Уникум. Беллум

– Я поговорю со Светой, – решительно тряхнул я головой.
– Какие у вас отношения?
– Нормальные. Мы пару раз общались с ней и Куракиным после всего. Но без какой-либо конкретики. Они не отступили в своем желании уничтожить Уварова. Куракин и вовсе хотел явиться на прием к предстоятелю, ну и… В общем, мы его еле уговорили этого не делать.
– Думаю, настала пора побеседовать с Терлецкой еще раз. Но не сейчас. А теперь пойдем, есть кое-что другое, требующее твоего внимания.
Он тронул меня за плечо, и мы вновь переместились. На этот раз в хорошо знакомое мне место. Наверное, домовые только и ждали, когда Потапыч уберется из Терново, потому что от его пребывания в комнате аппарации не осталось и следа. Держу пари, весь хлам банника, который он не успел забрать, попросту выкинули.
Возвращаться в Терново было больно и приятно одновременно. Я жалел, что больше не являюсь частью школы. И вместе с тем, стоило увидеть родные стены, внутри проснулась некая детская радость.
– По какому праву?! – вывел меня из раздумий скрипучий голос.
Его обладатель, крохотный зеленокожий, появился из ниоткуда. Вид недомерка мог рассмешить, но вместе с тем намерения гоблина были вполне серьезные. Ну да, я же теперь чужак, поэтому защита и сработала должным образом.
– Все в порядке, у меня есть печать, разрешающая посещение, – Якут выплеснул немного силы, и в воздухе стала образовываться занятная вязь, обретающая целостные очертания.
Гоблин некоторое время задумчиво изучал печать, точно видел наставника впервые, а после все же благодушно кивнул. И сразу исчез.
– Побежал докладывать большаку, – прокомментировал Якут. – Пойдем, покажу тебе кое-что, пока все спят. Лучше нам здесь не задерживаться, чтобы не привлекать к себе лишнее внимание.
Нет, тут ровным счетом ничего не изменилось. Устремившись в черное небо, силуэты Башен сурово взирали на гостей. А именно таковыми мы и являлись. Тихо шелестел желтеющими листьями обширный лес. Безмолвными свидетелями застыли пустые незанавешенные окна во флигелях. Терново было вроде прежним, и вместе с тем что-то заметно изменилось. Я с запозданием осознал: силы здесь стало намного меньше. Возможно, как мастеру, мне теперь стало понятно ее итоговое количество в школе. Или было еще что-то…
– Тебе необходимо четко осознавать, кто такие предвестники. Они не дадут тебе ответов, лишь помогут определиться с готовым решением. Понимаешь?
– Марков уже говорил. Они способны создать будущее.
– Да. Предвестник подобен проектировщику, воплощающему твою задумку в жизнь. Он не подскажет, как именно использовать теневика. Это должен решить ты. Но вместе с тем предвестник потребует слишком многого.
Якут шагал по ночной площади, уверенно чеканя шаг. Его путь лежал к флигелю первого курса.
– Чего именно? – спросил я.
– Доверия. Ты должен будешь поделиться с предвестником всеми своими планами, чтобы магический чертеж был доведен до совершенства или хотя бы был приближен к нему. В этом плане фигура тетки Терлецкой в роли предвестника не так уж плоха. Смерть сестры она Уварову не простит. Но, помимо доверия, необходима будет и информация.
– Я понял. Рассказать все, что я задумал.
– Информация о противнике, – Якут проигнорировал мои слова. – Предвестник должен понимать расстановку всех сил на шахматной доске.
– Но как это возможно? Я же не могу прийти к Уварову и спросить, что он задумал.
– В этом и заключается главная проблема. Мы можем лишь догадываться. Но кое-что мне все же разузнать удалось.
Якут остановился возле окна флигеля, положив руку на стекло. Жестом он приказал мне сделать то же самое.
– Что ты чувствуешь? – спросил наставник.
Пришлось напрячься. Я был силен, однако в концентрации и сканировании значительно уступал Якуту. Поэтому после длительной паузы разочарованно сказал:
– Ничего.
Впрочем, мой ответ вполне удовлетворил наставника.
– Хорошо.
Якут подошел к соседнему окну и повторил процедуру, выжидающе глядя на меня.
– Ничего, – сказал я и, немного подумав, добавил: – И никого.
 
– Именно. Знаешь, сколько учеников поступило в этом году в Терново? – Не дожидаясь версии, Якут ответил сам: – Одиннадцать. Абсолютный антирекорд. Я проверил по записям, подобные результаты во всех школах.
– А можно, как для прапорщиков, медленно, с объяснением и желательно два раза?
Наставник не улыбнулся, оставаясь по-прежнему серьезным. Ну и зря. Даже буке Козловичу нравились мои шутки.
– После войн, когда погибают обладающие силой, к августу инициируется значительно больше магов, чем обычно. Возрастает количество нечисти, возможно неожиданное повышение рангов у волшебников. Это аксиома. Сила не может просто пропасть. Если где-то убыло…
– В другом месте прибыло. Это понятно.
– Именно. И ты помнишь, что случилось в прошлом году. Небольшая заваруха в Польше, где погибло несколько очень могущественных волшебников, включая патриарха, десяток искусников и множество мастеров. Про низкоранговых магов и говорить не приходится. Счет шел на сотни. Улавливаешь логику?
– Получается, Терново должно быть забито под завязку.
– Не только Терново, – поправил меня Якут. – Все школы. Вместе с тем должен быть всплеск роста нечисти. Но произошло ровно обратное. Будто сила нашла себе другой источник. Иномирный источник. Магнит, который буквально забирает силу.
– Теневик? – у меня пересохло в горле.
– Нет, – покачал головой Якут. – Он перешел сюда уже позже. Скорее всего, в этом мире есть еще одно существо оттуда. И самая главная задача – выяснить, кто это.
Меня словно пыльным мешком по голове ударили. Эта новость спутала все карты в предстоящем раскладе. Я-то надеялся, что вместе с теневиком у нас есть хоть какое-то преимущество над Уваровым. Однако в мой расчет не входил еще один иномирец.
Все было логично. Теперь непонятная заварушка с Германской Федерацией с не менее невнятным перемирием представала в совершенно другом свете. Уваров попросту наблюдал, сможет ли его иномирец поглотить силу. И явно подтвердил свое же подозрение. Он опять был на шаг впереди всех остальных. А мы даже не понимали, чего он хочет.
Якут расценил мое молчание совершенно правильно. Мне надо было все обдумать самому. Однако теперь желание встретиться с предвестником, точнее, с предвестницей стало еще сильнее.
– Мне кое-что нужно, – сказал я после долгого молчания.
– Что?
– Место абсолютной силы. Там, где ее невероятно много.
– Хочешь подкормить свою собачку?
– Не стоит называть его так, – серьезно ответил я. – Но да. Именно этим я и собираюсь заняться.
– Это может быть опасно.
– По-другому и не будет, – не стал спорить я. – Так что?
– Дай мне пару дней. Все сделаю.
Расстались мы без лишних слов. Якут, скорее всего, отправился в Министерство, а я – к единственному существу, способному понять меня без слов. Достаточно было захотеть найти теневика, и перед моими глазами сразу расстелилась обширная степь. Короткий момент перехода – и руки легли на грубую черную чешую. Наша сила вновь стала единой.
– Ты не такой уж и могущественный, да, Черныш? – спросил я, едва сдерживая ком в горле от досады.
Все мои планы летели к чертям. Я вновь напоминал того наивного чукотского юношу, который одним махом решил убить мага вне категорий. Ледяной язык коснулся моей щеки, а теневик ласково что-то прорычал в ухо, будто подбадривая.
– Ты прав. Пока мы живы, рано сдаваться. Ну что, покажешь, как у тебя продвигается охота?
Я залез на Черныша, а тот, едва этого дождавшись, радостно рванул с места. Холодный ветер хлестал по лицу и пробирал до костей, однако мне было хорошо, несмотря на полученные новости.
Домой я вернулся ближе к вечеру, за неполный день «набегав» несколько сотен километров. После сегодняшней совместной охоты, точнее, безжалостного истребления нечисти уверенность в собственных силах возросла. Теневик не знал сомнений. Он никогда не отступал. И остановить его могла лишь смерть. А я уж постараюсь, чтобы этого не произошло.