Лучший из худший 3 (СИ)

— Да ради бога! — при виде ухмылки на его лице, я бесился ещё сильнее. — Мне совершенно нетрудно ответить. Савва Мстиславович — человек богатый и весьма осторожный. Он не полагается на обычные замки и засовы, и охрана у него состоит не только из вооружённых бойцов. Воропаев окружил своё имущество магическими ловушками и препятствиями. Чтобы взломать их, понадобится кто-то особенный.
Он погрустнел.
— Я пытался нанять специалистов, но везде получал отказ. Никто не желает связываться с Воропаевым, даже за огромные деньги. А тут, сами небеса сделали всё, чтобы наша встреча состоялась. Сначала я увидел вас в деле, потом вы попали в машину моих слуг… Грех отказываться, если сама добыча идёт вам в руки. В общем, вы моя последняя надежда, поэтому я вцепился в вас словно клещ, — несмотря на то, что в его голосе появились виноватые нотки, по его взгляду я понял, что никакого раскаяния Борис Иванович не испытывает.
Ему было абсолютно плевать на меня и мою жизнь.
— Ну вот, — в сердцах воскликнул я. — Даже спецы отказались, а чего вы тогда хотите от меня — я ведь не вор, а дилетант! Засыплюсь ещё на подходах…
— Тогда маленький и миленький шоггот позаботится, чтобы у охраны о вас не осталось даже воспоминаний. Пойдут клочки по закоулочкам и всё такое! — не порадовал меня собеседник. — Мне будет очень вас не хватать, господин Ланской. Так что лучше бы вам не огорчать меня и тщательно подойти к делу.
Он посмотрел на свои часы.
— У вас всего двое суток, Ланской. Потом шоггот наберёт столько силы, что с ним будет невозможно справиться.
— Смеётесь, Волков! Да я руками и ногами с трудом двигаю, а вы даёте мне каких-то сорок восемь часов! — заметил я.
— Что ж, справедливо… Ваше физическое состояние оставляет желать лучшего. Но это поправимо. Анфиса поставит вас на ноги…
— Это как?
Он подмигнул мне.
— Ну, не такими методами, о которых вы, наверное, сейчас подумали. Хотя, согласен с вами — мордашка и фигурка у Анфисы хоть куда! Но у девушки есть и другие таланты: она — прекрасная травница. И уже сейчас на кухне настаивается целебный отвар, способный снова сделать из вас человека! Ну, Ланской, по рукам?
— Что может помешать мне убить вас, после того, как я принесу вам эту папку с бумагами?
— Инстинкт самосохранения, — слабо улыбнулся собеседник. — Если наш теперь уже общий знакомый Савва Мстиславович узнает, кто приделал ноги к этим важным бумагам, я бы не отдал за вашу жизнь и ломанного гроша! У него очень длинные руки, они дотянутся до вас хоть в сибирской глуши, хоть в столице.
— Ну, а вы точно сдержите слово и избавите меня от шоггота?
Волков снова улыбнулся.
— Судя по лексикону, который вам столь привычен, мне стоит сказать нечто вроде — зуб даю! Но… честное купеческое слово вас устроит? Под него с лёгкостью заключаются миллионные сделки.
— Устроит, — кивнул я. — Пусть Анфиса несёт ваш отвар, я берусь за это дело. И…
— И ещё вам понадобится больше информации о владениях Саввы Мстиславовича, — перебил меня он. — Не беспокойтесь, я уже всё собрал для вас. Оставьте сегодняшний день на подготовку, а завтра отправляйтесь на дело. Желаю вам удачи, господин Ланской.
Он развернулся и вышел из комнаты. Почти сразу, словно она стояла за дверями и ждала, появилась Анфиса с подносом, который она поставила на прикроватную тумбочку. Поднос не был пустой, на нём находилась полулитровая кружка с толстой ручкой, до краёв наполненная зеленоватой и пахнувшей чем-то вроде сосновой смолы, жидкостью.
— Что это? — спросил я, кивая в сторону кружки.
— Лечебный отвар. Его надо пить, пока он тёплый.
Я посмотрел в её глаза. В них было всё, кроме желания причинить мне зло. Двум смертям не бывать… Я взял кружку с подноса и сделал глоток. Во рту сразу сделалось вязко, я чуть не поперхнулся.
— Пейте. Вы должны выпить всё до дна! — настойчиво потребовала Анфиса.
Мучаясь и нервно сглатывая, я всё-таки осушил посуду. Девушка удовлетворённо кивнула.
— Сейчас вам станет намного легче.
Я прислушался к своим ощущениям. Пока вроде ничего, кроме слабости… Потом… Потом в желудке словно взорвалась атомная бомба, я чуть не вскрикнул от неожиданности и боль, но боль быстро отошла, а вместо неё тело начало переполняться энергией. Ещё немного, и меня от неё уже просто распирало, я словно заново родился, а позади не было ни схватки с братцем, ни бегства, ни отката, ни долбанного шоггота, сидящего у меня в печёнках.
 
Кровь бурлила в моих жилах, а энергия искала выход. От меня, наверное, можно было «прикуривать» автомобильные аккумуляторы и запитывать лампочки. Целую кучу лампочек!
Я снова посмотрел на Анфису. И без того весьма привлекательная, она будоражила меня ещё больше, да я уже закипал от желания, ещё немного, и крышку сорвёт. Я забыл о Лизе, о всех женщинах на свете. Мне была нужна только Анфиса, причём здесь и сейчас!
Она дерзко вскинула подбородок, прочитав мои мысли. На лице появилась снисходительная улыбка.
— Я знаю, что вам сейчас нужно, сударь! Скажу больше, я этого ждала. Дайте мне минутку, чтобы раздеться…
Минута казалась мне вечностью, поэтому я не стал ждать столько времени и, схватив её за руки, с силой подтянул к себе и поцеловал.
  
Глава 6
 
Глава 6
После того, как всё закончилось. Анфиса как-то поспешно собралась и вышла из комнаты, снова оставив меня одного, валяться на кровати и предаваться размышлением.
Тихо тикали часики на стене, забирая с собой отведённое мне время.
Я лёг на потолок и уставился на него так, словно там были написаны ответы на все вопросы. Большое всего на свете я бы, конечно, хотел узнать, что мне делать с этим долбаным шогготом, которого в меня подселили как какого-то паразита.
Внезапно висок кольнуло и чей-то недовольный возглас пробурчал:
— Сам ты долбаный паразит!
— Что? — Я вскочил с кровати и осмотрелся.
Мне показалось, что кроме нас с Анфисой в комнате больше никого не было, но вдруг мы слишком увлеклись и кто-то сумел проскользнуть сюда незамеченным.
Нет, здесь действительно больше никого не было. Значит, показалось.
— Показалось ему, держи карман шире! — снова раздался знакомый голос, но на сей раз в нём было сплошное ехидство.
— Кто здесь?! — напрягся я.
— Ну и зачем орать? — удивился собеседник. — Молчал бы себе в тряпочку, я тебя и так услышу… мысленно.
— Мысленно?
— Ну да, я у тебя не только в печёнках, но и в мозгах сижу. Так что не напрягай голосовые связки, умник! — раздражённо бросил он.
— Так ты… шоггот что ли?! — я ощутил себя так, словно только что получил яблоком по башке и потому на радостях открыл закон всемирного тяготения.
— Ну а кто ж ещё? — удивился он.
Ну, у меня был ещё вариант с настоящей личностью Ланского, но она запряталась так глубоко и, надеюсь, надолго, что больше нам встретиться тут не суждено.
— Погоди, мужик! — тут же эхом отозвалось в башке. — Так ты что — типа меня что ли…
— В каком смысле?
— В паразитарном! — хмыкнул шоггот. — Тебя, похоже, как и меня в чужое тело подселили… Вот зараза!
— Почему, спрашивается, зараза?! — обиделся я. — Да, моё сознание действительно оказалось перенесено в чужое тело, но я к этому не имею ни малейшего отношения.
— Можно подумать, что и я своё общество кому-то навязывал! — фыркнул шоггот. — Меня тоже никто не спрашивал. Пошептали-поколдовали и хоппа! Здрасьте-пожалста! Сижу в чей-то телесной оболочке, а тут и кроме меня народа — полная хата. Что теперь прикажете с этим делать?
— А что ты обычно делаешь? — заинтересовался я.
— Да ничего я не делаю. И прежде никогда не делал. Меня из моего мира впервые выдернули.
— Другими словами, ты новичок?
— Да, но не газ, — ухмыльнулся шоггот, видимо, успешно покопавшийся у меня в памяти. — И вообще — я так не играю. Возникла конфликтная ситуация, непредусмотренная договором.