Твой Варвар (СИ)

— Хорошо. — слышу как музыка снова начинает слышаться громче. — Позвони мне, ладно?
— Буду дома — напишу. — Я тоже начинаю своё движение в сторону Дена. Сказал ведь на минуту, а сам завис. За голосом ее соскучился, по ней всей истосковался.
— Целую. — радостно кричит она перекрикивая музыку, что даже Ден оборачивается.
— И я. — улыбаясь отвечаю.
Рядом сажусь, телефон возвращаю. Ден тоже заражается, улыбается, но не комментирует.
— Ну что? Нормально? Течь перестала? — спрашивает на губе моей разбитой останавливаясь.
— Да. Порядок. — Сплёвываю в сторону собравшуюся соленую смесь из слюны и крови.
— А чего он заведенный такой залетел? Думал поубиваете друг друга.
— А я сколько раз предлагал, поехал бы со мной на дачу, вот бы и узнал. — пытаюсь шутить.
— Это из-за того, что ты не едешь с ними завтра? — Неестественно высоко и пораженно спрашивает друг.
— От части. Ну ты же слышал всё. Все слышали… — надо же было припереться сюда, да еще и на глазах у всех такое представление устроить. Удивил.
— А ты чего им не сказал? У него лицо аж исказилось, когда Лика ему выдала в честь чего праздник.
— Так ведь не успел. Сначала. А потом… А смысл, Смол? — на друга смотрю. За те года, что мы знакомы, он родителей моих один раз видел, и то случайно. — Я и так за всё парюсь, а ты думаешь, что они бы что-то дельное сказали? Поддержали? Идей накидали? Вот тоже самое что и сейчас мне тут рассказал: кто я и где мне место, точно тоже и лично бы выплюнул. Никогда ничего! Только череда нескончаемых претензий. Да и замки же поменяли…, - об этом он знает, и в первое время с жильем именно он выручил.
— Девчонки собрали, на… — протягивает мне стопку из мятых купюр. Как тут от смеха сдержаться?
— Феерверк знатный устроил, да? Только немного поторопился с ним, вот если бы чуть позже, было бы вообще огонь. — смеюсь я, вспоминая как отец эффектно запустил купюры в воздух со словами, что я от них откупиться решил. А я же наоборот, понимал, что отец принципиально под меня подстраиваться не захочет, на карту матери деньги отправил. За них можно было десяток дядь Миш нанять, которые бы за день всё в радиусе километра вылизали.
— Моя бы визжала от радости, что я наконец-то не беру, а даю. — как-то уныло говорит Ден.
— Скоро будет все! Вот увидишь! — обнимаю друга подбадривающе. — Там еще кто-то остался, или всех распугал? Упираясь на колени встаю. Чуть пошатывает, но адекватно. Если бы не несколько рюмок, которые в этом же конкурсе проиграв выпить пришлось, кажется я и вправду мог его убить. Моментов, которыми я мог бы подпитывать свою злость, ненависть и ярость предостаточно для того, что бы в состоянии аффекта месить его лицо ночь напролёт.
У нас уже давно стёрлись рамки и границы сын-отец. Драка между нами- тому наглядное доказательство: когда второй самец, в прошлом ребенок, становится половозрелым он должен уходить, ибо две альфы быть не может. Я понимал, и потому максимально глотал и пропускал всё то, чем он меня награждал, и уж тем более не претендовал на доминирование. Но сегодняшний инцидент стал критичным и финальным. Хорошо всё таки, что именно сегодня Милы здесь не было, стыдно бы было ужасно.
  
47
 
Как всё-таки современная техника и девайсы влияют на нашу жизнь. Вот не было бы его и Мила бы не паниковала. А это же надо было так, что телефон в кармане сам включится. Судя по тому, что из полной батареи он в ноль разрядился, это не была последняя инициатива сенсорного. Да и с отцом возможно, но не факт конечно, всё полюбовнее выйти могло. Наорал, обматерил, но вряд ли бы с нападками завалился.
Это же надо, даже номер Павлика нарыл, позвонил, а тот и рад стараться, думал отец присоединиться хочет, сюрприз сделать… без вопросов, сюрприз удался.
— Олег! Мы аптечку взяли. — Бежит Лика с прямоугольным красным кейсом, а за ней Настя с Машкой, вдогонку.
— Всё нормально, правда. — успокаиваю. Но если двух последних это заставляет хоть замедлится, то Лика не слышит, подлетает, вырастает на носочках и касаясь меня всем своим телом берет ладонями лицо и принимается его тщательно рассматривать в свете местных фонарей.
 
— Да нормально всё, ты чего? — смеюсь и руки убираю. Девчонка испуганная, глаза бешеные. Все испугались, но Лика особенно. Рядом тогда стояла, потому что в свойственной себе манере ответила: весело, резко. Откуда ей было знать, что между нами война холодная уже несколько лет ведётся.
— Я так испугалась. — Резко бросается, обнимая руками за шею и ударяя тем самым кейсом по затылку. Эта область тоже ощущается, но я пробовал, там крови нет, просто ушиб от падения, пройдет. — Прости. Прости. — шепчет она теплым дыханием орошая.
— Лик. Ты вообще не причем. — беру девчонку за талию и от себя отнимаю. Замечаю взгляд Смола, озабоченный. Но на два фронта я не играю, кидать такие взгляды на меня ни к чему. — Не сказала бы ты, кто-то бы другой ответил. — успокаиваю.
— Давай продезинфицирую, — не унимается та и опустив на стул аптечку начинает шуршать ее содержимым. — Ему бы тоже не мешало показаться врачу. Судя по всему, у него нос сломан, выдает попутно, выуживая бинт и бутылёк.
На секунду что-то внутри сжимается, но потом так же внезапно отпускает. На что он рассчитывал, кидаясь на меня? Да и еще на глазах у всех друзей? Я хоть и сначала не понял, что вообще происходит, не успел только осознать, что родного отца вижу, как тут же с кулаком его встречаюсь, но сути это всё равно не меняет: такого не позволю никому, даже родному отцу.
— Разберется, не маленький, — успеваю сказать, как горький вкус, которым промочен бинт смешивается во рту с соленым.
— Не глотай только. — приговаривает.
— Угу. — кривлюсь и как на зло, от противного вкуса, слюны во рту собирается ведро.
— Подожди! Сейчас сплюнешь. Секунду! — приказывает она снова прикладывая мокрый бинт к губе.
Наконец-то Лика заканчивает свои медсестринские манипуляции и переключается на Павлика, тот тоже пострадал, промокнув парню тем же раствором кисть уносится к главному зданию ресторана.
— Братан. У бати что, бешенство? Меня мамка не прививает. — испуганно осматривает свою царапину друг.
— Спасибо тебе. — смеюсь. Вот хоть сейчас и реже общаемся, а всё равно родным ощущаю. Без раздумий на отца кинулся. Как и я бы за него! — Это его почти что перманентное состояние, — смеюсь я. Пошли примем противоядие, — обнимаю друга за плечо и веду в альтанку.
Пик веселья был прерван неожиданным фаер-шоу от незваного гостя, потому сейчас все немного взволнованны произошедшим, но на удивление никто не ушел. Хорошо еще, что наш домик самый крайний и администрация не видела.
Напор Лики нескончаемый и даже после прямого разговора о том, что у нас ничего не будет, особо обороты не сбавила. Поэтому алкоголь дозированный, не успеешь оглянуться, а ее язык уже у тебя во рту, это я уже понял. Не шучу, думал таких не бывает — настырных. Как познакомились даже нравилось это, а сейчас раздражает. Но грубить не привык, потому контролирую себя и стараюсь не испортить вечер еще больше.
Включаю свет, раздеваюсь и иду на кухню, там зарядка к телефону. Потом в комнату, открываю окно, впустить свежий воздух и в душ. Только в этот момент, во время активного передвижения по своим небольшим апартаментам в ночной час осознаю настоящие прелести жизни отдельно. До этого как-то даже не замечал. Все так же делал, на автомате, приходил только переодеться и поспать.
Когда из душа выхожу телефон уже включился и до пяти процентов дошёл, беру его вместе с проводом и иду в спальню. По пути в отражении зеркала себя замечаю, так боялся Миле показаться подбитым Артемом, а в итоге разукрашен собственным отцом предстану. Благо только губа пострадала.
"Я уже дома. И всё так же скучаю. А ты, дома? Добралась?" — пишу и не надеюсь на ответ, уже час ночи, она вероятнее всего отдыхает уже.
Смотрю в исходящие звонки, радует что последним контактом осталась Мила. Но ответ приходит, улыбаюсь.