У тебя есть сын (СИ)
Чайник отключается. Я ищу кружки, Яна шарится по шкафам в поисках пакетиков чая.
- Где чай?
- Да я сам не знаю… Попросил помощницу все купить, она же и разложила по полкам.
- А, может, у тебя какао есть?
- Не у меня, а у нас, - поправляю я. - Вряд ли.
Яна забирается на табуретку и рыскает по верхним полкам.
- Нету…
- Хочешь, я сгоняю в магазин?
- Два часа ночи!
- Ну и что. На углу круглосуточный супермаркет.
- Кир, не надо. Я чай нашла.
- Есть сливки. Тебе добавить?
- Можно.
Яна заваривает чай. Я достаю кокосовое печенье.
- Тоже помощница купила? - спрашивает Яна.
- Это я сам. Для тебя.
- Помнишь?
- Помню.
Яна улыбается. Она радуется этому печенью больше, чем сережкам с бриллиантами…
Какой я молодец, что купил его! Конечно, я не забыл, что оно ее любимое.
Вчера у нас не получилось романтичного вечера. А сегодня… Кто знает... Мы снова в полутьме. За окном светит та же самая луна.
Яна в милой сексуальной пижамке, сидит напротив меня с кружкой чая, такая уютная и родная…
- Знаешь, - начинаю я. - Мы с тобой...
Но Яна меня перебивает:
- Расскажи мне о своей девушке.
48
Кирилл
- Что? - теряюсь я. - О ком?
“Ты - моя девушка”, - хочу сказать я. Но не говорю. Потому что очень хорошо представляю, какой будет реакция Яны на эти слова.
- У тебя была девушка. Ты сказал, что расстался с ней.
- Да. Расстался.
- Расскажи о ней, - требовательно произносит Яна.
- Но… зачем?
- Просто интересно.
- Ну… Она…
Блин, я не знаю, что говорить! Что Яна хочет услышать?
Что моя бывшая не стоит ее мизинца? Что я не любил ее? Что расстался с ней сразу, как только понял, что по-прежнему схожу с ума от Яны?
Все это неправильно. Весь этот разговор!
И я чувствую, что говорить сейчас что-то плохое про Катю тоже не будет правильным.
- Мы познакомились на Кипре. Она программист. Она…
- Красивая?
Блин.
Вот что можно ответить на этот вопрос? Нет? Да? Не такая красивая, как ты? Что бы я ни сказал, это будет использовано против меня. Поэтому данный вопрос я игнорирую. Просто говорю:
- Она хорошая. Но мы расстались. В тот вечер, когда я забрал тебя из клуба.
- Она готовила тебе ужин, ждала. Называла зайчиком. А ты приехал и бросил ее, - задумчиво произносит Яна.
- Откуда ты…
- Прочитала эсэмеску.
Понятно. Теперь понятно, почему в тот вечер настроение Яны так резко изменилось.
Но зачем она сейчас об этом вспоминает? Это какая-то садистская пытка!
Для нас обоих.
- Это было непросто, поверь. Я не хотел делать ей больно. Но…
- Но? - Яна смотрит вопросительно.
- Я встретил тебя. И понял, что у нас с Катей…
- Что?
- Ничего. Здесь, - я кладу руку на грудь, - тихо и пусто.
- У нее тоже пусто?
- Ян, давай не будем…
- Будем. Я хочу все прояснить.
Но больше она не задает вопросов о Кате, хотя я приготовился к худшему.
Мне кажется, Яне самой неприятно об этом говорить. Тогда зачем говорит? Зачем расспрашивает?
Хотя… я могу это понять.
Я бы тоже хотел знать. Мне тоже хочется ее спросить...
Но я не успеваю сформулировать свой вопрос. Яна меня опережает. С новой порцией садистских пыток.
- Кто еще был у тебя за эти три года?
- Ну и вопросики у тебя в два часа ночи!
Я аж покрылся испариной, поймал тахикардию и начал заикаться.
- А что плохого в моих вопросах? У нас же разговор по душам. Ты против того, чтобы поговорить откровенно?
- Я? Да я… Я не против откровенности. Но…
- Ты говорил, что не был монахом. А можно поподробнее?
Нельзя!
Но придется что-то сказать.
- Ну, когда я приехал на Кипр, я был… как бы это сказать… в депрессии. Пробовал даже бухать, но это мешало работе.
- Я тебя не об этом спросила, - перебивает Яна.
- Всякое было, - как под дулом пистолета отвечаю я. - Разные девушки. Временные. Это ничего не значило для меня.
- Понятно. Просто лечился от депрессии.
- Ну, типа того. Отвлекался.
- Сколько их было?
- Яна!
- Сколько?
- Я не считал...
- И как, получилось отвлечься?
- Лучше всего меня отвлекала работа. Ты знаешь, я и сам не представлял, что смогу достичь так много всего за три года. У меня был план, но я его перевыполнил.
- Молодец.
- Больше чем два раза, - добавляю я, радуясь, что так удачно сменил тему.
Но потом меня начинает грызть зубастый червяк ревности.
Яна замучила меня крайне неудобными вопросами… У меня тоже есть такие!
- Раз у нас откровенный разговор, я тоже спрошу. А у тебя кто был за эти три года?
- У меня?
Яна смотрит на меня сонными глазами. Зевает, прикрыв рот ладошкой. И выдает:
- Спать хочу. Завтра рано вставать...
Она поднимается и идет к двери.
- Так нечестно! - вырывается у меня.
- А кто говорил, что будет честно?
Яна
Я не знаю, зачем я задавала все эти вопросы.
Это было глупо. Больно. Бессмысленно.
Но я не могла остановиться. Это как ковыряться в едва зажившей зудящей ране. Знаешь, что не надо этого делать, что будет только хуже. Но все равно ковыряешь…
Меня и так мучила бессонница, а теперь вообще сна ни в одном глазу. Ворочаюсь с боку на бок. И умираю от желания броситься в комнату Кира и придушить его подушкой.
Он, видите ли, не был монахом... Он улетел на Кипр, и у него было столько девушек, что он сбился со счета…
А я в это время ходила беременная. Одна.
Да, у меня были друзья. И они меня поддерживали. Но это вообще не то! Одно дело идти на первое УЗИ с подругой, и совсем другое - с отцом своего ребенка.
И когда из роддома тебя встречают друзья… И медсестра спрашивает: кто из вас папа? А ты говоришь: у нас нет папы.
Сколько у меня было таких моментов!
А Кир, видите ли, в это время был в депрессии. Как это по-мужски! Пытаться забыться в алкоголе и беспорядочных связях.
У меня, может, тоже была депрессия. Н я не могла себе позволить забыться!
И после всего этого он хочет, чтобы мы снова…
Нет, умом я понимаю, что мы оба виноваты в том, что так глупо расстались. Мы оба и Роберт. Я постоянно себе это напоминаю.
Но все равно злюсь на Кира.
Может, потому что уже привыкла к этой злости за три года…
Может, пора отвыкать? Кир явно хочет наладить отношения.
Мне показалось, он хотел сказать что-то о своих чувствах, когда я перебила его и задала неприятный вопрос.
Но я не готова это услышать!
Я не знаю, что я к нему сейчас чувствую. Какой-то сгусток противоречивых эмоций. Очень сильных. Разрушающих. Не дающих мне уснуть…
И я не знаю, что ко мне чувствует Кир.
Они и сам не знает, я уверена! Даже если напридумывал себе невесть что. Слишком рано говорить о чувствах. Мы слишком далеки друг от друга.
Сегодня Кир был такой растерянный... А я испытывала странное удовольствие, видя, как он краснеет, бледнеет и заикается.
А какие у него были глаза, когда я сказала, что ухожу спать, вместо того, чтобы ответить на его вопрос...
Пусть мучается ревностью!
Ему же и в голову не может прийти, что за эти три года у меня не было ни одного мужчины…
49
Кирилл
В обед я набираю Яну в надежде, что у нас получится вместе перекусить.
Длинные гудки.
Пробую снова. Теперь абонент недоступен…
Через десять минут упорных, но безуспешных попыток я раздраженно швыряю телефон в сторону.