Летописи вечной войны (СИ)

Пилот практически не заходит ко мне; мы виделись только в начале полета, и, возможно, увидимся, когда я взойду на корабль после выполнения задания. В обоих случаях он лишь откроет тайный отсек, подождет, пока я займу место, и уйдет.
Профессионал.
Как и я.
Я в третий раз перечитываю полученные данные, теперь обращая внимание на все мельчайшие детали. Выстраиваю в уме картину; уже сейчас можно продумать некоторые действия.
Отложив документы, я в двадцать седьмой раз проверяю оружие; для нас оно куда важнее, чем для других инструментов Империума.
Винтовка – полностью в порядке.
Пистолет – полностью в порядке.
Кинжал – тоже. У него, теоретически, выходить из строя вообще нечему.
Я поднимаю кинжал, удерживая его за навершие рукояти и смотрю на вороненое лезвие. Узкий и опасный клинок, отлично подходящий для быстрых ударов.
Из всего моего снаряжения только он – не из Храма. Память о работе, на которой я был не один.
– Без вас мы бы не справились, – инквизитор пристально смотрел мне в лицо. Маска по-прежнему скрывала мои глаза, но он был псайкером, и чувствовал эмоции. Впрочем, таких почти не было; лишь законная гордость хорошей работой. 
Я кивнул, и перевел взгляд на мертвого лидера культа Хаоса. Да, этим выстрелом стоит гордиться – в движении, по движущейся же цели, причем защищенной… и точно в голову. 
Это стоило особо сохранить в памяти. Таких моментов немного. 
Инквизитор смотрел на меня, и я понял, что надо что-то ответить. Иначе будет… а, да, невежливо. 
– Ваш дознаватель помог мне. 
Это так. С энергетическим мечом в руке дознаватель прикрывал меня, пока я не выстрелил, и убил двоих, пытавшихся дотянуться до меня оружием. Хорошо убил, почти как один из наших. 
– У вас не было оружия для ближнего боя? – поинтересовался инквизитор. 
– Нет, – покачал головой я. 
– Возьмите. 
Если он читал мои эмоции, то сейчас понял, что я был очень удивлен. На мгновение застыл, глядя на протянутый мне кинжал. 
– Зачем? 
– Чтобы не быть безоружным вблизи, – усмехнулся инквизитор. – И… это оружие для точного убийства, которое у меня получается плохо. А вам подойдет. 
Я взял из его руки клинок. Взвесил. Крутнул в пальцах. 
Представил, как можно поразить человека острием или режущим ударом. Потом прикинул варианты ударов для эльдара и орка. 
Действительно – удобно. 
– Спасибо, – слово припомнилось не сразу. 
Инквизитор кивнул – в точности, как я до того.
У нас есть номера – и есть краткие прозвища. И если номера фигурируют в документах, и Лорды Терры, желая направить определенного ассассина, называют именно номер… то прозвища известны лишь в Храме.
Правда, не все обретают прозвище сразу.
У меня, например, оно появилось как раз после того, как я вернулся с кинжалом. И теперь свои называют меня Стилетом.
Мне нравится.
Я вкладываю кинжал в ножны, и опускаю его рядом с винтовкой. Осталось еще тринадцать часов плюс-минус шестнадцать минут полета – если не произойдет ничего непредвиденного.
Четыре часа можно отвести на отдых, остальные – на окончательную подготовку.
Я ложусь и закрываю глаза.
Три.
Два.
Один.
Сон.
Люблю работать в городах; высокие здания отбрасывают густые тени, а архитекторы часто украшают стены всякого рода барельефами и фигурами.
Поэтому тут очень легко прятаться и быстро передвигаться на высоте.
Как подобраться к цели – каждый решает сам. 13-X, например, несколько раз притворялся паломником, но здесь это не сработает – паломники не прилетают на Иреат.
Но в таком городе передвигаться скрытно не так уж сложно. Правда, дополнительную маскировку все же пришлось применить; нас не привыкли видеть на улицах.
Хорошо, что я в точности знаю распорядок дня цели на ближайшее время. Кто бы не поставлял информацию, но делает он это хорошо; правда, у шпионов откровенно не хватает мастерства для убийства.
 
Конечно, если шпион – не коллега-Каллидус.
Я осматриваю массивное здание, принадлежащее Администратуму. Сюда цель придет завтра, ровно в час дня; похоже, губернатор всегда придерживается точного графика.
Это хорошо. Люблю пунктуальные цели.
Неспешно осматривая здания рядом, я нахожу шесть мест, отлично подходящих для выстрела. Продумываю пути отхода и сокращаю их число до четырех. Из них выбираю одно, наиболее удобное.
Сейчас занять позицию нельзя – вокруг слишком людно. Они не замечают моих передвижений, но если я сейчас удалю маскировку и примусь располагаться – могут увидеть. Отчет характеризует начальника охраны цели как весьма предусмотрительного.
До вероятного выполнения – двадцать один час одиннадцать минут. Просчитываю в уме несколько вариантов; лучше всего будет вернуться за двенадцать часов до работы. Этого хватит.
Тот же фильм демонстрировал странные представления о том, где ассассины размещаются на планете. Режиссеру показалось, что мы выбираем незначительного человека, убираем его и временно занимаем дом.
Глупо. Непрофессионально.
На большинстве планет Империума есть квартиры, хозяин которых связан с Храмами – так же, как и пилот корабля. Конечно, эти квартиры – лишь приют. Никакой техники, никакой помощи. Ничего, кроме того, что у нас с собой.
Логично.
Судя по движениям и выправке, хозяин иреатской квартиры служил в Имперской Гвардии. Он приветствует меня по-армейски; я отвечаю кивком.
Мы не разговариваем. Незачем. Оба знаем свое дело; его – обеспечить прикрытие, мое – сделать работу и уйти.
Города вроде столицы Иреата удобны тем, что у них есть свой ритм; днем – множество людей, ночью – почти никого. Куда хуже работать в ульях, где заранее рассчитать время невозможно.
Здесь же в час ночи улицы практически пусты, и это изрядно облегчает подготовку. Теперь остается только занять место и…
Я замираю, сливаясь с тенями.
Намеченная позиция занята. Вооруженный человек в одежде того же оттенка, что и здание.
Бросаю взгляд на другие позиции. То же самое – они заняты. Исключение лишь для одной, наименее удобной… там никого нет. Но повторный осмотр показывает: она под прицелом двоих, находящихся в стороне.
Так.
Похоже, что кто-то, осмотрев это место, сделал те же выводы – и лишил меня всех позиций для стрельбы. Умно. Любое другое место просматривается как минимум с одной из этих точек, и моя подготовка будет немедленно обнаружена.
Убрать одного из охранников и занять его место не выйдет; если я правильно оценил профессионализм их командира, то они на постоянной связи друг с другом.
Плохо. Работу здесь можно считать проваленной.
Я отступаю. Пора возвращаться на квартиру и приводить в действие следующий вариант.
У меня осталось десять дней от отведенного срока. За это время цель еще два раза будет появляться в общественных местах; остальное время проведет у себя в резиденции.
Первое появление – послезавтра, следующее – еще через два дня. В худшем случае еще остается время проникнуть в резиденцию и работать там.
Но это нежелательно.
Я закрываю глаза, стягиваю перчатку и кладу руку на лежащую рядом винтовку. Холод металла отрезвляет разум и помогает сосредоточиться.
Я начинаю рассчитывать. Проверять возможные варианты; отбрасывать бесполезные, выбирать подходящие. Почти все из того, что я сейчас разработаю, мне в этом задании не доведется применить… но это не повод, чтобы не учитывать все возможности.
«– Всегда учитывай абсолютно все, что может противопоставить тебе противник. Абсолютно все.
– А если я все же не учту чего-то одного?