Практика по боевой некромантии, или Любовь не предлагать (СИ)

— Они, — качнул он головой. — Это что-то продвинутое. Вот здесь запрещённое плетение увеличения резерва, — он очертил пальцем часть изображения. — А вот здесь… кхм. Ещё более запрещённое плетение…
— Перемещения между мирами?
— Откуда ты знаешь? — Лайс обратил ко мне острый взгляд серых глаз.  
— Потому что… 
— Она не Бриджит, да? — поражённо выдохнул ректор. — Карина? Так ты её называл.
— Да, Карина. Вы можете рассказать о перемещениях между мирами?  
Слова дались нелегко. Я вдруг понял, что могу лишиться Карины. И на её место вернётся Бриджит. Мне этого не хотелось, но как я мог молчать, когда она так скучала по дому? 
— Они запрещены, Крайтон, — ректор задумчиво провёл ладонью по покрытому щетиной подбородку. — Информация о них закрыта, потому что перемещения невозможны. Возможен только обмен. С существом, обладающим магическим резервом. А параллельный нам мир — немагический. Резервы его жителей находятся в зародыше. Обмен производится, но в нашем мире человек не выживает, погибает. 
— А тот, кто переместился в его мир?
— Теряет возможность вернуться. И вот интересно... Бриджит могла просто совершить обмен, а она провела ритуал над Кариной, чтобы искусственно расширить её скудный резерв.
— Потому резерв Карины не поддаётся оценке? Что это за ритуал? Почему он запрещён?
— Потому что чаще всего завершается летальным исходом, приводит в нестабильность мировой баланс, может спровоцировать формирование Разлома. В общем, нельзя этим заниматься. Но… смотрю, Бриджит постаралась его стабилизировать. Такого мага лишились. Она же гениальна. 
— Она эгоистичная стерва, — выплюнул я яростно. — Бросила здесь Карину. 
— Я говорю сейчас не о её моральных качествах. Она хотя бы дала Карине шанс на жизнь. 
— А как вернуться? Это возможно? 
— С этим проблемы. Нужно вычислять созвездия, — ректор задумчиво зашептал что-то одними губами, подняв взгляд к потолку, словно что-то подсчитывая. — У нас сейчас в пике Цепеш и, да, парад планет. Все ритуалы даются легко. Я сам провёл парочку. Огромного резерва не нужно даже для такого сложного плетения, если поймать момент. 
— То есть вернуться можно? 
— В ближайшие дня два вполне. Если влить много магии. Но это запрещённое волшебство.
Возможно ли одновременно испытывать облегчение, стыд и тоску. Я хотел, чтобы Карина осталась, но понимал, что мои стремления эгоистичны. И в то же время мне было бесконечно жаль, что прошлое для неё закрыто. 
— Нужно ей рассказать.
Силы будто ушли на этот короткий разговор. Я устало потёр шею, пытаясь представить, как Карина отреагирует на новости. 
— Я с тобой. Постараюсь смягчить удар, — ободряюще улыбнулся мужчина.
— Карине что-нибудь будет?
— Крайтон, она потенциальный Высший некромант. Затрём все следы, обучим. Такой бриллиант нельзя отпускать. 
Лайс взмахом руки развеял барьер вокруг нас. И тогда мы ощутили, что происходит снаружи. Концентрированная магия смерти окутала, словно коконом, проникая в мысли пугающими образами, от которых не без усилий удалось закрыться.  
— Что происходит? — прохрипел я.      
Ректор не ответил, он буквально сорвался с места, пронёсся по коридору и вылетел из здания. Я рванул за ним, выбежал в прохладу утра. И тогда увидел впереди Карину. Она парила над надгробиями в круговороте зеленоватых эманаций магии смерти. А над ней в небе формировался чёрный провал, в глубине которого появлялись очертания странных зданий. 
— Карина, — задохнулся я в тревоге и побежал вперёд. 
— Крайтон, стой! — ректор попытался меня удержать, но я оттолкнул его руку и ускорился.
Лишь бы успеть, пока она окончательно не потеряла себя…
  
Глава 46
 
Трупы вырывались из могил одним ударом магии. Поднять и опустошить — легко, как конфетку у ребёнка отнять. За мной тянулась вереница иссушенных останков, с рук срывались всполохи магии смерти, а меня переполняла энергия и безумное желание крушить всё на своём пути. Превращать в тлен…
Грудь жгло ликующее чувство предвкушения, азарта, терзала ненасытная жажда впитать в себя как можно больше эманаций. Всё проще удавалось поднимать разом не одно умертвие, а несколько. Десятки.
 
Я не заметила, как в какой-то момент взмыла в воздух. Энергия держала и мягко баюкала меня, окутывала коконом, даруя спокойствие. Надёжность и защищённость. Вокруг закручивался вихрь, вырывающий из земли с корнем деревья, могильные кресты, поднимавший опавшие листья, сломанные ветки и небольшие камни. 
Пространство звенело, а надо мной образовывалась воронка. Ткань мироздания трещала, готовая прорваться в любую секунду, но меня это не тревожило. Не было человеческих чувств, всё моё естество заполнили эманации, оставшиеся после смерти всех этих существ, которых я так безжалостно опустошила. 
В какой-то момент я стала замечать вокруг знакомые дома. Нормальные. Родные. Высотные многоэтажки, детская площадка, которую мы назвали «Замок», аптека на углу дома. Вот он — мой мир. Нужно лишь… 
Редкие деревья во дворе моего дома гнулись к земле. Летели камни и бились о припаркованные машины. 
— Ты что творишь?! — я узнала голос и повернулась на него. 
Лицо Бриджит исказила нешуточная тревога. Страх. Она стояла возле пешеходного перехода, а рядом… парень. Незнакомый мне парень, но то, как он сжимал ладонь Бриджит в своей, говорило о многом. Бастиан. Тот из-за кого отняли мою жизнь… 
— Прекрати немедленно! Ты всех уничтожишь! 
— Я хочу вернуться… — мой голос звучал гулко и далеко, будто эхо. — Ты должна поплатиться за то, что совершила. 
— Это невозможно! — испуганно воскликнула Бриджит. — Во мне больше не осталось магии! Я всё потратила на то, чтобы влить остатки сил в Бастиана и безопасно переместить его сюда. При этом я сделала всё, чтобы оба двойника остались живы! Что тебе ещё нужно?! 
— А как же двойник Бастиана? Твой отец испортил его семье жизнь, что будет с ним? 
Не скажу, что меня это волновало в данный момент. Но я хотела найти повод, за который смогла бы зацепиться и разозлиться ещё больше. Ведь злость подпитывала меня и помогала держать грань между мирами открытой. 
— Мой отец вернул им работу, как только я перестала пытаться идти против его воли и начала якобы встречаться с Таиром, — бессильно отозвалась Бриджит, а по её лицу потекли крупные слёзы. Настоящие… — Я сделала всё, чтобы никто не пострадал! Но если ты сейчас попробуешь вернуться, я умру! Бастиан умрёт… И возможно, погибнет весь мир. Нельзя вмешиваться в ткань мироздания. Возможен только обмен двойниками, но если мы погибнем, может произойти всё что угодно, неужели не понимаешь?! 
Я не понимала. Честно не понимала. Это же так просто. Я же вижу их. Почему нельзя лишь взять и… 
— Карина! Карина, остановись! — знакомый голос больно врезался в сознание. Дэрек… — Остановишь, прошу! Барьер снова трещит по швам, если не остановишься, мы все погибнем! 
Дэрек… Разум медленно прояснялся. Чувства ожили, зашевелились, начали вытеснять опасные для меня эманации, но я словно не хотела их отпускать. Боролась сама с собой. И может быть проиграла бы эту битву, уступила место магии смерти, но… 
Бриджит вдруг отчаянно закричала: 
— Бабушка! — и бросилась вперёд, к моему дому, чтобы закрыть собой мою, не её, бабушку от рухнувшего у подъезда дерева. 
— Бри! — Бастиан кинулся следом за ней, ловко перепрыгнув упавшую берёзу, и заключил смертельно бледную девушку в объятия. 
Сердце пропустило болезненный удар. 
«Я могла убить их… убить родного человека…», — мысль отрезвила, щёлкнула в мозгу подобно удару хлыста. 
Бабушка тряслась от пережитого ужаса, но больше беспокоилась не о себе. О Бриджит. 
— Девонька, ты как? Милая, с тобой всё хорошо? 
Вздрогнув всем телом, я отступила. Закрыла глаза и рухнула. Воронка с гулким звуком захлопнулась и исчезла, словно её и не было.