Князья Севера (СИ)

И вообще не понимаю, что это может значить. Хорошо, значит поиграем. Мои губы расползаются кривой ухмылкой.
— Ярл Хакон, — я выхожу вперед. — С того самого момента, как мы оказались на вашей земле, начала происходить какая-то хрень.
По толпе проносится удивленный и возмущенный ропот. Да, мальчик умеет говорить и не особо следит за словами. Подождите, это еще не самое страшное. Лицо ярла вытягивается в искреннем изумлении.
— На нас напали по дороге. Затем на нас напали демоны. Да, демоны! — я прикрикиваю уже на смешок из толпы. — Затем в меня стреляли. И не простой пулей, хотя я и не сомневаюсь, что меня хотели убить. А такой, что лишила доступа к силе. При помощи сейда.
На последнем слове я многозначительно смотрю на Свейна и вижу вспышку злобы в его глазах. Прибить бы его сразу…
— И что ты хочешь этим сказать? — ярл становится мрачнее грозового облака.
— Я? — наигранно удивляюсь, разводя руки в стороны. — Я хочу спросить, всего лишь спросить. Вы вообще в курсе того, происходит на вашей земле?
Гудение толпы меняет тональность на вопросительную. Я вижу нахмурившиеся лица и слышу те же вопросы «что происходит?», но уже недовольные в адрес ярла. Инга бормочет, переводя происходящее друзьям.
На мрачном лице Хакона проскальзывает неуверенность и смятение. Хтонь, он что, действительно ничего не знает? Мужик делает шаг ко мне. Краем глаза замечаю, как друзья встают за спиной.
— Ты обвиняешь меня? — сквозь зубы рычит на меня ярл.
Боги, как же мне этого не хочется делать… Я быстро оглядываю толпу. Люди замерли, затаив дыхание. Становится так тихо, что отчетливо слышно шипение углей в очаге. Кто-то приглушенно вспискивает «мама».
Я набираю воздуха в грудь, открываю рот и тут за спиной раздается звонкий голос Разумовской:
— Я обвиняю!
  
Глава 20
 
Да ну кто же тебя за язык то тянул, соколица! Тут же начинается форменный бардак. Ольга выходит вперед, встав рядом со мной. Друзья кланяются с распахнутыми ртами и уважительным «ваше императорское высочество». Саша теряет костыль, падает на пол и так остается сидеть там с круглыми глазами.
А я с запозданием понимаю, что позабыл и про высочество и про поклоны. Немудрено, учитывая в какой ситуации я нашел принцессу.
Свейн закашливается и роняет монетку, и она укатывается под стол. Белобрысый краснеет с головы до пят. Ярл давится, стуча себя в грудь. Ну а все остальные просто начинают говорить одновременно.
Инга хлопает ресницами так быстро, что кажется сейчас взлетит. Тихонько хлопаю ее по спине и девушка приходит в себя. Нда, сюрприз…
— Меня похитили и удерживали силой на вашей земле, ваши люди! — заявляет Разумовская и грозно смотрит на Ингу, пока та не берет себя в руки и не начинает переводить. — И от лица императорской семьи…
Я дергаю ее за рукав так сильно, что она заваливается на меня.
— Ты осторожнее с заявлениями, высочество, — шепчу ей в самое ухо. — Тут с обвинениями все просто, сразу в морду. Не забывай, будь так любезна, что их примерно в сто раз больше.
Пусть я и не думаю, что ярл будет устраивать поединок с принцессой. Хотя тут вроде как женский пол далеко не слабый. Да и Ольга не беспомощный котенок, судя по тому, что я видел в пустыне.
Но, чем серьезней обвинения она предъявит, тем больше получим за нее мы. Я уже понял, что по статусу ярл до дочери императора не дотягивает. А мы — до него. Так что и вызывать будет не он, и не ее.
Разумовская бросает на меня злобный взгляд, скрипит зубами и выпрямляется.
— От лица императорской семьи я требую немедленно связаться с посольством и предоставить нам транспорт с охраной, — спокойнее продолжает она.
Может и зря ее дергал, но чует моя, хм, интуиция, не это она хотела сказать. Так то я вообще хотел мирным путем все решить. Дипломатию, которую я не помню, подключить. Заболтать тут их всех, короче говоря. Накидать намеков, усилить появлением императорской особы и предложить вежливо, хм, отмазаться.
 
Все равно не нам с этой ситуацией разбираться. Нам просто нужно выбраться, связаться со своими и отправить Разумовскую домой.
Но толпа уже завелась, я чувствую поднявшуюся волну возмущения и гнева. Теперь они играют против меня. А «наша» северянка уже дрожит мелкой дрожью. Нда, на таком уровне она проблем не ожидала.
— Это невозможно, — ярл тяжело дышит, но сдерживается и понижает тон. — Из-за погоды ни связи, ни дороги нет. Я не могу выполнить ваши требования… ваше императорское высочество.
— А что вы вообще можете? — Ольга гордо вскидывает голову и складывает руки на груди.
Я даже зажмуриваюсь на миг. Да на кой она его провоцирует? Смотрится все это впечатляюще, даже в таком наряде видно королевскую особу. Но вот усугублять — это мое неотъемлемое право.
Как только Инга переводит, толпа угрожающе гудит и ряды уплотняются, смыкаясь намертво вокруг нас. Чтоб вас всех!
— Ярл, вы что-нибудь знали о местонахождении ее высочества? — вмешиваюсь я.
Хакон прекращает звереть, переключаясь на меня. Во взгляде его появляется недоумение, а следом понимание. Давай, мужик, соображай быстрее, пока тут все не взорвались.
— Нет, — коротко отвечает он.
Надеюсь, он достаточно умен, чтобы это было правдой. Я вовремя вспоминаю об одном удивительном умении императорской семьи. Чувствовать, когда им врут. Если дают прямой ответ на прямой вопрос.
Пусть я задал не совсем прямой вопрос, и теперь молюсь богам, чтобы Ольга этого не поняла. Принцесса хмурится и оборачивается ко мне. Я еле заметно мотаю головой. Остановись.
Наследница престола вроде немного приходит в себя. Или просто глубоко задумывается, но хоть нападки прекращает. И тут на сцену выходит сын ярла.
Белобрысый резво идет к нам и я встаю между ним и Разумовской.
— Так вы обвиняете нас в ее похищении? — он легонько тыкает мне в грудь.
Бросаю взгляд на ярла. Рожа недовольная, но молчит, только смотрит пристально. Ясно, значит все старания в трубу. Боги, вы видели, я превозмог свое желание сразу дать кому нужно в морду.
Даг пытается обойти меня, но я передвигаюсь вместе с ним, закрывая Ольгу. Боковым зрением вижу, как Богдан сжимает кулаки и выступает вперед. Илена начинает светиться, а ее брат накидывает на всех защиту.
Еще чуть-чуть и начнется заварушка, прямо здесь и в толпе. Народ, немного успокоившийся после ответа Хакона, снова возбужденно гудит.
— А ты что-то об этом знаешь? — отвечаю я ему вопросом.
— Я знаю, что вы заявились сюда без приглашения! И смеете подозревать нас в нападениях, похищении и Хель знает еще чем! — парень говорит громко и душевно, работая на публику, а та затихает, слушая. — Это оскорбление! Вызываю тебя на хольмганг!
— Нет, — я равнодушно мотаю головой и с удовольствием наблюдаю за его ошарашенной рожей и возмущением толпы.
— Игорь, если ты откажешься… — тихо шепчет мне Инга, но я отмахиваюсь.
Что они мне сделают? Обзовут нехорошим словом и больше не пустят к себе в гости? Да я сам сюда не вернусь, с огромным удовольствием. Пусть там наверху разбираются, кто тут прав. Да вот только морду начистить этому хмырю я не откажусь.
— Это я тебя вызываю, — спокойно продолжаю. — За неуважение к ее императорскому высочеству, провокацию, хамство и… Да и просто мне твоя рожа не нравится.
Кому-то из нас это придется сделать. Но только для меня не будут сюрпризом уловки, которыми воспользуется сын ярла. А я по его гадкой ухмылке вижу, что обязательно воспользуется.
Судя по крикам из толпы, я сказал что-то неприличное. А судя по неприкрытой радости Дага, еще и опасное. Да к демонам их всех. Эх, к демонам бы сейчас…
Вокруг меня поднимается многоголосый ор, кто-то дергает меня за плечо, люди начинают толкаться, в задних рядах затевается драка. От духоты начинает слегка мутить.
— Тиииихо! — всех разом успокаивает ярл своим мощным криком. — Никакого хольмганга не будет.