, распятые на восьмиконечных звездах, оскверненные храмы…
Инквизитор сжал кулаки. Нет уж. Этого он не допустит.
Фиделис резко повернулся и двинулся прочь со стены.
– Куда вы? – удивленно окликнул его кардинал.
На язык просилось «молиться», но Фиделис не мог заставить себя произнести такую ложь. Потому лишь коротко бросил:
– Размышлять.
Как оказалось, знак все еще горел в его памяти, а на твердость руки инквизитор никогда не жаловался. Меловые линии расчертили каменный пол колдовским знаком, и Фиделис мрачно порадовался, что почуять творящееся некому. Астропаты погибли еще при первом штурме.
Книгу он взял первую попавшуюся – некий том, посвященный машинам, то, что осталось от погибшего магоса, руководившего местной фабрике. Фиделис сомневался, что во время войны кто-то ее хватится.
Том лег в середину знака. Инквизитор помедлил, чувствуя ярое отвращение к самому себе – но перед глазами снова всплыли картины гибнущего города и сотен тысяч смертей.
С губ само собой сорвалось:
– Фаористас. Фаористас. Фаористас.
Белые линии мягко засветились, с каждой секундой разгораясь все сильнее.
– Фаористас. Фаористас. Фаористас.
От знака во все стоны поползли щупальца инея, покрывая камень ажурным морозным узором. Словно из ниоткуда подул ветер – то теплый, то холодный. Книга засияла, растворяясь в воздухе, погружаясь в камень.
– Фаористас. Фаористас. Фаористас!
И над знаком разлилось лазурно-золотое сияние, полное слов и фраз. Где-то в его глубине сияло множество глаз, мигающих и перемещающихся, полных радости, спокойствия, насмешки, внимания.
– Децим Фиделис, – пропели линии знака. – Тебе все-таки нужно знание.
– Не думай, что я соблазнился твоими посулами, демон! – гневно бросил инквизитор. – Здесь город, который может погибнуть в любую минуту! Знакомо тебе такое имя – Хадран Убийца Тысяч?
– Конечно, – протянул Фаористас. – Я знаю всех видных слуг Четверых. Так он взял вас в осаду? Сочувствую. Чего же ты хочешь от меня?
– Ты слывешь знающим, – прямо сказал инквизитор. – Скажи мне, как его убить.
Глаза в сиянии закружились по десятку спиралей.
– Почему нет? – прошептал иней. – Я скажу тебе.
Фиделис моргнул. Он совершенно не ожидал, что демон согласится так легко. Отчего…
И в этот же миг он понял.
– Ты выигрываешь в любом случае, – медленно сказал Фиделис. – Если гибну я – то Император теряет верного слугу. Если гибнет Хадран – то соперник твоего бога теряет верного слугу. Ты и твой господин все равно ослабляете кого-то из своих врагов.
Глаза в глубине лазурного тумана весело засверкали.
– Люблю умных людей, – сказал демон. – Им так приятно дарить новое знание.
Фиделис молча ждал продолжения. Ни один демон никогда не давал ничего бесплатно.
– Моя цена проста, – сказал Фаористас. – Я поведаю тебе, как убить Хадрана – а ты заберешь с его тела амулет, украшенный бронзовыми шипами и сочащийся кровью. Ты бросишь его на мой знак и позовешь меня.
– Зачем тебе амулет? – с подозрением спросил Фиделис.
– Для опытов, – рассмеялись тени на стенах. – А еще – ты примешь от меня дополнительное знание.
– Что? – опешил инквизитор.
– Я всегда добавляю это условие, – пояснил демон. – Я – Ветер Знаний, дарование их – моя суть и мое желание. Ты примешь небольшое знание, которое не будет опасно для твоего разума.
Фиделис закрыл глаза. Времени на размышления не было.
– Не стоит пытаться меня обмануть, – заметил Фаористас. – Я не смогу пройти в обычный мир, однако наш договор установит связь между нами. И знаешь, что случится, если ты нарушишь обещание?
Меловые линии заискрились сильнее, сияние словно потемнело.
– Я Ветер Знаний. Я получу твои знания, Децим Фиделис – всю твою память с момента рождения. Все, что ты знаешь о мире, о своих коллегах, об адептах Хаоса, тайнах и секретах. Абсолютно все, даже то, что ты сам забыл или не заметил.
Фиделиса пробрала дрожь. Он и в самом деле намеревался уничтожить амулет, не совершать повторный призыв… но такая плата за нарушение сделки поставила бы под удар многие сотни людей. Как минимум сотни.
Теперь было ясно, почему никто не нарушал договоров с демоном.
– Хорошо, – произнес он и твердо добавил: – Но это лишь одна сделка. Ради блага людей и ради спасения планет во славу Императора.
– Да, – отозвался Фаористас. – Я знаю.
IV
– Не отставать и не погибать! – вскричал Фиделис; силовой меч перерубил шею еретика, и из обрубка взвился фонтан крови. Инквизитор стер брызги с лица рукавом, оглянулся на своих помощников: лучшие бойцы города, собранные из Арбитрес и гвардии губернатора. Плюс остатки его собственной свиты.
Ударный отряд, чья цель – Хадран Убийца Тысяч. Последняя надежда, потому что стена уже проломлена.
Военачальник Хаоса высился впереди, вскинув к небу чей-то выдранный позвоночник, оглашая окрестности громогласным ревом. Знаки Хаоса на его броне ярко пылали, цепной меч выл, перемалывая насаженное на него сердце. Шлема он не носил, являя миру искаженное мутациями лицо и торчащие изо рта клыки.
Инквизитор со свитой ринулись вперед; план они повторили десятки раз, осталось лишь привести его в исполнение.
Первым погиб мечник из гвардии губернатора: он бросился на Хадрана, отвлек его внимание, но через миг цепной меч вошел ему в живот, разрывая внутренности и наматывая их на отточенные зубья. Воин рухнул на колени, заходясь воем от боли, и Хадран вцепился ему в горло свободной рукой, легко сорвал голову, окатив себя кровью.
Однако он отвлекся – и удар Фиделиса разнес один из знаков на его броне. Хадран отшвырнул голову прочь, моментально повернулся, и инквизитору пришлось уйти в оборону. Укрепленный Хаосом цепной меч не разлетался при столкновении с силовым полем, от недостатка мастерства Хадран тоже не страдал. Фиделису пришлось призвать на помощь весь свой фехтовальный опыт, чтобы сопротивляться, не погибнуть, задержать на себе внимание Хадрана.
Хотя бы до тех пор, пока силовая палица арбитра не разнесет второй символ на доспехах Убийцы Тысяч.
Так и случилось – и инквизитор моментально отпрыгнул назад. На доспехах Хадрана осталось только шесть знаков, и значит – настало время второй фазы.
Дружно полыхнули лазганы, грянули дробовики, загрохотали болт-пистолеты. Неважно, сумели бы они повредить или нет – главным было то, что девять человек одновременно выстрелили и поразили Хадрана.
Буквально через миг после залпа снайпер из свиты Фиделиса выстрелил сам – и луч распорол щеку военачальника. Плоть, которая ранее была неуязвима, поддалась.
Хадран замер всего на секунду, в явном замешательстве. Фиделис не дал ему опомниться, рванулся вперед – уязвимость еретика сохранилась бы лишь на пятнадцать минут. Очень мало, когда имеешь дело с могучим воином Хаоса.
Очень много, когда знаешь, что делать.
Они атаковали все вместе, стреляя и нанося удары. Хадран, осознав случившееся, сражался так, словно был истинно одержим, и не менее половины группы пало под страшными ударами, вспарывавшими плоть и отрубавшими конечности.
Но Фиделис нащупал слабину в его обороне – и силовой меч вонзился еретику в рот, вышел из затылка. Инквизитор резко дернул меч вверх и в сторону, вскрывая череп и разрубая мозг пополам.
Хадран рухнул с грохотом, от которого сотряслась земля. Над полем боя повис вой еретиков, ощутивших гибель своего военачальника; инквизитор будто видел, как падает их боевой дух, и как взмывает он же у защитников города.