Решительные меры (СИ)

— Мерлиновы кальсоны, Поттер, ну кто просил тебя так загибаться, — ворчал Том сквозь улыбку, помогая своему новоиспеченному мужу подняться на крыльцо. — Тебе уже не восемнадцать.
— Я тренированный аврор! — возмутился тот. — Кто же знал, что после воды на ветру может так продуть. Зато какой вид был, ох… У меня снова встал.
— Угомонись, секс-террорист, — Том покраснел до самых пяток. — У меня задница так болит, что я сидеть не смогу, про другое я вообще молчу.
Гарри похабно захихикал и поиграл бровями с таким похотливым видом, что не осталось никаких сомнений, о чем он думает, и что ждет Тома вечером.
Том не расстроился ни капли.
Они зашли в гостиную и прислушались к звукам, доносящимся из глубины дома. Никто не ссорился, не вопил и не обрывал камины в поисках сыновей, что было хорошим знаком.
— Ох, малыш, только не злись слишком сильно, ладно? — Гарри взял его руку в свою и быстро поцеловал в щеку. — Наша родня — не самая простая. Но это лучше, чем не иметь вообще никого, правда?
— Я тебе не малыш, — огрызнулся Том, но все же расслабился от его слов. — И я не злюсь. Я люблю их, просто иногда… Очень сильно устаю. Наши семьи не способны жить без приключений, заговоров и скандалов. Мне уже страшно представить, что они натворили в наше отсутствие.
— Я знаю, — мягко улыбнулся Гарри. — Иногда они перегибают палку. Но ты слишком привык все контролировать, иногда нужно просто… Расслабиться, и получать удовольствие. Как в сексе, понимаешь?
— Мерлин, Поттер, ты всегда всё сводишь к сексу, — притворно нахмурился Том, расслабив плечи. Гарри всегда удавалось подобрать верные слова, чтобы успокоить его. — Пойдем. Отстреляемся, и вернемся в кровать, будешь расслаблять меня. У нас же медовый месяц, черт бы его побрал.
— А как же твоя задница? — мурлыкнул Гарри ему в ухо, ухватив ладонью за пострадавшее место. — Ты же сам сказал, что даже сидеть не можешь…
Его губы прошлись по скуле, спустились на шею, задевая слишком чувствительные после прошлой ночи местечки.
— Поработаешь ртом, — усмехнулся Том, невольно запрокидывая голову. Гарри сводил его с ума своими неандертальскими повадками. Необузданная сексуальность Поттера убивала весь здравый смысл.
— Мне нравится эта мысль, — шепнул Поттер и вероломно толкнул его в гостиную. — А вот и мы! Доброе утро, семья! Чего такие хмурые?
Их встретили острые, мрачные взгляды домочадцев.
Сириус сидел, прислонив ко лбу стакан с водой. На его небритом опухшем лице явно проступали следы побоев. Бабушка заботливо подкладывала ему на тарелку сосиски. Лили и Джеймс вообще казались мумиями, оживленными по прихоти злого некроманта. Том заметил огромный засос на шее своей свекрови и попытался забыть это навсегда. Рядом с ними сидела бледная Перси и пыталась заставить сонного Маркуса есть кашу. Гейб тоже сидел за столом и издевался над бледно-зеленым Томом-старшим, пуская клубы дыма прямо ему в лицо, отчего тот зеленел сильнее. Одна Меропа выглядела как всегда свежо и с аппетитом поедала булочки с джемом.
— О, молодежь! — радостно поприветствовала она. — Проснулись? Мы не стали вас будить, вечер вчера выдался трудным.
Гарри и Том переглянулись, и не стали сообщать, что их, вообще-то, не было в доме.
— Благодарю, мам, — Том потянул Гарри за руку и они устроились на своих обычных местах за столом. Он резко выдернул у Гейба сигарету и испарил одним щелчком пальцев. Отец послал ему взгляд, полный признательности. — Вижу, вы все повеселились на славу. Да, пап? Вкусный был огневиски?
— У-у-м, — Том-старший схватился за рот двумя руками, выскочил из-за стола и кинулся к выходу.
— Приятно знать, что в нашей семье нет проблем с алкоголем, — хмыкнул Том, пока Гарри накладывал ему на тарелку яичницу. — И вы все такие свеженькие и бодрые, потому что очень ответственные и не позволяли себе лишнего.
— Это всё пунш, — поморщилась Лили. — Кто-то подлил туда крепкого ликера и… Короче, об этой вечеринке ещё долго будут говорить.
Том посмотрел на Перси, но та опустила взгляд, еле заметно ухмыляясь в свою чашку с чаем.
 
Неплохо справилась. Просто дала гостям нажраться — и никаких больше проблем.
— Я хочу стереть себе память, — пожаловался Джеймс. — Нас же застукали в туалете, как каких-то подростков! И кто? Журналистка Рита Скитер!
— Значит, осквернять туалеты Вам — можно? — невинно поинтересовался Гарри.
— Это мой дом! — Джеймс погрозил ему пальцем. — Мерлинова задница, я с содроганием жду сегодняшнего вечернего выпуска! Том, у тебя есть знакомые в редакции? Может, можно как-то… уладить всё?
— И что же вы такого делали, что теперь так боитесь огласки? — прищурился Том, и чета Поттеров покраснела, как по команде. — Ладно, не хочу даже представлять. Я разберусь.
— Ох, спасибо, милый, — красная Лили благодарно сжала его ладонь на столе.
— Гарри, а ты не мог бы поболтать с Шизоглазом? — хрипло спросил Сириус, тоже покрасневший до ушей. — Я, правда не хотел его оскорблять, просто напился… И я готов оплатить ему новые зубы! Убеди его пойти на мировую, а?
Гарри нахмурился, и Том вспомнил, что он пропустил эпичную дуэль с оскорблением матерей и собачьими шутками.
 — Я тебе потом в думосбор воспоминание солью, — шепнул он ему на ухо. — Он поговорит, Сириус. Надеюсь, это все? Больше никто ничего не натворил?
— Ну… — протянула Перси.
— Мерлин, просто добей меня, не тяни, — прикрыл глаза Том.
— В разгар вечеринки Гейб притащил Маркуса. Они забрались на сцену, сговорились с упырями, и Маркус спел одну из своих замечательных песен. После чего ко мне подошла одна ведьма из опеки, и спросила, где наши родители… Никого не было, Лили и Джеймс куда-то пропали, как и Сириус с бабушкой, и я просто растерялась.
Том громко застонал, ударив ладонью по лбу.
— Я пошла спать рано, и проверила, что Маркус уже спит, — начала оправдываться мама, поглаживая Маркуса по волосам. — Это все медведь этот дьявольский виноват! Это же настоящий антихрист! Сколько раз я просила избавиться от него!
— Странно, что молитвы не помогают, — хмыкнула тихонько Перси.
— Эй, госпожа, Маркус проснулся сам, я его не будил! — воскликнул Гейб. — Он услышал из окна выступление упырей и захотел туда пойти, я не мог его задержать, я же плюшевый!
— А где был отец? — слабым голосом спросил Том. Он уже представлял, какую взятку придется отстегнуть ведьме из опеки.
— Боюсь, он танцевал в первых рядах, я не могла сказать этой ведьме, что этот пьяный мужчина, пытающийся сесть на шпагат — и есть отец Маркуса, — резко ответила Перси.
Том тяжело вздохнул, и почувствовал, как рука Гарри под столом сжала его колено.
Расслабиться. Он должен расслабиться.
— Я разберусь, — смиренно ответил он и накрыл руку Гарри своей. После такой насыщенной ночи и не менее страстного утра сделать это было гораздо легче.
— А ещё гостей на вашей свадьбе будет несколько больше, — как бы между делом обронила бабушка. — Я познакомилась с кое-какими влиятельными волшебниками, и посчитала своим долгом пригласить их, ради дорогих подарков. Плюс — для вас это будет отличным шансом завести связи в определенных кругах.
— Сколько? — так же смиренно спросил Том.
— Человек десять, может — пятнадцать, — мило улыбнулась бабушка.
— Ты такая молодец, Роуз, — Блэк коснулся её руки, лежащей на столе, и она, о чудо, не одернула её, а лишь кокетливо улыбнулась ему.
Гарри наклонился к нему и шепнул на ухо:
— Забей. Пусть организаторы разбираются с этим. А мы уже поженились, так что… Плевать. Мы просто будем веселиться.
Том вспомнил, как сквозь них прошла волна магии, каким счастливым он себя чувствовал, когда держал его руку и видел кольцо на пальце, как холодный ветер бил в лицо, пока они, прижавшись друг другу, неслись сквозь облака и орали идиотскую песню, и…
— Да, ты прав, — он искренне улыбнулся ему и поцеловал.
Свадьба, несомненно, станет катастрофой, но они уже получили свой идеальный праздник. Поэтому… будь что будет. Возможно, Том тоже подольет гостям ликер в пунш, купит колдокамеру и будет наслаждаться.