Гарри Поттер и варианты бытия (СИ)

Гарри смутился: чего-чего, а вот о таком обороте он даже не думал. Он как-то насуплено посмотрел на Джинни, словно заранее обижался, и сказал:
– Я думаю, она могла сказать мне, что я ей надоел ещё там!
Артур рассмеялся и заявил, что если сама Джинни не против, то он, как глава семьи, конечно согласен. Джинни покраснела и пискнула что-то, хоть и неразборчивое, но в целом положительное. Взрослые рассмеялись и ударили по рукам. Помолвка была назначена на второй день каникул...
...Пасхальные каникулы коротки, поэтому многие ученики остаются в Хогвартсе. Весёлое и счастливое время, особенно для старшекурсников: уже тепло, занятий нет и практически весь замок и окрестные луга в их распоряжении. Но некоторые всё же отправляются домой, прежде всего, дети древних чистокровных семей, которым предстоит участвовать в семейных обрядах. К таковым относился и Драко Малфой, который каждый год отбывал домой и на пасхальные каникулы и на рождественские. В отличие от него Рон Уизли оставался на это время в школе, однако в этом году что-то сдвинулось в пределах мироздания, и отец потребовал его присутствия в Норе. После того знаменитого матча Гриффиндор – Равенкло даже он стал относиться к Малфою гораздо более лояльно, что уж говорить об остальных гриффиндорцах. Поэтому к кабинету МакГонагалл, через чей камин предстояло отправиться по домам, подошла смешанная гриффиндорско-слизеринская толпа, которая радостно шумела в предвкушении короткого отдыха. Вся прежняя злобность в отношении другого факультета куда-то рассеялась. Завуч Хогвартса окинула эту толпу неодобрительным взглядом и начала вызывать учеников по списку.
– Ну, до скорого! – кивнул Драко своим друзьям и шагнул в зелёное пламя. А на выходе из камина в родном поместье он был изрядно удивлён и обрадован:
– Поттер! Какими судьбами?!!
А через несколько минут, в Норе Рон воскликнул примерно с таким же воодушевлением: "Джинни! Сестрёнка!", и тут же подхватил сестру и закружил её по кухне. Немного успокоившись, он поставил её на пол, оглядел и заявил:
– Да ты, я смотрю, нарядилась как настоящая леди!
– Она и есть леди, – серьёзно ответил за неё Артур, – и, между прочим, завтра у нас важное событие...
...На следующий день, ближе к обеду, Гарри собирался выйти к гостям Малфой-мэнора. Он ещё раз оглядел себя в зеркало, когда в комнату вошёл Драко.
– Ну чего, Поттер, пора, перед смертью, как говорят, не надышишься!
Гарри уставился на своего приятеля, а тот, словно не замечая недоумённого взгляда, продолжил:
– Теперь-то я понимаю, чего ты из той реальности сбежал, но тебя Уизли и тут достали.
Гарри рассмеялся:
– Дурак ты, Малфой, ничего не понимаешь!
– Это ты ничего не понимаешь! Молодость она на то и молодость, чтобы погулять как следует, а с этой помолвкой разве погуляешь?
Поттер просто махнул рукой и направился в Главный зал имения. Малфой он и есть Малфой, причём именно Драко, что с него взять-то? А в Главном Зале его уже ждали красный от злости Рон, счастливая Джинни и торжественно-серьёзные взрослые. Помолвка это, конечно же, всего лишь помолвка, их заключают и расторгают раз по пять и не за такое долгое время, но ведь здесь важно собственное отношение к тому что происходит, правда?...
...Последний день каникул. К этому дню у хорошего начальника все дела уже сделаны, вся подготовка к новому триместру завершена, а неожиданных проблем, ради решения которых собственно и оставлен один свободный день не возникает. Дамблдор был очень хорошим начальником, посему и день этот выдался для него абсолютно свободным. Вполне можно позволить себе посвятить этот день блаженному ничегонеделанию. Тем более, что надо было заняться делом полезным и необходимым, нежели перстановка уроков и умиротворение профессоров, переругавшихся из-за распределения учебных часов. Надо было спокойно обдумать сложившуюся ситуацию. А что может лучше способствовать размышлению, чем неспешная прогулка вдоль озера ясным весенним днём? Поэтому директор проснулся поздно, лениво позавтракал, перебрал текущие документы и, не найдя в них ничего, что требовало бы его немедленного вмешательства, вышел из дверей замка и направился по заранее намеченному маршруту. Его размышления прервал раздавшийся в кармане голос зельевара.
 
– Да, Северус? – спросил он, чуть более благодушно, чем обычно, доставая из кармана сквозное зеркало.
– Меня вызывает Лорд, – коротко ответило отражение Снейпа.
– Ну что ж... – кивнул Дамблдор, – значит, тебе придётся с ним встретиться. Будь осторожен, мой мальчик.
Перед тем как пропасть, морда Снейпа перекосилась, а директор Хогвартса продолжил неспешную прогулку по вверенным его опеке владениям. Но что-то мешало ему всецело предаться неспешному составлению глобальных стратегических планов. Какое-то беспокойство, предчувствие. Словно он знал что-то важное, требующее немедленных действий, но вот что, никак не получалось сообразить. Дедушка присел на пенёк и позволил своим мыслям свободно вихлять по заковыристым коридорам ассоциаций.
Вызов Снейпа... Утренняя газета... В сознании всплыло сообщение о помолвке Поттера и мелкой Уизли. Ну и что? С ними он разберётся, когда оба будут в школе... И всё же... "...сегодня Уизли и Малфои, которые раньше яростно враждовали, собираются совместно посетить Косой переулок. Редакция надеется, что им удастся сохранить то миролюбие, которое они демонстрировали на церемонии помолвки юного лорда Поттера и Джиневры Уизли..." "Да уж, – усмехнулся в бороду Дамблдор, – и правда, не поубивали бы друг друга... И причём здесь Снейп, которого вызвал Том, кото..."
– Старый козёл!!!! – разнёсся над Запретным лесом крик директора лучшей школы волшебства Англии, а сам Дамблдор вскочил с пня и вприпрыжку побежал в свой кабинет...
...Первый выход в свет после помолвки считается очень важным, символическим. Семьи демонстрируют серьёзность своих намерений. Вот, например, сегодня: Малфои, которые являются опекунами Поттера, а значит, как бы его семья, проводят время вместе с Уизли в людном месте. Это значит, что всё очень серьёзно и свадьбу можно ожидать сразу же после совершеннолетия Джиневры (а может, и Поттера, если семья Уизли согласится). И не важно, что сама церемония помолвки была почти неделю назад. Объявили-то о ней только вчера!
Гарри было забавно наблюдать за холодной вежливостью мистера Малфоя и мистера Уизли. Конечно, после спасения Джинни, Уизли не могли относиться к Малфоям с прежней враждебностью, но и старые обиды не забылись, а Малфои, конечно, не могли простить главе другой семьи увлечение магглами. Но с другой стороны существовали Гарри и Джинни, ради которых обе семьи могли кое-чем поступиться, да и получавшийся политический союз мог быть полезен обоим. Рон был сердит на Гарри, правда не совсем понятно, за что, близнецы, которые примазались к компании, занимались большей частью тем, что искали помещение под свой будущий магазин, лучше конечно целый дом, а Драко откровенно надо всем этим потешался.
Так две некогда враждебные семьи отметились у Флориана Фортескью, продефилировали вдоль всего переулка, близнецы дотащили всех до какой-то развалюхи, которую им обещали продать очень уж дёшево, Люциус дал пару дельных советов по организации магазина, все уже собирались отчалить в более людные места, как вокруг раздались хлопки аппарации. Чёрные балахоны и серебряные маски прибывших не оставляли сомнений, что это именно Волдеморт решил почтить своим присутствием семейное торжество.
Первыми среагировали Малфои (ну и Поттер, соответственно): в пожирателей полетели два смертельных заклятия, какое-то странное тёмномагическое произведение из палочки Драко и фирменная поттеровская чёрная молния: заклятие Devita, которое высасывало жизненную и магическую силу противника. Чуть позже Джинни выкрикнула "Gelminto!", посылая во врагов ленту серого дыма. Пожиратель, которому она предназначалась попытался увернуться, но серая лента оказалась на удивление умной и устремилась за своей жертвой, потом этот несчастный волдемортовец попытался защититься с помощью "Протего", но энергетический паразит быстро сожрал щит и вцепился в предназначенную ему жертву. Пожиратель с душераздирающим воплем упал и принялся кататься по земле. Но это был последний успех защищающихся. Посланные остальными Уизли заклинания отразились от щитов, которые успели выставить нападавшие, а сами Пожиратели принялись поливать Гарри и компанию самыми разными боевыми заклинаниями. Малфоям с Уизли пришлось отступить в ту самую развалюху, на которую положили глаз близнецы. Впрочем, отступление нельзя было назвать бегством: старшие Малфои щедро оделяли напавших Авадой, а Гарри со своей невестой разбрасывали фирменные поттеровские заклинания, высасывающие жизненную силу. Враги быстро поняли, что и самим лучше укрыться, ибо чёрной молнии было всё равно во что попасть: в щитовое заклятие или в самого мага, и в том и в другом случае заклятие высасывало жизненную силу именно из волшебника.