Попаданка Для Барса. Волшебный Кусь (СИ)

— Спасибо, что помогла. Честно говоря, я не знал, сумеешь ли ты преодолеть себя. Кстати, не могла бы ты усыпить своего фамильяра хотя бы на ночь? Он у тебя слишком ревнивый. Не хочу проснуться завтра исцарапанным. — На мой подозрительный взгляд барс добавил: — Будет лучше, если это сделаешь ты, а не я, ведь тогда ты сможешь в любой момент сама разбудить его.
— Думаю, вы правы. Так я буду чувствовать себя спокойнее, — произнесла, бросая в Хаяла горсть мерцающей голубоватой пыльцы. Я подхватила свалившееся с люстры синее чешуйчатое тельце, аккуратно уложила на кресло и с опозданием поинтересовалась: — А где я буду спать?
Мне никто не ответил. Обернувшись, я увидела на кровати свернувшегося в клубок снежного барса, всем своим видом демонстрировавшего, что он уже спит.
  
Глава 16
 
Лоренсо
Стихии, как она смотрела на меня, когда я стоял у зеркала без рубашки! Едва сдержался, чтобы не овладеть несносной феей немедленно. Но сейчас мое сердце замерло в напряженном ожидании. Станет выгонять или нет? Ляжет ли рядом?
Ожидание было невыносимым. Хотелось подглядеть, что там делает девушка, но так я мог испортить себе всю игру. Вроде бы с моим котом Азалия ладила гораздо лучше, чем с человеком. Но, может, все-таки зря я отказался от помощи Санкристэль?
Я с опозданием вспомнил про диван гостиной. Надо было запереть ту дверь магией. Впрочем, если Азалия решит меня покинуть, ничто мне не помешает последовать за ней. После того как мою фею едва не похитили наги, я больше не отпущу ее ни на шаг.
К нашему с котом восторгу, вельхотари постыдилась нас выгонять из нашей же постели и легла на другом краю, укутавшись в одеяло с головы до пят.
Замечательно. Первый шаг сделан.
Дождавшись, когда девушка уснет, я подполз ближе, подкатился под бок моему стеснительному цветочку и осторожно влез под одеяло.
Мой зверь блаженствовал, и я вместе с ним. Истинная здесь, так близко! Впервые за долгое время я почувствовал, что полностью расслаблен и спокоен, тревога и напряжение покинули меня. Если бы меня еще погладили и почесали за ухом, был бы абсолютно счастлив.
А утро было действительно добрым. Так приятно видеть поистине восхитительный румянец феи, когда она поняла, что во сне не только обняла меня, но и закинула сверху ногу. Жаль, пришлось поспешно ретироваться в ванную, чтобы сменить ипостась и одеться: смущение вельхотари заводило меня едва ли не сильнее ее гнева.
Мы позавтракали вдвоем, и мне показалось, что пропасть между нами стала меньше. Азалия уже не избегала моего взгляда и порой украдкой рассматривала меня.
Дела королевства требовали внимания, но поскольку я решил держать фею постоянно при себе, взял ее с собой в тронный зал. Сегодня как раз был день, когда королю надлежало принимать просителей.
Скорее бы вернулся отец. Когда я смотрел со стороны на то, как Алонзо Мора справляется с делами королевства, казалось, он делает все играючи, а в остальное время живет в свое удовольствие. Только когда примерил корону, понял, насколько на самом деле это хлопотное дело — управлять государством.
Матушка со свитой, брат и главы родов по традиции зашли поприветствовать меня. После взаимных расшаркиваний все должны были разойтись, оставив меня и мою маленькую бескрылую королеву разбирать жалобы просителей, но тут в окно влетел магический вестник.
Полыхающий синим шар просочился сквозь стекло, облетел вокруг трона и приземлился на пол у моих ног. Шар рассыпался на синие искры, которые медленно сложились в высокую трехмерную фигуру.
— Отец? — с тревогой спросил я, хотя знал, что вестник не отвечает на вопросы, лишь несет ту информацию, что вложил в него создатель.
Предчувствуя дурные новости, я подавил желание вскочить с трона и приготовился слушать.
— Лоренсо, сын мой, если ты слышишь эти слова, значит, меня уже нет. Я отдал жизнь для того, чтобы запечатать подгорный тоннель, по которому наги попытались перебросить войска в наши земли. Сайдерласск давно прельщали алмазные рудники. Наши скользкие соседи уже запустили туда свои хвосты, и род Кастай им в этом помог. Я не знаю, сколько продержится мой барьер. Усиль охрану границы, свяжись с драконами и попроси помощи, Саерсин не откажет. И береги невесту: думаю, во дворце есть предатель, которому выгодна наша ссора с вельхотари. Заботься о моих котах. Ты не должен забывать об их потребностях, даже если проклятье феи усложняет тебе жизнь. Знай, ты не принадлежишь себе. Прими мою силу, сын, и помни: ты единственный, кому я могу доверить наш народ. Не подведи меня. Правь так, чтобы моя жертва не была напрасной.
 
Вестник снова изменил форму и ударил мне в грудь сгустком силы. Хорошо, что я успел выставить вокруг себя и феи защитное поле. В момент передачи силы любой маг становится уязвимым.
Я прикрыл глаза, ощущая, как расширяется резерв и аура напитывается магией отца, а перед глазами мелькают сцены из его жизни.
Вот он сбежал от наставников рыбачить к озеру Ниихар. Вот победил в поединке старшего брата. Вот его первая встреча с мамой, которая сначала даже не хотела смотреть в его сторону. Вот он впервые поднял на руки меня и с умилением смотрит, как я обратился в котенка и, пища, цепляюсь когтями за его рубашку. Вот он бьется с пустынными орками, пытаясь спасти собственного отца, но не успевает прорваться к нему.
Склоняется перед своей печальной матерью, и она водружает на его голову корону, что кажется ему холодной и тяжелой. Вот он отвергает ухаживания Вивьен, ссорится с ней, но все же вынуждает подписать договор об использовании порталов вельхотари в обмен на лунные сапфиры.
Приносит присягу Саерсину, понимая, что нашему небольшому государству никогда не соперничать с императором драконов и единственный способ выжить — заручиться его поддержкой. Не спит ночи напролет, просаживая резерв за заклинанием поиска по крови, тревожась, что не может отыскать меня, сбежавшего со свадьбы с вельхотари. Сдержанно улыбается, читая письмо Грейда Мейррхауна, который, оказывается, каждый месяц извещал отца о моем состоянии и успехах. И, наконец, устраивает обвал в подгорном проходе к нагам, скрепляя камни энергией собственной души.
Когда я очнулся, понял, что кто-то держит меня за руку. Фея. Так вот почему процесс передачи силы прошел так быстро и почти безболезненно.
— Что-то случилось? — спросил я, с тревогой обводя взглядом хрупкую фигурку вельхотари. Неужели, пока я принимал силу, кто-то пытался взломать мое защитное плетение и этим напугал мою невесту?
— Вроде бы нет, но вы ужасно выглядели. Очень побледнели, и, кажется, вам было плохо, — ответила вельхотари, вытирая платком пот, выступивший у меня на лбу, а потом добавила: — Я все видела. Мне жаль.
— Спасибо, что поддержала меня, Азалия.
— Прошу прощения, что прерываю тебя, брат, но я считаю, что ты недостоин править котами. Отца больше нет, а значит, нет и его запрета. Теперь я, наконец, могу бросить тебе вызов!
Наташа
— Фелис, не смей! — воскликнула королева, резко вскочив на ноги, но было уже поздно: Лоренсо плавно поднялся с трона, обнажив меч.
Смотреть на этот поединок мне было страшно. Я понимала: бой будет длиться, пока один из противников не умрет. Мы переглянулись с королевой, и Кастодия лишь покачала головой, отвечая на мой невысказанный вопрос: нет, остановить это безумие никак нельзя.
Бессчетное число раз мое сердце замирало, когда клинок Фелиса проходил слишком близко к телу Лоренсо. Комкая в руках уголок длинного, широкого рукава, я подавляла в себе желание усыпить обоих кошаков горстью пыльцы, но бездействовала, понимая, что Лоренсо не похвалит меня за вмешательство. Еще бы! Это же позор, если нового альфу станет защищать женщина, к тому же вельхотари!
Поединок закончился так же быстро, как начался. Израненный Фелис оказался на земле, и обагренный кровью меч Лоренсо холодил его горло. Королева метнула на меня умоляющий взгляд, и я поняла без слов: сейчас я могу попросить.