Золото: деньги прошлого и будущего
В результате этих нововведений страны смогли профинансировать Вторую мировую войну по низким ставкам золотого стандарта. Британия, бравшая в долг под 5 % во времена плавающего курса фунта стерлингов в Первую мировую войну, теперь платила в среднем около 2,25 %. Доходность американских военных облигаций со сроком погашения 27 лет также составляла 2,5 %. В ходе Второй мировой войны доллар немного снизился к золоту, но обе страны держались за «желтый металл», так что их миновали и хаотические колебания валютных курсов во время войны, и последствия мучительного возвращения девальвированных валют к предвоенному паритету. Люди сражаются оружием, а не деньгами, но снижение производительности из-за нестабильности валюты мешает экономике финансировать войну.
Потерпевшие поражение «страны Оси» оказались в худшем положении, чем перед войной. Высокие налоги, регулирование цен и карточная система чуть было окончательно не разрушили экономику Германии. Вместо денег использовались сигареты и шоколад. В 1948 году блестящий министр экономики Германии Людвиг Эрхард (знакомый с работами Людвига фон Мизеса несмотря на то, что при Гитлере они были запрещены) заменил обесценившуюся рейхсмарку привязанной к золоту немецкой маркой. Вернее, он привязал марку к доллару, закрепленному по отношению к золоту договоренностями в Бреттон-Вудсе. Эрхард отменил регулирование цен, карточную систему и значительно урезал налоговые ставки. Три главные сферы в управлении государственным хозяйством — налоги, деньги и регулирование — стали работать на рост экономики, и вскоре в Германии начался невиданный дотоле подъем, который современники сочли чудом.
Япония шла к подъему экономики по тому же пути, что и Германия. Встать на ноги ей помог Джозеф Додж, банкир из Детройта, назначенный американской администрацией руководить денежной политикой в оккупированной стране. (Додж только что закончил работать в Германии, где сотрудничал с Эрхардом.) Иена, торговавшаяся на уровне около ¥2 за доллар в 1929 году, сразу же после войны стоила ¥4,5 за доллар, однако затем была сильно девальвирована при американской администрации. Япония страдала от гиперинфляции. Додж отменил карточную систему, устранил контроль над ценами, а в 1949 году заново привязал иену к доллару на уровне ¥360 за единицу американской валюты, что было равнозначно ¥12 600 за унцию золота. На этом уровне иена оставалась до тех пор, пока в 1971 году на валютном рынке не начались волнения.
Американская администрация в послевоенной Японии ввела ничем не оправданную репрессивную налоговую систему. С 1950 года и до конца 1960-х Япония непрерывно снижала налоги по примеру Германии. Вкупе со стабильной иеной это привело к взрыву экономической активности. Экономическое чудо, случившееся в Японии в послевоенные годы, затмило достижения Германии.
Эпоха Бреттон-Вудских соглашений была омрачена беспрестанными попытками правительств не подчиняться дисциплине, установленной золотым стандартом и механизмом обеспеченной денежной эмиссии, а проводить собственную политику в денежной сфере. Конфликт не прекращался. Не желая понимать истинные причины проблем, правительства опробовали силовые методы — контроль над потоками капитала и торговые ограничения. Переломный момент наступил, когда президент США Ричард Никсон потребовал от Федеральной резервной системы ввести низкие процентные ставки ради предотвращения надвигающейся рецессии и победы на предстоящих президентских выборах. ФРС пошла навстречу, и по мере того как падал доллар, конвертировать его в золото становилось все труднее. В августе 1971 года СМИ сообщили, что Британия и Франция хотят обменять свои долларовые резервы на золото. Никсон их опередил: 15 августа он объявил о временном запрете конвертации доллара в золото по официальному курсу для Центробанков. Поскольку вся Бреттон-Вудская система держалась на привязке доллара к золоту, решение Никсона лишило опоры всю мировую денежную систему. Отказ от всемирного золотого стандарта стал самым значительным событием в области денежной политики за последние 50 лет. Люди верили, что эта мера будет временной.
По мере того как дешевел доллар, многие страны отказывались привязывать к нему национальные валюты, чтобы не дать доллару утянуть их вниз вслед за собой. Единственным исключением стала Британия, воспользовавшаяся случаем помочь девальвации доллара. В начале 1973 года Бреттон-Вудскую систему можно было считать полностью распавшейся, и валюты снова пустились в свободное плавание. Соединенные Штаты ввергли мир в инфляцию. Доллар, с 1934 года стоивший 1/35 унции золота, в конце президентства Картера до крайности обесценился: за него можно было получить всего 1/850 унции. В период действия Бреттон-Вудского соглашения доллар стал главной валютой мира. Как только все заговорили о его девальвации, инфляционная воронка затянула прочие страны. Во всем мире инфляция сопровождалась введением прогрессивного налогообложения: граждан переводили в более высокий налоговый разряд в связи с ростом доходов. В некоторых странах правительство просто повышало налоги, чтобы пополнить тающую из-за инфляции казну. Повышение налоговых ставок в сочетании с инфляцией вызвало спад в экономике.
Америке нужен был лидер, способный укрепить национальную валюту. Им стал Рональд Рейган, избранный президентом в 1980 году. Рейган собирался включить в предвыборную программу 1980 года пункт о возврате к золотому стандарту. О золотом стандарте он не забывал весь президентский срок, но советники по денежной экономике, бывшие противниками этого подхода, сумели не раз его переубедить. Однако Рейган смог остановить девальвацию доллара и других мировых валют, призвав на помощь главу Федеральной резервной системы США Пола Волкера. Мир снова вступил на тернистый путь перехода к твердым деньгам.
Хотя США не допустили неуклонной девальвации национальной валюты, в течение 1980-х годов доллар резко колебался в диапазоне $300–500 за унцию золота. Алан Гринспен, преемник Волкера на посту главы ФРС, продолжил борьбу с волатильностью доллара, удерживая его близ отметки $350 за унцию. Тем самым ом оградил американскую экономику от денежного хаоса, угрожавшего ей почти все 1990-е годы. Однако Гринспен не предпринял должных мер, чтобы остановить рост доллара, который начался в 1997 году, вызвав денежные кризисы в разных частях света.
Европейские правительства, более чувствительные к колебаниям валютных курсов в силу того, что их экономики более тесно связаны торговыми отношениями, после распада Бреттон-Вудской системы попытались вернуться к регулированию валютных курсов. Франция всегда твердо придерживалась договоренностей о фиксированных курсах, особенно с Германией. Начало было положено в 1970-х годах «Европейской валютной змеей» — неудачной попыткой скоординировать плавание валют без механизма обеспечения денежной эмиссии, без соответствующих органов власти и привязки к золоту. План ввести единую европейскую валюту стал вызревать в 1978 году, в условиях инфляции и серьезных волнений на валютном рынке. В 1979 году была разработана Европейская валютная система, которая имела определенный успех благодаря тому, что 1980-е годы не знали сильных монетарных потрясений. Но нестабильность валютных курсов по-прежнему мешала Европе, поскольку о механизме обеспечения денежной эмиссии и о привязке к золоту вновь позабыли. Ставки Центробанков пересматривались каждые 8-12 месяцев. Устав от растущей безработицы, порожденной неверной налоговой политикой и неправильным регулированием, правительства европейских стран вновь принялись за валюту. В 1991 году был заключен Маастрихтский договор, предусматривающий введение единой европейской валюты. Евро появился на свет 1 января 1999 года. Страны еврозоны обязались объединить свои валюты механизмом обеспечения денежной эмиссии под руководством общего Европейского Центробанка. В 2002 году выпускаемые ЕЦБ банкноты пришли на смену национальным денежным единицам. Некоторые государства Центральной Европы также решили перейти на евро в течение ближайших 10 лет.