Ещё один день (СИ)

- Железы. Бывают нужны, конечно. Но во-первых, здесь не те лягушки, а во-вторых, отдыхать так отдыхать! А в погоне за лягушками какой отдых?
- Да отличный отдых! Активный такой... Впрочем, пожалуй, ну их, лягушек этих. Выберем город и смотаемся к морю. Поезд или портал?
- Поезд, - не колеблясь выбрала она.
- Экономия или личные пристрастия?
- Второе. А ты разве не любишь поезда?
- Люблю. Но по мне чем скорее, тем лучше. Тут порталы выигрывают у поездов. Но в этот раз пусть будет поезд, конечно.
- Почему ты всегда мне уступаешь? - вдруг спросила Джанна. Вопрос поставил меня в тупик, потому что мне-то самой так вовсе не казалось.
- Уступаю? Разве?
- Ну да. Что есть, что пить, как проводить вечер, куда ехать и на чем. Почему?
- Потому что мне все равно, - честно сказала я. - А тебе, кажется, нет. А я тебя люблю и рада сделать так, чтобы тебе было приятно.
Сказала и с изумлением отметила, что ни разу не говорила этого раньше. Обходилась другими словами или вовсе без слов. А тут вдруг соскочило с языка — так просто, так естественно, просто правильный ответ на заданный Джанной вопрос. Я люблю ее, я хочу не просто быть рядом с ней, но и заботиться о ней, сделать так, чтобы ей было хорошо, тем более что речь идет о таких мелочах...
Джанна спрятала лицо в ладонях и некоторое время сидела так.
- Эй, я что-то не то сказала?
- Глена, я так больше не могу.
- Как «так»?
- Врать тебе больше не могу.
Вечер стремительно терял свое очарование, шум в ушах заглушил даже лягушачий концерт.
- И в чем же ты меня обманула?
- Я... подлила тебе приворотное зелье.
Если бы мне предложили придумать любой самый фантастический ответ Джанны, я все равно не додумалась бы до этого.
- Когда?
- Понимаешь, я...
- Когда?
- Зимой, в самом начале. До того, как ты перебралась ко мне. Но я...
- Убирайся, Джанна.
- Я могу объяснить...
- Убирайся. Беги. Прямо сейчас. Через полминуты я загорюсь. Не уйдешь — сожгу.
К счастью, Джанна представляла, как это у меня бывает. Через полминуты ее не было на балконе, а через пару минут и в квартире.
Перед тем, как упасть на диван в гостиной (на кровать мне даже смотреть не хотелось), я нашла в себе силы дойти до двери, запереться на щеколду и сменить пароли. Больше ни на что меня не хватало — ни на размышления, ни на злость, ни на горе. Ну и слава богам.
  
24. Сейчас, медблок
 
- Ох, какая была бы статья, - вздыхает неподалеку голос Зверина, когда я прихожу в себя. - Да ведь засекретят все к лешего матери, наверняка. Причем секретить будут историки, а этот эпизод с вашим ранением исказят просто до кучи — и мне всю поляну затопчут. А я бы вас поизучал, друг мой, да кто ж мне даст.
- Илья Валерьевич, неужто вы намекаете на пытки? - ехидно говорит голос Дана. Живой, гаденыш. Ну и слава богам!
- Я не намекаю, Даниил, я прямо говорю. Ваш опыт по разделению боли мог бы очень пригодиться как минимум в трех магических отраслях...
Раньше я считала, что медики должны быть человеколюбивы. Но это я просто была маленькая и глупая. Медики и в самом деле любят людей, но так... очень специфически. Деятельно. И не всегда на благо конкретного индивида. Хотя на благо вида в целом — безусловно.
- Увы-увы, придется отраслям и дальше обходиться без меня. Если я вам завещаю свое тело, это вас утешит?
- Что я, трупов не видел? Мне вы гораздо интереснее живой, со всеми магическими потоками в активном состоянии. Что я, по-вашему, должен понять по трупу? Князев, не заставляйте меня считать, что я зря потратил время на ваш факультатив!
Я отмечаю, что ладони Джанны больше нет в моей руке, а ее самой — в поле моего зрения. Ушла? Ну... значит, упустила свой шанс на примирение. Или все-таки это я упустила шанс — понять всю картину целиком? А может быть, никто ничего не упустил, и она еще вернется. И я что, действительно этого хочу?..
- Я смотрю, ты рада, что он жив, - шепчет Джанна, внезапно снова появляясь рядом. Похоже, просто на минуту отошла.
 
- А что, я должна смерти его хотеть? После того, как за него вписалась?
- Вот я и смотрю, ты как-то слишком сильно старалась его спасти. Не припомню у тебя такого рвения ради меня.
Это что, сцена ревности, что ли? Правда?!
- А очень просто, Джанна. Я как вижу, что кого-то надо спасать, беру и спасаю. А когда не вижу, так и спасти не могу. Вот попробуй сказать, что я не спасала тебя от недосыпа. Попробуй-попробуй.
- Тебе это ничего не стоило, - фыркает Джанна.
- А тебе, значит, жертвы от меня нужны? Ну так назвала бы сразу ценник, всем было бы проще...
- Верескова, вы как? - Зверин оборачивается на звук и наконец замечает пришедшую в сознание меня.
А в самом деле, как я? Я сосредотачиваюсь на своих ощущениях и с удивлением признаю:
- Я хорошо.
- Тошнота? В глазах темнеет? Руки дрожат? Нет? Славно. Сядьте, только плавно. Отлично. Теперь встаньте. Теперь пройдите по прямой линии — и вон туда, прямо за дверь, только не уходите пока, посидите в приемной, я должен вас детально осмотреть для очистки совести. Но вообще-то, уже сейчас могу сказать: все с вами нормально. С чем я вас и поздравляю.
Я, несколько обалдевшая от такого бесцеремонного отправления за дверь, выхожу и усаживаюсь на диванчик. Второй — опять, как всегда! - завален каким-то хламом. Джанна выходит следом за мной и встает посреди приемной. Видимо, не решается сесть рядом. Или не хочет. Или еще что. Я смотрю на Джанну. Джанна смотрит на меня. Вид у нее недовольный и какой-то нахохленный, что ли. Как у маленького черного птенца. Не к месту вспоминаю, что мы обе почти не спали эту ночь. Интересно, как там стимуляторы, действуют еще?
- В медблок долетали какие-нибудь слухи, что там снаружи? Что Розен? Что его люди?
Джанна пожимает плечами, садится прямо на пол. Забавный компромисс. Зато можно смотреть друг другу прямо в глаза.
- В медблок не долетало ничего срочного, а это значит, что штурм прервался, а Розен пока что ничего интересного не выкинул. Сказать точнее — ничего такого, что требовало бы оповестить об этом Дана.
Кстати, Дан. Дан в медблоке, а никому будто бы и дела особо нет? Ну то есть я понимаю, спасение — дело тонкое, Зверин всех выставил вон, но почему никто не толпится в приемной?
- А кстати, где все?
- Кто с Розеном беседует, кто на стенах дежурит, - снова дергает плечами Джанна. - И полагаю, есть еще масса дел в замке, даже кроме дел осадных.
- И что, никого даже не послали сюда дежурить и отслеживать состояние Дана?
- Ну почему «никого»? Я же здесь.
А. Вот оно как. А я-то было подумала, что она здесь ради меня.
- И как вы держите связь?
- Мне настроили ментальный маячок, знаешь такие?
- Знаю, конечно. Сожми, прочувствуй — и на том конце узнают, как у тебя дела.
- Ну да. Свою радость по поводу удачно заштопанного Дана я им уже отправила, так что теперь свободна.
Это, видимо, мне так тонко напоминают, что мы хотели поговорить. И тонко намекают, что это я сейчас должна сказать об этом, мол, «так давай же поговорим!». Это кто-то, видимо, вконец обнаглел! Мне, что ли, это больше нужно?! Ладно, надо признать, мне это нужно. Но не до такой степени.
Я молча смотрю на Джанну.
- Я свободна, а ты обещала мне разговор, Глена.
Ого, она всё-таки решила сказать сама? Круто. Если бы это ещё не звучало так, будто она с меня долг взыскивает...
- А я не знаю, свободна ли я, спасибо, что спросила, - развожу руками я. - Зверин меня еще не отпускал, и я не знаю, когда он освободится, но логика подсказывает, что скоро: Дану сейчас, по идее, спать положено, а не лясы точить. Он и так наглеет чрезмерно.
- Может быть, хватит заставлять меня просить? - говорит Джанна.
- Нет, не хватит. Это ведь ты хотела мне что-то объяснить, так?
- Тебе не кажется, что я уже заслужила общение на равных?