Князь государственной безопасности (СИ)
Но если меня не интересовало содействие в бою, то почему мне было не, скажем грубо, наплевать на чувства и эмоции Алисы? Дружба? Вряд ли, я знаю её всего несколько дней. Что-то иное? Я окинул взглядом стройную фигуру шагавшей впереди девушки и усмехнулся сам себе. Нет, конечно, капитан была красива, но я знал себя и свои вкусы. В момент важного противостояния, я никогда не думал о низменном, ведь это могло без преувеличения убить и меня, и ту, о ком я думал. Это, кстати, не говоря о том, что Алиса не особо-то соответствовала моим вкусам — не люблю девушек, которые прячут женственность за мужскими костюмами.
«Ага, ну да, вот и начались копания в деталях,» — иронично заметил внутренний голос, — «Напомнить, что чаще всего скрывается за желаниями слишком пристально концентрироваться на мелких деталях внешности? Уж точно не отсутствие интереса»
Нет, не надо напоминать. Ведь, как я уже сказал, сейчас нам не до эмоций и их оценки. Перед нами с Алисой стоит совсем другая задача и надо посвятить себя её выполнению целиком, не отвлекаясь на… всякое.
* * *Пригорок, на котором Алиса решила сделать последнюю остановку, оказался интересным местом. До войны тут явно было место отдыха, где отдыхающие могли присесть на скамейку и полюбоваться солнечными зайчиками на поверхности озёрной воды или игрой света в замковых башнях. Сейчас же озеро высохло, а замковые башни, вместе с самим замком снесло до основания удачно прилетевшим снарядом. Что именно могло уничтожить комплекс такого размера, оставив вместо него глубокий кратер воронки, которая была под двести метров в поперечнике, мне совершенно не ясно. По крайней мере, я такого оружия не знал, даже главный калибр линейного корабля Адмирал Нахимов, за работой которого мне довелось как-то наблюдать (что забавно — находясь с той стороны, по которой стреляли) не мог сотворить таких разовых разрушений.
— Ядерная бомба может, — заметила моя спутница, уже успевшая скинуть шинель.
— Никогда не слышал о таких бомбах, — покачал я головой, подходя к девушке вплотную, — Подними руки и сними рубашку.
— Твоё счастье, Стас. Это оружие слишком страшное для того, чтобы его использовать. Впрочем, от него остаются долговременные последствия, которых мы с тобой не наблюдаем, — говоря это, она выполнила мою просьбу, оставшись в одном белье.
Я быстро пробежал пальцами по бледной коже, автоматически заметив, что для кабинетной служащей у Алисы весьма неплохая форма, и прикрыл глаза, призывая силу истока. Тут разделить, тут объединить, а вот тут просто влить чистой силы — даже не раскрывая всех карт мне всегда удавалось неплохо использовать свои таланты для помощи боевым товарищам.
Вот и сейчас Алиса удивлённо ойкнула, вздрогнула и посмотрела меня новым взглядом.
— Это… сильно помогло, спасибо.
— Не за что, всё для победы.
— А ты сам? У меня правда нет в арсенале ничего настолько же эффективного, но нейростимуляторное заклятье вроде бы должно сработать схожим образом…
— Нет, не надо. Я пострадал куда меньше тебя, — осмотрев плоды своих трудов, я удовлетворённо кивнул и заявил, — Сними повязку, давай посмотрим на ту царапину повнимательнее.
Блондинка подчинилась и моему взору предстала корка запекшейся крови, воспалённой кожи и синяк, за которым было почти не видно левого глаза девушки. Мне вдруг стало очень противно от того, что такая мерзкая рана досталась ей, а не мне.
— Плохо? — спросила Алиса, видимо прочитав что-то по моему лицу.
— Нет, только выглядит паршиво, — ответил я, придавая физиономии максимально нейтральное выражение, — Кости целы, повреждений нервов нет, — это я сообщил после прощупывания, — Могу закрыть достаточно чисто, благо магия похоже в этих местах работает как надо. Правда, не ручаюсь за то, что шрама не останется. Всё-таки я занимаюсь медициной так сказать поля боя.
— Вот уж что-что, а шрам я переживу, — слабо улыбнулась Алиса, — Особенно если получу возможность видеть вторым глазом.
— Ну что ж, в таком случае… закуси вот это, — я протянул девушке резиновую рукоять десантного ножа, снятого с её же пояса, — Будет больно, сразу предупреждаю
— Потерплю — сообщила Алиса, — Уж лучше сейчас потерпеть, чем в бой без глаза идти.
— Хорошо. Но рукоять всё-таки закуси.
Девушка покачала головой, но всё же сунула рукоять в рот и сжала зубами.
Я коснулся кончиками пальцев лица девушки и сосредоточился. Сила истока поднялась от живота к плечам, протекла по рукам и устремилась в подготовленное заклятье, подгоняемая моим шёпотом. Не скрою, лечебные заклятья не были моей сильной стороной, но не потому, что мой исток к ним не располагал — скорее даже наоборот. Проблема заключалась в том, что лечение, которое я мог предоставить, было не для слабых духом. Алиса вздрогнула, сжала зубы и из её горла вырвался тяжёлый стон. Я не мог на это отвлекаться, продолжая шептать фразы на древнем языке. Девушка застонала, в уголках её глаз проступили слёзы, но попыток вырваться она не делала, даже инстинктивных. Вместе с тем, края раны начали медленно стягиваться, а отёк спадать, вместе с синюшностью. Царапины тоже закрывались. Впрочем, сама Алиса этого словно не замечала — на лице выступили бисеринки пота, глаза слезились, зубы в усилием вонзились в рукоять ножа.
И всё же она выдержала, а когда я убрал руки от её лица — смогла даже не упасть на землю, а сделав пару шагов назад, упереться спиной в дерево и сползти по его стволу. Я позволил девушке отдышаться и протянул заранее подготовленную флягу.
— Тебе нужно восстановить силы. Ты изрядное их количество потратила.
— Да… уж… — Алиса подняла руку, провела дрожащими пальцами по щеке, недавно представлявшей собой отёчное месиво, от которого сейчас не осталось даже воспоминания, кроме тонкого белого шрама, которому казалось было уже года полтора — Не думала, что это… вот так будет.
Никто не думает. Вместе с тем мой исток заживляет рану именно так, как это происходит в природе — просто все последствия на организм обрушиваются сразу, а не в течении долгого периода выздоровления. Поэтому даже лечение относительно лёгких ран может отправить неподготовленного человека на тот свет, а лечить что-то серьёзное я пытался лишь на себе и лишь один раз, потому что лечение воистину чуть не оказалось страшнее болезни. Распространяться об этом, впрочем, не стоило, тем более здесь и сейчас.
— Есть причины, по которым я прибегаю к лекарственной магии в самом крайнем случае, — «И почти никогда на ком-то кроме себя», — Мой исток… не очень хорошо для этого предназначен.
— Ты говоришь загадками… Впрочем, наверное, и правильно — тут уже многие могут слушать, — закончила Алиса на псио.
Мне оставалось лишь слегка улыбнуться, показывая, что она всё поняла правильно. Блондинка в ответ на это слегка наклонила голову и подобрала снятую одежду. Я тактично отошёл, позволяя девушке спокойно одеться, и посмотрел на разорвавшую широкое поле воронку. Когда-то тут действительно был замок — я даже узнал развалины знакомых врат, которые не раз и не два проезжал в родном мире. Только там эти врата были прекрасным трёхметровым монументом белого камня, а здесь — двумя обрубками, пришедшими в упадок явно до того, как прекрасный замок, дорогу к которому они преграждали, срыло с лица земли, оставив на его месте лишь циклопических размеров воронку с неровными краями. Хорошо хоть с пригорка было видно, что это действительно воронка, хоть и большая, но пустая, и полк мёртвых немецких мотострелков в ней не прячется.
— Повреждения и правда необычные, — заметила подошедшая Алиса, — И я тоже не представляю, что могло их нанести.
— Ну, скоро мы узнаем, так или иначе.
— В этом ты прав. Пойдём.
* * *С гребня воронки оно действительно казалось озером застывшего серебра. Только вот скорее всего люди, которые давали это название видели Зеркало с высоты птичьего полёта. Нам же довелось наблюдать его вблизи.