Метод галактической агрессии (СИ)

В гнетущем молчании, не зная, что говорить и что думать, Алекс уносился еще дальше…
Но куда? И зачем?
Снова видеть очередное разрушение, смерть и омерзительные скопления плоти?
Дарка охватило мертвенное равнодушие, он погрузился в безысходность и пустоту. Холодные равнодушные звезды мелькали мимо, жестокие созвездия сворачивались в узор, поглощенные кровавой смертью миры людей и гурхоров остались позади…
Теперь он уже летел через Центури, Белую Звезду, подконтрольную Новой Империи Терра.
Но и здесь везде было то же самое.
Не было больше Никакой Терры. Только разрушение и смерть. Один за другим миры людей пали перед всесильной судьбой, решившей покончить с человеческой расой столь жестоким образом. Все люди, вплоть до последней клеточки своего тела, до последней капли крови и последнего проблеска сознания были впитаны в безумный шар распухшей плоти. Не было пощады никому, никто не смог сопротивляться.
В накрытых кровавой тьмой мирах, оказавшись заложниками древних технологий, которые раньше воспринимались как обыденность и бездумно эксплуатировались, а теперь в мгновение ока переставшие работать все разом — люди погибали, охваченные безумием и ужасом. Они даже не могли куда-то бежать, на всех мирах Внутреннего Космоса происходило одно и то же, а во Внешний Космос не было возможности улететь — больше ни один корабль не мог двигаться, став бесполезным куском железа. Да и если бы кто-то каким-то чудом смог скрыться в глубоком космосе вовне — разве этот ужас не нашел бы его там за доли секунды, и точно так же бы не сожрал?..
Участь человечества была неизбежна.
И даже элиты в своих городах-эдемах, без энергии ставшими для них братскими могилами — не смогли сопротивляться. Алекс на секунду задержался, пролетая мимо Даларана-2 и безмолвных руин Доминуса, видя пустоту и разруху, ставшую его судьбой, как и судьбой всех других колоний людей. Бессмертные, обладающие великой силой, самые могущественные из людей — разделили участь самого последнего и самого презренного смертного, став лишь кормом в ненасытной глотке.
Дарк пролетел мимо, оставляя за собой павший, некогда великий и красивый город хрусталя и льда, теперь являвший собой холодное темное кладбище с одиноко сопровождающим его на синхронной орбите гигантским кристаллом, оплетенным инопланетными паразитическими культурами.
Всему пришел конец…
Даже если кто-то и пытался сражаться, все они были разбиты и мертвы. Поглощены и сожраны, так же как и те, кто пытался только прятаться или бежать. Никакое действие не было правильным, спасения не было.
Только смерть.
«Смерть?..» — Алекс вдруг осознал себя возле Адастры. — «А это тогда что?..»
Смешавшись, прошлое и настоящее, показывало ему картину жестокого боя — Дарк наблюдал теперь, как смертные заманили в ловушку кровавое чудовище, и сами бьют его.
И умирают.
Один за другим…
««Спарта»!» — понял Алекс, и оцепенение слетело с него, — «Моя «Спарта»!..»
Он видел, как погибли Кэп, Копия Джонсона, новый гурхорский царь и остальные «спартанцы». Умерли, но не сдались. Дрались до последнего, даже когда все было потеряно.
Алекс закричал — ярость вспыхнула в нем сильнее тысячи взрывов «Расщепителей».
Но его голос не прозвучал.
В полнейшей космической тишине и пустоте он видел, как разлетаются обломки и застывшие обесточенными боевые корабли, заполненные только псионной плотью, обожравшейся новыми жертвами. Как Тень, захваченная и разрушенная, полная вязкой взвеси из крови разложенных на составляющие, но все еще непостижимым образом живых людей, становится новой пищей ненасытного чудовища.
«Сдохни! Тварь! Ненавижу тебя!» — беззвучно кричал Алекс Дарк, разрываемый сжигающей злобой на эту тварь и на себя самого за беспомощность, — «Сдохни!! Или дай сдохнуть мне!!»
— СДОХНУТЬ ТЕБЕ? — вдруг услышал он голос, сотрясший все его существо и разметавший все его мысли своим невероятно мощным звучанием, — КАК СКАЖЕШЬ!
Вдруг все потемнело, и Алекс перестал что-либо видеть.
Сознание отключилось.
 
Потом…
Прошло какое-то время, может быть часы, или может быть, миллиарды лет — и Дарк снова почувствовал себя и свое тело. Он где-то лежал, рука раскрытой ладонью ощущала что-то мягкое и сыпучее — песок?.. Алекс открыл глаза и сел.
Лимбос.
Черное солнце в багровом ореоле, неумолимо нависающее в зловещем небе среди спирали застывших в вечном падении обломков кораблей. Шепот фиолетового песка, рассыпающегося среди осколков погибшей миллионы лет назад цивилизации.
— Надеюсь, в этот раз я действительно сдох, — проговорил он про себя опустошенно, медленно вставая и оглядываясь, — Рэйвин был прав, к чему эта пустая жизнь, если я все равно как был бесполезный кусок дерьма, так и остался… И все равно все умирают.
Среди осыпающихся сиренево-синих барханов, совсем рядом, Дарк увидел девушку — она сидела, наклонив голову и скрестив ноги под себя, сложив руки перед собой ладони к ладоням, как в молитве. Вокруг нее, нависая словно угрожающие тени, безмолвно стояли тощие 3-х метровые фигуры древних ящеров-харгонов, облаченных в какие-то лохмотья. Алекс присмотрелся — девушка была облачена в «спартанский» боевой скафандр, эмблема фаланги была до боли знакомой…
— «Горгоны»! — воскликнул Алекс, — Майса! Ты здесь!
— КОНЕЧНО ЗДЕСЬ. Я ВСЕГДА БЫЛА ЗДЕСЬ, РЯДОМ С ТОБОЙ, — сказала Майса, поднимая голову, — КАК И ПОЖИРАТЕЛЬ.
Дарк увидел ее глаза — они были такие же ярко-желтые, как у древних ящеров, как и его собственный измененный левый глаз. Но только у нее они светились злым, проникающим в самую душу свечением — Алекс невольно вздрогнул — их взгляд был пронзителен, как будто разрывал лезвием черноты вертикального зрачка. На лице Майсы блуждала хищная улыбка, обнажая острые клыки.
— Ты не Майса, — спокойно произнес Алекс, все поняв.
В ответ она расхохоталась, запрокину голову — злобно, жестоко, гортанно, как гурхор.
  
Часть 6.2 Ты и я
 
Огромные фигуры древних ящеров безмолвно смотрели в никуда, недвижимо возвышаясь, словно ничто из внешней физической реальности не могло коснуться их самопогруженного медитативного существования. Только пустынный ветер легко колыхал лохмотья, служившие им одеждой, обдавая серые 3-х глазые морды россыпью песка. Перестав смеяться, Майса медленно поднялась на ноги, меняясь в облике, перетекая из формы в форму, как фиолетовый песок.
— ЗДЕСЬ НЕТ МАЙСЫ, — это был уже Рэйвин, — ЗДЕСЬ ТОЛЬКО ТЫ И Я.
Его голос не был громким, но отдавался во внутренностях Алекса так, что сердце его вибрировало от мощи произнесенных слов, а кожу покалывало, как от статического электричества.
— Ты становишься предсказуем, Темный Бог, — оскалившись, произнес Дарк, — И все же я знаю, что ты это всего лишь мои очередные предсмертные глюки, вызванные нано-машинами этих чертовых ящеров, которые все еще держат связь с их ебаной волшебной сферой вечного виртуального блаженства. Все это я уже видел. Изменения облика и игры с моей памятью. Харгонская сфера Дайсона запечатлела мою личность и теперь начинает со мной эти игры, как только я теряю контроль над своим сознанием. Ничего нового!
— А ТЫ ХОРОШ, ДАРХАР, — сказал Рэйвин, кривя бледные окровавленные губы в жуткой саркастической усмешке и пяля на него свои закатившиеся глаза, — В ТАКОМ СЛУЧАЕ ТЫ ПРОСТО СКОРО СДОХНЕШЬ, КАК И ВСЕ ОСТАЛЬНЫЕ. ТЫ ЖЕ ЭТОГО ХОТЕЛ.
— Хотел, не хотел!.. Какая уже разница, кто что хотел? Всем пиздец, всех «спартанцев» и всех людей сожрал кусок взбесившегося мяса!.. — Алекс говорил со злостью, но в его голосе отчетливо слышалось отчаяние, — И если ты действительно бог, и это все по твоей воле — то ты кусок ебаного дерьма, а не бог!
— ТЫ ОБВИНЯШЬ БОГА В СОБСТВЕННОМ БЕСССИЛИИ? — ответил Рэйвин, указав на Алекса рукой, — Я ДАЛ ТЕБЕ ВТОРОЙ ШАНС ЖИТЬ. Я ДАЛ ТЕБЕ ОРУЖИЕ. Я ДАЛ ТЕБЕ СИЛУ. Я ДАЛ ТЕБЕ САМОГО СТРАШНОГО ВРАГА, КОТОРОГО МОЖНО БЫЛО ПОЖЕЛАТЬ. И ТЕПЕРЬ ТЫ ПРИХОДИШЬ КО МНЕ, И ГОВОРИШЬ, ЧТО Я НЕ ИСПОЛНИЛ ТВОИХ ЖЕЛАНИЙ И НАДЕЖД? КУСОК ДЕРЬМА — ЭТО ТЫ! НЕБЛАГОДАРНОГО ДЕРЬМА, КСТАТИ!