Любимая игрушка Зверя (СИ)
- Кирилл, - выдаю удивленно, когда вижу рядом теперь уже бывшего начальника.
- Я ничего не мог сделать, - говорит он, присаживаясь на лавку.
- Понимаю, - слабо улыбаюсь.
- Багрову принадлежит весь наш город, - продолжает мужчина. – Поэтому нет смысла пытаться устроиться в другую организацию. Поверь, тебя нигде не примут.
Я предполагала подобный поворот, но подтверждение худших опасений слабо радует. Наоборот, ввергает в пучину отчаяния. Впрочем, борьба только начинается.
- Отдан негласный приказ, - сообщает Кирилл. – Ты вряд ли найдешь работу в нашей стране, а уехать заграницу не так легко. Но есть другой способ. Уверен, его никто не станет отслеживать. Во всяком случае, на первых порах.
Бывший начальник протягивает мне визитную карточку.
- Это контакты моего друга, он из Англии, однако нуждается в ассистенте, который будет проживать здесь. Сотрудники его фирмы часто приезжают к нам, им необходима помощь с покупкой билетов, бронированием жилья. Разумеется, нужно знать английский хотя бы на минимальном уровне. Думаю, ты справишься. У нас же тоже случались задачи, где требовался подобный навык.
Я изучала английский в школе, с учетом новой работы пришлось серьезно потрудиться над восстановлением знаний и над дальнейшим развитием. Теперь я была более или менее подготовлена к такой нагрузке.
- Мой друг будет переводить тебе деньги, - прибавляет Кирилл. – Это даже не нужно оформлять официально. Вроде как взаимовыручка – ты практикуешь английский, он получает услуги. Налоги никто не платит, ведь по легенде все деньги уходят именно на бронирование и покупку билетов. Идеальная схема. Только очень тебя прошу, никому не рассказывай, кто именно вас вместе свел. Друга я тоже предупредил. Если Багров узнает про такую мою самодеятельность, то…
- Можешь не продолжать, - выдаю я. – Понятно, ничем хорошим это не закончится. Спасибо тебе огромное за помощь. Но если честно, я поражена. Зачем ты рискуешь?
- Ну, ты хороший человек, - протягивает мужчина и вдруг поднимается с лавки. – Я не могу поступить иначе. Я бы хотел и больше сделать, просто не выйдет.
- Кирилл, это уже очень много, - заверяю. – Я и не мечтала про такой поворот.
- Береги себя, - говорит он. – Будь осторожна. И постарайся никогда не мешать Багрову и не попадаться ему на глаза. Надеюсь, мой друг сможет помочь тебе покинуть стану. Не сейчас, разумеется. В будущем. Если его устроит то, как ты работаешь удаленно, он и контракт предложить может. А я тоже ему словечко замолвлю.
- Кирилл, но…
- Тебе лучше уехать из страны, Ира. Понимаю, разводишься с мужем. Дети есть. Все очень не просто. Но Багров явно в бешенстве. Никому не стоит его так злить. Поэтому советую всерьез задуматься над моими словами. Переезжай и родных забирай. Не сразу. Потом вывезешь, постепенно. Там разные программы есть. Главное – зацепиться.
- Я не… ничего не выйдет, Кирилл, - произношу наконец. – Существует много других обстоятельств, которые держат меня здесь.
- Ира, - мотает головой, заявляет неожиданно мрачно: - Беги от них. Беги. Эти двое одной крови. Сами разберутся. А мы для них мусор. Прислуга. Игрушки, которые нужны, пока не выйдут из строя, не сломаются. Надоест – вышвырнут. - Я знаю, - роняю тихо.
- Тогда действуй, - прячет взгляд. – Не хочу, чтобы ты пострадала. Хорошая. Правильная. Даже слишком. Постарайся держаться подальше от этой семьи.
Он стремительно удаляется. А я остаюсь на месте. Четко понимаю единственное: держаться подальше уже не выйдет. Никогда. Ни за что.
Глава 49
- Я забираю детей, - говорит Михаил, лишь стоит мне открыть ему дверь.
И прежде чем успеваю возразить, произнести хоть слово в ответ, бывший муж уверенно переступает порог и оказывается в коридоре.
- Где они? – спрашивает. – Пусть собирают вещи. Сегодня же переезжают ко мне.
- Дурная шутка, - выдаю я, ощущая, как горло перехватывает колючая проволока.
- Думаешь, я оставлю своих детей с такой... Как ты? – буквально выплевывает, подчеркивает тоном глубину презрения.
Дверь остается открыта, и следом за Михаилом заходят люди в форме. Сначала даже не осознаю происходящее, не узнаю характерные знаки отличия. Просто моргаю несколько раз и отшатываюсь, как от чудовищного видения.
- У меня есть решение суда, - раздраженно продолжает Миша, соответствующая бумага утыкается прямо в мое лицо. – Ознакомься, если сомневаешься. Я действую строго в рамках закона. В отличие от твоего дружка.
- Миша, ты с ума сошел, - шепчу, перехватывая листок пальцами, сосредоточенно изучаю документ. – Что ты творишь?
- Не пытайся препятствовать, - прибавляет бывший супруг ледяным тоном. – Как видишь, я не один. Со мной представители социальной службы и полиция. Сопротивляться опасно и бесполезно. Надеюсь на остатки твоего благоразумия.
- Откуда ты, - запинаюсь, нервно комкаю бумагу, которую он швырнул мне. – Где ты достал такое решение суда? Еще и настолько быстро? Я не присутствовала ни на каких слушаниях, не получала уведомлений…
- Не важно, - отмахивается. – Главное – результат. Дети уезжают со мной. Сегодня же. Я пришел за ними. Тратить время на разговоры с тобой не стану.
- Миша, пожалуйста, остановись, - шепчу. – Пока не поздно.
- Угрожаешь? – хмыкает и кричит. – Дети! Дети собирайтесь...
Первым выходит Дима. Застывает, взъерошивает волосы на затылке ладонью. Хмурится, поглядывая на отца.
- Папа? – роняет удивленно.
- Собирайся, сынок, - заявляет Михаил. – Нам пора. И сестренку собирай. Нечего тут задерживаться.
- В смысле? Куда собираться? – продолжает Димка. – Что случилось? Это же наш дом, поэтому…
- Теперь вы живете со мной, - обрывает бывший. – Не обсуждается.
- А мама?
- Она останется здесь, - заключает мрачно. – Я дарю ей эту квартиру. Пусть тут и развлекается, но вас в свои… хм, шашни и махинации не впутывает.
- Махи... Черт, отец, о чем ты? – поражается сын.
- Ну, - тянет, явно пытаясь подобрать верные слова. – Приятель вашей матери загремел в тюрьму. Понятно, что дальше не будет ничего хорошего. Уверен, вам не стоит оставаться в этой квартире. Суд со мной согласился и выдал соответствующий документ. Поэтому я забираю вас.
Катя обнимает меня, прижимается крепко-крепко. Обхватывает руками, вжимается в мое тело. Взгляд мой ловит.
- Мама, я не хочу никуда ехать, - говорит дочь. – Я не поеду с ним.
Столбенею. Не представляю, где правильный путь. Меньше всего на свете хочу отдавать детей мужу. Он ведь и не позаботится о них толком. Не знает их график, не понимает интересы. Тогда Димку искать не хотел, говорил, пацан сам разберется и вернется. А вдруг сын опять с плохой компанией свяжется? Спорт бросит? Про Катю и вовсе не сомневаюсь. В последнее время они с отцом едва ли контакт находят. Да и как дочка с ним будет общаться? Ее в школе травили из-за этого гада, из-за блудливой скотины.
Конечно, и я хороша. Допустила все это. Позволила. Не замечала очевидное. Полностью в работу ушла и забылась.
А теперь… неужели я разрешу бывшему мужу забрать детей? Вот так? Резко?
Черт. Оглядываю посторонних людей, ворвавшихся в квартиру. Строки из решения суда плывут перед глазами.
Я не могу им помешать. Не могу. Даже если попытаюсь, положение только станет хуже.
- Мама, - бормочет дочка, слезы сверкают в ее темных глазах. – Мама, прошу. Не отдавай нас. Пожалуйста. Мамочка.
Мое сердце рвется на части.
- Катюша, - роняю глухо, поглаживаю ребенка по макушке. – Катя, не надо плакать. Я найду путь. Я обещаю. Клянусь. Я верну вас обратно.
- Что за глупости? – хмуро бросает Михаил, пробует оторвать от меня дочку, но она не поддается. – Катя, ты едешь со мной. Складывай вещи.
- Нет! – кричит истерически. – Нет! Не трогай меня!
- Это ты ее против меня настроила? – ревет бывший. – Ты?! Признавайся! Она любила меня, а теперь такое… Хорошо, что теперь твое общение с детьми ограничено. Будешь видеться с ними только на выходных. Когда я разрешу. Когда сочту нужным.