Скелеты общества (СИ)

— Нет ничего плохого в тройничке, придурки. Но черт возьми, нет… Ганнер, скорее отрезал бы мне яйца, а не сосал их, — заявил он.
Райан перевела взгляд на Декса.
— Ты об этом уже успел подумать, да? — спросила она.
— Эх, мне все равно, чей рот сосет мои яйца, главное, чтобы это произошло, — его взгляд быстро остановился на Лолли, указывая на нее. — Только не ты.
Глаза Лолли метались между нами, ее разум пытался понять, лжет ли Райан.
Тогда позволь мне показать, Лолли.
Мои пальцы запутались в волосах Райан, и я дернул ее голову назад, давая мне доступ к ее рту. Наши языки боролись за доминирование, прежде чем я втянул ее язык в свой рот и пососал. У нее вырвался стон, и она попыталась оседлать меня, не разрывая контакта. Ее острые соски коснулись моей груди, и моя свободная рука скользнула вверх, чтобы ущипнуть их, вызвав еще один стон из ее горла.
Я едва уловил крик Лолли и удаляющийся топот.
— Черт, пойду найду кого-нибудь для отсоса, — крикнул Декс, прежде чем исчезнуть.
Мои пальцы отпустили локоны Райан, обе руки легли под ее задницу.
— Сцепи лодыжки, детка, — сказал я ей в губы, прежде чем встать, унося ее в свою спальню. — Я сниму всю одежду и буду поклоняться тебе, как богине.
ГЛАВА 30
Райан
Ощущение его рук было как наркотик.
Мое тело жаждало еще одного удара, еще одного прикосновения его мозолистых пальцев. Еще одно прикосновение к волосам, еще один душераздирающий поцелуй. Я зависима от его присутствия.
Я пристрастилась к нему — и это было проблемой.
Мое дыхание со свистом вырвалось из легких, когда он прижал меня к деревянной двери своей спальни. Его член терся о мой клитор, срывая стон с моих губ. Мои пальцы запутались в его волосах, притягивая его ближе, наши языки скользили друг по другу.
— Дверь. Открой дверь, — сказал Ганнер между торопливыми поцелуями, его пальцы впились в мою задницу, его бедра вонзились в меня.
Наши тела были готовы друг к другу.
— Мои стринги промокли, Ганнер, — насмехалась я, нащупывая ручку, не желая отрывать губы. Разочарованный стон сорвался с моих губ.
— К черту. Трахни меня в коридоре, — пробормотала я ему в губы, пока мои руки скользили вниз к пряжке его ремня. Но он отдернул лицо, в его глазах был ужас.
— Блять, еще чего. Ты думаешь, я позволю кому-нибудь из этих придурков увидеть то, что принадлежит мне? — он зарычал, опуская меня на пол, чтобы подергать ручку и открыть дверь.
Я закатила глаза от его драматизма, пытаясь игнорировать чувство потери, когда он не прикасался ко мне.
— Ганнер, ты ведешь себя так, будто я сказала, что убила твою маму, — ответила я, входя в его спальню. Твердая рука опустилась на мою задницу, заставив меня вскрикнуть.
— Нет. Моя мама была стервой. Я бы и глазом не моргнул, — беспечно ответил он.
Его слова напомнили, что я многого о нем не знала. О других людях я не хотела ничего знать. Но внезапно мне захотелось узнать о Ганнере все.
Я повернулась к нему лицом, мои руки легли ему на грудь.
— Какой твой любимый цвет, Ганнер? — спросила я, чувствуя себя немного глупо из-за того, что мне так важно это знать. Его брови нахмурились. Две секунды назад я хотела трахнуть его в коридоре. Теперь я хотела узнать его любимый цвет. Его грубая рука поднялась и погладила меня по щеке. В его глазах была нежность.
— Зеленый… мой любимый цвет — зеленый, — сказал он мне в губы.
Я кивнула головой, нежно покусывая его губу.
— Да, ты не из голубых, — прошептала я, понятия не имею, почему я это сказала.
Его губы оставили мои, когда он отстранился, изучая мое лицо.
— Скажи, что ты моя, Райан? — спросил он, когда его руки нашли низ моей кофты, поднимая ее через голову.
— Вся твоя, Ганнер, — захныкала я, когда его зубы прикусили мое горло, прежде чем успокоить жжение подушечкой языка. Его руки подхватили меня под зад, и он усадил меня на край кровати, быстро снимая джинсы. Его руки потянули вниз кружевные чашечки лифчика, пощипывая соски. Я чувствовала жар его взгляда на своем теле.
 
— Черт, Райан. Хотел бы я вечно смотреть на это прекрасное тело, — сказал он, когда его толстый палец скользнул за резинку стрингов, а костяшки пальцев ласкали влажную промежность. Что-то в его тоне зазвенело предупреждающим звоночком в моей голове, но я была слишком возбуждена, чтобы обращать на это внимание.
Воздух наполнился рвущимися звуками, и внезапно я почувствовала прохладу воздуха. Я приподнялась на локтях и увидел Ганнера, стоящего на коленях между моих бедер. Мои стринги были сняты, и его покрытые чернилами пальцы обхватили пульсирующий член, поглаживая его томными движениями.
— Черт, это самое ахуенное зрелище, что я когда-либо видела, — прошептала я, проводя языком по нижней губе. Его преякулят, блестевший на кончике, вызвал у меня голод.
-Раздвинь ноги, Райан. Дай мне посмотреть на твою мокрую пизду. Дай посмотреть, что принадлежит мне, — прорычал он.
— Этого ты хочешь, Ганнер? — усмехнулась я, когда мои колени разжались, а рука скользнула вниз по телу. Я провела пальцами вниз, погружая их внутрь себя, наблюдая, как его горло подпрыгнуло, когда он сглотнул. Я вытащила промокшие пальцы и протянула их ему. Стон сорвался с моих губ, когда он втянул их в рот, высасывая дочиста.
— Черт, ты на вкус как рай. А теперь будь хорошей девочкой и убери руку, потому что я хочу зарыться лицом между твоих ног, — сказал он, его язык уже скользил по внутренней стороне моего бедра, а щетина на лице добавляла ощущений.
Я вскрикнула, когда его рот пососал мой пульсирующий клитор, а три толстых пальца погрузились в меня, растягивая. Он знал, что я люблю боль. Его имя сорвалось с моих губ. Внезапно я почувствовала себя пустой. Его жар исчез.
Моя голова взлетела вверх, но рукой он отбросил меня назад, обернув ее вокруг моего горла. Действие было настолько злобным, что я чуть не кончила. Его пальцы впились в мою челюсть, в то время как другой рукой он водил головкой своего члена вверх и вниз по моей киске.
— Открой, Райан, — потребовал он, его зрачки расширились от вожделения.
Я сделала, как мне было сказано, языком слизывая слюну, и пробуя затяжной вкус моей киски.
Блять. Я и не знала, что увлекаюсь этим дерьмом.
— Такая чертовски хорошая девчонка, да? — спросил он, погружая свой член в меня.
С моих губ сорвался стон. Все, что я могла сделать, — это кивнуть, слишком охваченная удовольствием, чтобы произнести слова. Рука на моем горле напряглась, когда он вошел в меня с головокружительной скоростью, его яйца отскакивали от моей задницы. Звук шлепков заполнил комнату, смешиваясь с влажными звуками секса и стонами. Я не могла сказать, впивались ли мои пальцы в простыни или в его задницу. Реальность казалась подвешенной, удовольствие переполняло все чувства.
Внезапно его губы оказались на моих, наши языки боролись за доминирование, мои руки пытались притянуть его еще ближе.
— Кончай для меня, детка, — пробормотал он мне в губы.
Тепло наполнило, когда он вошел в меня, пульсация его члена отправила через край. Я едва осознала, что стоны удовольствия были моими собственными, когда тело прошло через толчки освобождения.
— Черт, Райан. Твоя жадная киска высасывает из меня все, что есть, — он застонал у моего горла, покусывая кожу, когда его тело содрогнулось.
Внезапно его тело нависло надо мной, а рука обхватила мое лицо.
— Ты должна уйти, Райан. Оставаться здесь слишком опасно, — его брови нахмурились. — Ты изменила все мои планы. Боже, я так хочу удержать тебя, — прошептал он. Так тихо, что казалось, будто эти слова предназначались не мне.
Я провела кончиками пальцев по его подбородку, наслаждаясь его красотой.
— Ты можешь оставить меня, Ганнер. Я никуда не уйду, — ответила я.
Его глаза искали мои, в них мелькнула нерешительность.
— Я не хочу беспокоиться об этом сейчас. Не тогда, когда твое идеальное тело прижато ко мне, — он поцеловал меня в макушку. — Сегодня вечером я буду наслаждаться тем, что ты в моих объятиях.