Не свободен! (СИ)

Наконец, дверь распахнулась. Злата вышла немного в странном состоянии. Глянула на меня, и глаза сверкнули ненавистью.
— Виолетта, можно мне кофейку? Говорят, у тебя талант, — явно с сарказмом сказала она.
— Конечно. Капучино?
— Нет, эспрессо. Без сахара!
Ну конечно, кто бы сомневался.
Уже по отлаженной схеме, совершенно не нервничая, что может не получиться, стояла и колдовала над автоматом. Злата меня рассматривала, это я чувствовала спиной. Ну что ж, я не против.
Поставила чашку на край стола.
— Пожалуйста.
Она, сверля меня взглядом, демонстративно подняла чашку и медленно вылила на документы, лежащие на столе. Не могла поверить в происходящее и с широко открытыми глазами смотрела на неё, захлёбываясь от возмущения. Она упивалась моей паникой и своим триумфом одновременно.
— Что вы делаете?!
— Ой, извини, случайно вышло.
— Да как так можно?!..
В смятении посмотрела на стол и, заметив опрыскиватель для цветов, которым недавно обрабатывала кактус, совершенно не думая о последствиях, с очень высокой амплитудой начала брызгать в лицо Злате, вкладывая в это занятие всё своё негодование. Макияж стал струйками стекать с её лица, и она завопила!
— Ах ты дрянь такая! Я убью тебя!
Ловко, несмотря на шпильки, обогнув стол, подбежала ко мне и схватила за волосы. Я бросила распылитель и последовала её примеру, хоть дотянуться до неё было не так просто из-за разницы в росте. И тут на наш крик вышел Роман Валерьевич!
— Что здесь происходит?
Я, испугавшись начальника, отпустила руки, а Злата воспользовалась этим и потащила меня прямо к нему.
— Ты только посмотри, что она сделала!
Но вопреки ожиданиям Златы, Роман Валерьевич не спешил меня наказывать.
— Злата, отпусти моего секретаря! Я вижу, что сейчас ты её калечишь! Успокойся!
Он грубо взял её за руку и заставил отпустить меня. Голова жутко болела от переизбытка эмоций и неожиданной нагрузки. Быстро ушла на своё место, чтобы присесть.
— Ты что, так это всё и оставишь?
— Хочешь это обсудить?
— Нет, я хочу, чтобы ты избавился от этой неотёсанной девки! Она чуть меня не покалечила.
— Виолетта — прекрасный сотрудник, и она меня полностью устраивает.
— Значит, так?
И она, быстро зашагав к двери, хлопнула ей так, что я аж подпрыгнула на месте. Мне было стыдно, обидно, и я боялась даже встретиться глазами с Романом Валерьевичем.
Он подошёл ко мне, и пришлось поднять на него свой взгляд.
— Виолетта, простите мою невесту, не представляю, что на неё нашло. Вы же не станете на неё заявлять в полицию?
На меня смотрели глаза, полные раскаяния и сожаления.
— Нет, не переживайте. Но на такой работе впору молоко за вредность давать.
Роман Валерьевич улыбнулся своей очаровательной улыбкой, сейчас она была с оттенком грусти. Но всё равно не могла не растопить моего сердца. И я опять поймала себя на мысли, что более правильного и очаровательного мужчины не встречала.
— Я рад, что вы способны шутить после такого…
— А что делать…
И он ушёл, оставив меня наедине с испорченными документами и настроением. Рада была, что хотя бы моя одежда не пострадала в бою.
Глава 13
Роман
Был готов взорваться от гнева. Поведение Златы здорово бесило и возмущало. Даже и тени сомнения не было, что это она затеяла драку с Виолеттой. И это уже не лезло ни в какие ворота. Моё мнение она не берёт в расчёт! А это только начало наших отношений! Улыбается в лицо, а за спиной делает то, что задумала!
Ярость, гнев затмевали глаза, и я с трудом сдерживал себя от того, чтобы что-то не разбить. Однако с возрастом становишься бережливее, поэтому, осмотрев дорогую обстановку в кабинете, что-либо ломать перехотел. В такие моменты жалел, что моя невеста — дочь начальника. Это определённое ограничение моей свободы, которое в последнее время я ощущал слишком часто. Был словно собачка на привязи. Это очень давило на самолюбие. А главное, понимал, конца и края этому не будет, я теперь по жизни «должен» за своё положение, за свои достижения. Сразу стало противно оставаться в этом кабинете, и, взяв свои немногочисленные вещи, я быстро вышел:
 
— Виолетта, до конца дня меня нет, всех переносите на завтра. Меня ни по каким вопросам не беспокоить.
— Хорошо, поняла, — немного растерянно ответила Виолетта.
Спустился быстро по лестнице и в каком-то смысле почувствовал себя школьником, которому удалось улизнуть с уроков. Да гори оно всё синим пламенем! Сел в машину, хотелось утопить в пол педаль газа, но парковка, пробки жутко тормозили, в итоге запал улетучился, осталось одно раздражение. Даже в таком пустяковом вопросе я ущемлён. Может, это нормально, чувствовать ограничения по жизни? Зачем она нужна, эта свобода? Что с ней делать?
Но именно независимостью я почему-то дорожил больше всего. С самого детства я ценил то, что родители не ставили запретов. Шёл на подработку, и мама не падала в обморок оттого, что я шатался допоздна на улице. Когда захотел в восемнадцать лет жить один, они расстроились, но протестовать не стали. Не то, чтобы у нас были плохие отношения с родителями, наоборот. Просто всегда испытывал необходимость в личном пространстве, ничто не должно было влиять на мои решения, потому что я чрезмерно отзывчив и желание помочь людям иногда играет со мной злую шутку.
И вот Злата шаг за шагом пошатывала то фундаментальное и святое, единственное, чего я от неё требовал, — не нарушать границы моего личного пространства, не лишать свободы. Я просто хочу быть тем, кем стал, хочу принимать решения по велению сердца и разума. Произошедшее — мелочь, мы, конечно, помиримся и в этот раз. Но червь сомнений закрался глубоко в сердце. Ситуация сильно тревожила, и я не знал, что с этим делать. Уверен, люди не меняются, ну максимум процентов на пять, и то только те, что обладают сильной волей. Она не изменится и будет раз за разом подвергать сомнению мою свободу. Где-то в глубине души уже понимал, какой исход у этой истории. Ну а пока я собирался играть в игру Златы. До тех пор, пока не останется единственный правильный вариант. И пусть она сама его выберет. Не буду проводить с ней бесед, это не помогает. Доверю ей нашу судьбу. Как решит, так и будет.
Раздался телефонный звонок, но подумав, что это Злата, уже готовая к примирению, не захотел брать трубку. Я совершенно точно ещё не готов к разговору с ней. Однако когда залез в сообщения, увидел незнакомый номер. Перезвонил.
— Роман Валерьевич, это Леонид Громов, удобно вам говорить?
Я чуть не врезался в автомобиль, стоящий впереди меня, и поэтому быстренько припарковался, чтобы, не отвлекаясь, слушать, что скажет этот человек. Я, конечно, его знал, но даже и представить не мог, что он когда-нибудь мне сам станет звонить. Обычно к нему и на приём-то попасть не так просто.
— Да, конечно. Я вас слушаю.
— У меня к вам предложение. Могли бы вы подъехать в мой загородный дом. Хочу с вами обсудить инвестиции в ваш новый проект.
Я не верил своим ушам!
— Конечно. Сейчас самый подходящий момент, я полностью свободен.
Прозвучало двусмысленно.
— Хорошо, тогда записывайте.
Леонид назвал какой-то загородный адрес в полутора часах езды. Только миновав МКАД, я перестроился на скоростную полосу и врубил музыку на полную! Это оказалось именно тем, что мне сейчас нужно.
Глава 14
Роман
Ехал по навигатору, весь в своих мыслях. Леонид Громов — крупный бизнесмен, о доходах которого даже вслух говорить не принято, настолько они неприлично высокие. Если уж он хочет встретиться, то его интересы точно не пустые. Что не могло не радовать.
Уехав далеко за город, я словно двигался в самую чащу леса, домов давно уже не было видно, а отличный асфальт всё удалялся и удалялся в глубь леса. Сложно свернуть не туда, дорога была одна, но я всё же сомневался. А правда ли мне позвонил именно Леонид? Может, это какой-то развод, а меня заманивают в ловушку? Вообще, всё выглядело крайне подозрительным. Он что, лично занимается такими делами? Пару раз уже порывался позвонить, но отсутствие связи меня останавливало. То есть если я вдруг пропаду, то мой труп найдут не скоро. Хотя кому это могло было нужно? Разве только Злата сгоряча наняла киллера, и он меня заманил в такое безлюдное место. В любом случае вариантов уже не было, нужно двигаться прямо. Проехав ещё полчаса по непроглядному глухому лесу, я всё же упёрся в огромный трёхметровый забор, заботливо выложенный диким камнем, который прекрасно гармонировал с лесом и не сильно выделялся. Ворота открылись, въехал внутрь на небольшой скорости.