Твой Варвар (СИ)

Не мог конечно! Точно не там. Мозги отключились как только в квартиру зашли, они и до это слабо работали, но там произошел сплошной умственный беспредел.
Такой готовой и уверенной я не была никогда. И абсолютное отсутствие боли и крови тому главное подтверждение. Мы сами удивились. Мы — потому что Олег так переживал, что бы мне было не больно, был таким нежным и терпеливым, что в какой-то момент мне даже захотелось того буйства и страсти, что были у нас когда мы только вошли. Но он вел, сдерживал, целовал, успокаивал, гладил, и я доверилась, под действием взорвавшихся гормонов сама себе навредить могла. Потом уже поняла, но в моменте сама себя пугалась.
В футбол поиграем? — шепчет мне на ухо Тим и я чуть к потолку не подлетаю.
Я вырубилась. Натурально уснула. Боже.
Оглядываюсь. Солнце жарит, в комнате духота, Тим стоит, как всегда, непроницаем. Хотя по-любому видел что сплю.
Хватаю телефон. А там как раз звонок от Олега. Я же даже звук отключила.
— Привет. — хрипло выходит. — Привет, — уже лучше.
— Мила! Мила, блин! Где ты? Ты почему не отвечаешь? — несется разъярённая череда вопросов.
— Отодвигаю от уха чтобы на время посмотреть. Обед. Хорошо поспала, — смеюсь.
— Я уснула. Прости. — виновато выдаю.
— Спускайся, давай, через две минуты буду. Ну даешь!
Довольно потягиваюсь на кровати, растягиваюсь. Все же не в удобной форме отрубилась, ноги с кровати свисали, а на щеке вмятина от пальцев.
— Олег приедет? — спрашивает брат, и я вспоминаю о нём.
— Да. — улыбаясь отвечаю.
— Ура. — чуть потянув уголок губы говорит Тим и идёт вниз.
Чувствую я за время с Варом еще драться с Тимом будем.
Вар? Серьёзно?
  
57
 
— Какая работа? Если ты не отвечаешь, Мил. — клюет меня в щеку чуть прислонившись.
— Там тебя Тим ждет, может зайдешь? — умоляю в глаза заглядывая, он еще вчера сказал что за выходные работы тьма собралось, но нет у меня сил вот так просто взять и отпустить его.
— О, я уже несколько недель это с собой вожу. Позовешь? — ныряет тот в свой рюкзак на пассажирском и достает небольшую коробку.
— А что там? — беру его под руку и за собой увожу. И он идет. Ура.
— Ты говорила он ящериц любит. Там яйца.
— Олег! — останавливаю его рукой в грудь упираюсь. — Не настоящие хоть? — на игрушку это не похоже. Просто серая коробка. Кто его знает.
— Нет конечно. — посмеивается. — Привет, парень. — вытягивает руку вперед когда на крыльце со своим любимым мячом Тим появляется.
Даже то, что он быстро подходит и охотно ударяет по ней — это уже его максимум. Сколько он его видел, раз пять-шесть?
А, ну еще подойти и на секунду сзади обнять. Но это только с мамой и папой такое, даже меня так не тискал еще.
— Это тебе. — Чуть склонившись и оперевшись рукой на одну ногу другой подарок вручает. — Тебе потом будет. — улыбаясь меня с приятного шока выводит. Я помню как мама раньше злилась, когда папины друзья в гости приходили и даже шоколадку мне не приносили. Несмотря на то, что она всегда делала им замечания. Собирались ведь они на покер каждую пятницу. И все прелести их посиделок приходилось всегда убирать ей.
— Да уж надеюсь. — возвращаю улыбку и любуюсь взволнованными и немного резкими движениями брата, который с разных сторон подарок рассматривает.
С этим тоже у нас определенные нюансы есть, с новыми незнакомыми вещами. Но пока все идет нормально — я не напираю и не вмешиваюсь. Откуда взяться прогресу-если мы сами постоянно будем носится с ним. А главная цель нашей семьи — чтобы Тим стал самостоятельным и мог обслуживать себя сам.
Брат возится достаточно долго, но Олег все в той же позе выжидает вердикт, и даже помощь свою не предлагает. А так поступают практически все, кто в той или иной мере с Тимом взаимодействует, чем сразу же пробуждает отрицание, раздражение, а иногда и агрессию.
— Как думаешь, что там? — подогревает интерес Олег.
— Не знаю. — сводя темные бровки к переносице отвечает. Ощутив наконец фигуру тот решается ее открыть, сначала медленно, прямо как я с тем мороженным, а потом резко внутрь зыркает. Я и сама заглядываю. Интересно же.
 
— Птицы? — вопросительно. Они и вправду на перепелиные яички похожи, только цветные. А отсутствие каких либо рисунков или других опознавательных знаков дает волю воображению.
— Не-ет. Еще варианты? — весело тянет патлатый нянь.
— Змея? — чуть выше обычного настороженно спрашивает. Они его пугают.
— Нет. Я не люблю змей. — морщится Олег.
— Я тоже. — тихо, все еще вглядываясь и покачивая коробкой.
— А ты пойди одно в стакан с водой опусти и увидишь, — наконец-то признается.
Не желая больше ждать и трепаться брат моментально разворачивается и быстрым шагом, держа в руках коробку, идет к маме.
— Мила! Я чуть сума не сошел! Сама написала, а потом пропала. — выравниваясь к серьёзному тону возвращается.
— Да я видела, одиннадцать пропущенных, невротик.
— Сообщений еще больше! — щипает за попу грозно взглядом пресекая, но веселых чертей я все же рассмотреть успела.
— Всё хорошо. Отлично. Правда. — последние два на ухо шепчу. И там где его рука, на попе замерла, своей накрываю. — Идём на чай.
— Я ненадолго.
— Знаю — знаю, — показно шумно выдыхаю. А на самом деле безумно радуюсь и этому неожиданному ненадолго.
— Здравствуй, Олег. — здоровается мама встречая нас у входа. — Нас ждут эксперименты? — улыбаясь на брата кивает, который подставив подставку самостоятельно наливает воду в стакан.
— Мила сказала что он ящериц любит, а мне они как раз на глаза попались. — чуть тише говорит, чтобы сюрприз парню не испортить. Все то ему на глаза попадается.
— Он в восторге, спасибо тебе. — расплывается в улыбке мама наблюдая за передвижением Тима по кухне. — Я запеканку испекла. — резко ретируется, когда я бровями пытаюсь незаметно намекнуть, что мы уже минуту у входа стоим. — С чаем! Давай? И ты Мил, тоже садись. — виновато поджимает губы мама.
— Спасибо, но я через минут десять поеду уже.
— Как твой клуб? — уже теплее чем в прошлый раз спрашивает. — Туда спешишь? — клацая чайником и грохоча тарелками продолжает.
— Работа идёт. Но нет, сегодня на основной нужен.
Гордость за то, как он отвечает, пускай и не распинаясь в красноречивых речах, зашкаливает. Олег такой же трудоголик, как и мой папа.
Я застала еще то время когда мы жили с бабушкой и мама разбавляла суп водой, чтобы хватило на нас всех. Труд и упорство — сделали его не только уверенным и самодостаточным, но и успешным.
Олег такой же, если не похлеще будет. Ох, сколько всего полезного папа мог бы ему рассказать, посоветовать…
— Мил, сметану достань. — трогает меня мама, когда я подперев лицо руками на парня уставилась и снова к ночи нашей улетела. Все еще не верится, что вот он, передо мной сидит, с мамой болтает, мой.
И даже ни единого зазрения совести не всплывает, что ради этого пришлось чуть и родным соврать.
На столе красивыми треугольниками десерт по тарелкам разложен, и пока мама чай на столешнице разливает в телефон ныряю.
— Сейчас почитаем, что ты тут мне за разнос устроил. — тихо шепчу присаживаясь на соседний стул.
— Наслаждайся! — игриво отвечает.
Листаю, с каждым сообщением улыбка все сильнее лицо растягивает, пока не замечаю одно, не от него.
Я же так и не перезвонила вчера Соне. Сердце начинает взволновано метаться. Набираю.
— Мил, привет. — тихо говорит подруга. — Подожди… сейчас. — от ее тона холод по спине бежит.
— Сонь, прости, прости, я вчера… у меня же выпускной… — начинаю я оправдываться. Я же знала что так настойчиво она никогда не звонила. И проигнорировала.
— Я знаю, — еще тише, что и мне на шепот перейти хочется. — Ане операцию вчера сделали. Я у нее сейчас.
— Боже! Что случилось? — пугаюсь я и замечаю как мама подходит и Олег напрягается.