Птичка в клетке. Сжигая мосты (СИ)
Вот так, значит, она обучается новой профессии? Мило беседуя с нашим охранником.
Внезапная злость накрыла бурной волной. Не ожидал от себя такого. В последний раз так реагировал только на Настю. Неужели Серега прав? И я начинал что-то чувствовать к Асе?
Не знаю, что случилось бы дальше, возможно, Колян лежал бы уже на полу в крови, а меня оттаскивали бы в сторону, если бы не вернулся вовремя друг и, похлопав по плечу, спокойно с грустью в голосе не произнес:
– Вадюх, пошли. Пусть девчонка пообщается. Нельзя всех, кто тебе нравится в золотые клетки сажать. Одна уже улетела из такой. Не повторяй своих ошибок.
Меня сразу же отпустило. Серега, как никто другой, знал, что надо сказать в нужный момент. Только к нему я прислушивался. И сейчас понимал, что он прав.
Но мне было странно испытывать похожие чувства к Асе всего год спустя после окончательной точки в отношениях с Настей. Буквально недавно мне казалась, что таких ярких эмоций больше никогда не испытаю, но, видимо, я ошибался?
Такое развитие событий совершенно не радовало. Ведь после того, как Настя отказала мне, я решил, что длительные серьезные отношения не мой вариант. Свободные от обязательств связи полностью устраивали, и я не хотел больше страдать.
Мне совершенно не понравилось чувство, сжирающее изнутри душу и разрывающее на части сердце.
Вся сегодняшняя ситуация вмиг нагнала тоску. Я понимал, что изо дня в день история будет повторяться. Ася молода и красива. Вокруг нее всегда будут виться холостые сотрудники фитнес-клуба и охранного агентства. А я так и буду остро на все это реагировать, ведь что-то меня в ней зацепило. Причем с первого взгляда.
Конечно, я не был влюблен в Асю. За несколько дней нельзя полюбить человека, но она вызывала такие же глубокие и противоречивые чувства, как и Настя по началу. От ненависти, злости, до нежности и желания прижать ее к себе покрепче и никогда не отпускать.
Приехав в ресторан, первым делом взял бутылку виски. От внезапно накатившей тоски вновь пришла апатия и депрессия, и я снова не справился с тягой заглушить боль алкоголем.
Серега сначала попытался остановить меня, но потом махнул рукой и, плотно пообедав, уехал.
А я, выпив половину бутылки, позвонил Дарию. Мне дико захотелось узнать всю подноготную ублюдка, который издевался над Асей.
– Дар, здорово. Я тут у тебя в клубе отдыхаю.
– Я в курсе, – усмехнулся он. – Недолго ты в трезвенниках-язвенниках ходил. Хотя, думал, ты раньше развяжешься. Поднимайся, я жду тебя.
Взяв любимый сорокаградусный напиток с собой, отправился к другу.
Зашел к нему в кабинет и застал Дария за трапезой. Он рукой пригласил меня к столу, и я с удовольствием присоединился к товарищу.
Выпив пару стопок виски и поговорив на отвлеченные темы, все-таки не удержался и задал интересующий вопрос:
– Дар, скажи честно, ты же наводил справки о Руслане. Есть на него компромат? Мне очень нужно знать.
Он вытер рот салфеткой и откинулся на спинку дивана. Прищурился и сказал:
– Эх, Вадим, Вадим, зацепила тебя все-таки девка-то?
– Не знаю, – пожал плечами и честно ответил: – Похоже на то.
– Поверь, я очень хотел бы тебе помочь, но не могу, – он посмотрел куда-то поверх меня и ненадолго замолчал. Потом, подумав немного, продолжил: – Служили мы вместе с Русей, Вадюх, по контракту, – сказал Дарий и глотнул виски. – Своих не сдают. Через многое нам пришлось пройти. Человек он, честно скажу, с гнильцой, но мне ничего плохого не сделал. У каждого свои методы достижения цели… Он идет по головам, готов на многое ради денег и не перед чем ни остановится. Еще могу сказать, что он очень хитрый, умный и опасный тип. Будет рыть землю руками, но Аську найдет рано или поздно. Ты сам понимаешь. Много труда не составит через хороших знакомых ее передвижения отследить. Поднимет записи с камер наблюдений возле торгового центра. Таксиста тряхнет хорошенько. Выведает: куда подвез. Дальше проверит видео с автовокзала. И если она не попала в объектив видеокамер. Перетрясет всех кто таксовал или просто проезжал мимо в то время. Если сложности возникнут, то ищеек подключит. Потратит много денег и нервов, но все равно разыщет ее.
– Это я понимаю, – вздохнул печально. – И тебя понимаю. Поэтому больше задавать вопросов не буду.
– Вадюх, – Дар наклонился ко мне через стол. – Ты еще раз хорошенько подумай, нужно ли тебе все это. Я ж не просто так говорю, у него связи покруче наших будут. На Москву, по слухам, Руся нацелился. Посидит годик-два в своем городе, опыта наберется, а потом место жительства и место работы поменяет. Так, что пропажа Аськи и флешки Руслану, как кость в горле. Ему сейчас проблемы не нужны. Их решать будет в срочном порядке, используя любые методы. Я это все к чему говорю, Вадюх, – друг пристально посмотрел на меня. – Могут ведь и грохнуть тебя вечером в каком-нибудь переулке темном, если посчитают нужным… Стоит оно того? Точнее, ОНА твоей жизни?
Я тоже откинулся на спинку дивана, сложил руки на груди и сказал:
– А от меня уже ничего не зависит, Дар. Я дал обещание Асе, что помогу, значит, помогу. Я всегда держу свое слово. Ты же знаешь.
– Эх, Вадим, Вадим, – друг покачал головой. – Опрометчивое решение ты принял. Но, видит Бог, я сделал все, что мог. Но не будем о грустном, давай выпьем, что ли?
Он снова разлил по рюмкам двенадцатилетний напиток, мы опрокинули его в себя и продолжили разговор только уже в другом ключе.
В итоге посидели мы с Дарием знатно, и домой я вернулся далеко за полночь.
Кое-как добравшись до дивана в гостиной, завалился на него, но не смог сразу заснуть и зачем-то полез в инстаграм. Пальцы сами выбрали знакомое лицо, и я зашел к Насте на страницу.
В который раз, прокручивая их с Алексом свадебные фотографии, представлял себя вместо него. Ведь именно я должен был обнимать Настю. Нежно и страстно целовать, убирать за ухо локон, а еще смеяться и радоваться жизни. Но, растоптав ее чувства, упустил свое счастье.
Бросил ее! Сам купил билеты в Швейцарию, подтолкнув к встрече с будущим мужем.
– Черт! Черт! Черт! – Несколько раз ударил кулаком в спинку дивана.
Ну, почему меня до сих пор не отпускает? Почему стоит только увидеть их счастливые лица, сразу же хочется удавиться?
Не нужно было смотреть эти долбанные фотографии в таком состоянии. Они вновь пробудили во мне внутреннего зверя.
Я вскочил с дивана, бросил телефон в стену и стал крушить мебель в гостиной. За мобильным полетела ваза, затем журнальный столик, кресло, стулья и все, что попадалось под руку.
Когда в комнате не осталось ничего целого, я подлетел к стене и стал методично ударять в нее кулаком, чтобы физическая боль вытеснить душевную.
Неожиданно зажегся свет, и я увидел Асю.
– Вадим? – она бегло оценила обстановку. – Что здесь происходит? – Посмотрев на мою руку, добавила: – У тебя кровь. Надо перевязать рану.
Она говорила четко, громко и по делу. И почему-то не боялась меня.
– Ася лучше уходи, – сказал я устало и сел на пол возле стенки.
– Нет, – она покачала головой и начала спускаться вниз. – Ты спас мне жизнь, несмотря на то, что я хотела обчистить твой кошелек. И поэтому я тоже не брошу тебя в беде. Только не отказывайся, пожалуйста, от моей помощи…
– Хорошо, – ответил и закрыл глаза.
Ее голос успокаивал. Я больше не ненавидел весь мир. Ведь в нем была она…
В шелковых шортиках и маечке, со слегка растрепанными волосами, Ася выглядела такой милой, нежной и притягательной, что от внезапного желания мне пришлось очень сильно стиснуть зубы.
Она подошла очень близко, и я уловил аромат ее тела смешенного с запахом фруктового геля для душа. Ася присела рядом, наклонилась, чтобы рассмотреть раны, и ее волосы защекотали щеку. Это было одновременно прекрасно и невыносимо.
Она проводила нежно пальчиками по разбитой руке, оценивая повреждения, а я медленно сходил с ума от вожделения. Ее близость дурманила, будоражила, вызывая выброс эндорфинов и пробуждая во мне маньяка. Я с трудом сдерживался от того, чтобы не наброситься на нее прямо здесь в гостиной и не заняться бурным, страстным сексом на полу.