Комсомол против гегемона капитализма (СИ)

Задействовав соответствующие алгоритмы и схемы нейроусилителя я принялся подключаться к терминалам пользователей сети. При каждом подключении я соединялся с нейрооблаком пользователя интегрировал в его нейрослепок некоторые инструкции.
Они были довольно простыми, и благодаря изначально благодатной почве выстраивались в нейропространство пользователя без каких либо проблем. Содержали они в себе довольно небольшой объём информации и были больше напоминанием чем жёсткой установкой.
Основой для них я взял тот набор, что прошивал в головах асоциальных элементов которых отправили на предприятия по всему союзу в рамках комсомольской инициативы. Естественно, сильно адаптировав, всё-таки сейчас я работал не со своими противниками, а с союзниками, так что мн надо было не сделать из них идеальных приверженцев комсомольского и коммунистического движения, а просто более, так сказать, “правильных” людей.
Вся их “правильность” заключалась в том чтобы они в первую очередь не боялись. Не боялись поступать правильно. Хоть они и так жили по правилам — не занимались хищением социалистической собственности, не применяли насилия к другим людям, не занимались само деструктивной деятельностью, и повышали уровень собственного образования, но теперь они не боялись говорить и демонстрировать это открыто. Ведь довольно тяжело говорить “я не пью” в коллективе где считается правилом каждую пятницу заливать в себя спиртосодержащие жидкости, а рассказы о совершенных актах вандализма или физического насилия в состоянии измененного сознания встречают восторженное одобрение. Или прямо высказать в лицо расхитителю социалистической собственности о неправомерности его поступка — требует довольно большого количества внутренней силы, особенно если точно знаешь о незамедлительно последующей бурной и негативной реакции на такое замечание.
Вторым правилом было стремление быть последовательным — если уж выбрал одну дорогу или линию поведения то нужно следовать ей до конца. Это довольно логичная модель поведения, но к сожалению довольно многие предпочитают прямо противоположное и меняют свои решения и менения подобно флюгеру на ветру. Например, многие изучив дисциплину научного атеизма и даже сдав по нему ряд экзаменов, почему-то в глубине разума начали думать об идее всемогущего существа с неожиданным одобрением, и если бы у них возникла такая возможность то они несомненно бы влились в ряды бедных одурманенных людей называющих себя рабами этого существа. Изредка такие одурманенные мне попадались, но я не решался исправлять их рассудок, понимая что как только они поймут что занимались такой глупостью и добровольно себя унижали то это вызовет к них страшную моральную травму которая ввергнет их и без того слабый рассудок в настоящую пучину отчаянья.
Ну и третьей установкой было чувство солидарности. Многие не обращают внимание на других людей когда им требуется помощь, считая что им поможет кто-то другой. Причём это касается не столько физической помощи (в этом ключе как раз почти все встреченные мною люди были довольно солидарны), сколько как раз моральной и духовной солидарности Если кто-то один начинал выступать с требованием или предложением, чтобы и другие близкие к его мыслям и образу жизни люди выступали вместе с ним. Что-то подобное я наблюдал у некоторых этнических землячеств — там тоже все крепко держались друг за дружку, во всём поддерживали и помогали своим землякам. Но, к сожалению, основном эта поддержка носила противоправный характер, а сами землячества были чем то вроде организованных преступных группировок. Разбить эту ситуацию я намеревался как раз этой установкой, чтобы друг дружку поддерживали профессионалы и специалисты в своей созидательной деятельности, а не разные маргиналы в деструктивных стремлениях.
Конечно, эта работа заняла у меня не час и не два, а практически целую неделю. Благо из-за происходящих в стране событий время у меня было полно — родители реципиента ходили как в воду опущенные и практически не обращали на меня внимания. Учителя в школе тоже словно пребывали в прострации и проводили уроки больше по инерции чем, стараясь, дать нам учебный материал. Хотя на фоне этого резко активизировала свою работу комсомольская организация — добровольцы с повязками дружинников патрулировали улицы, в зале ДК в котором обычно проводились собрания практически беспрерывно шли лекции. ИХ проводили убеленные сединами, но ещё крепкие дедушки и бабушки. Они рассказывали об оперативно следственной работе, праве и юриспруденции, а также основам экономики, управлении персоналом и психологии коллектива. Причём эта учеба шла не только в нашей городской комсомольской ячейке, а по всему союзу. Обращение главы государство наделало много шума и сильно всколыхнуло общество. Теперь все понимали что в обществе нужны изменения и эти изменения может принести только молодежь, а для того, чтобы изменения были позитивными активисты из комсомола должны быть очень хорошо образованы. Причём образование у них должно быть не в разрезе истории коммунистического движения, а как раз в области эффективного хозяйственного управления.
 
Конечно, организовать это самое “понимание” было не так уж и просто, но благодаря моему новому нейроусилителя и разветвленной, буквально по всему союзу, сети персональных ЭВМ, выступавших эмиттерами нейроволн. Но в конечном итоге я справился. И лучшим свидетельством этого стали буквально с каждым днем происходящие в обществе изменения.
При отсутствии милиции, и росте самосознания отдельных граждан из наиболее образованных и технически подкованных граждан пользующихся заслуженным авторитетом у самых разных слоёв общества уличное хулиганство сошло на нет. Подростки теперь не били стёкла, пачкали стены или совершали акты насилия в отношении менее возрастных детей, а занимались сбором отходов, развитием своего физического состояния, ведь после появления в широком доступе чертежей и редких прототипов мобильных доспехов, практически каждый ребёнок грезил стать пилотом такой чудо машины. Особенно всех детей союза подбил на это репортаж показанный по центральному телевидению. В нём открыто демонстрировались кадры, как небольшой отряд добровольцев — ребят шестнадцати-семнадцати лет, сбежавших на фронт в этих самых самодельных доспехах, при поддержке пары дистанционно управляемых боевых роботов в пух и прах разбила колонну вражеских танков. Конечно, в репортаже скромно умолчали о том что колонна была на марше, и по некоторым сведениям это были неисправные машины следовавшие своим ходом к месту ремонта, но всё равно это было большое достижение для вчерашних школьников.
Кроме того, что молодежи от деструктивных занятий перешла учёбе и почему саморазвитию, ещё один класс населения взялся за ум. Те кого обычно с презрением называли маргиналами, пьяницами и трутнями тоже начали меняться. Сначала один человек в одной из десяти компаний, потом адепт перемен начинал появляться в каждой пятой компании, а когда они были уже почти во всех, произошёл естественный скачок от количества к качеству. Бездельники перестали проводить своё время за распитием спиртных напитков, устройством дебошей, бытовом насилии и мелком хулиганстве, а принялись организовывать небольшие артели. Как оказалось многие из них отбросив оковы алкогольного рабства были очень неплохими специалистами в самых различных областях, начиная от слесарного и столярного дела, заканчивая сборкой космических аппаратов. Так что теперь в гаражах, сараях, или просто в квартирах кипела работа. Бывшие бездельники, пропойцы, тунеядцы и алкоголики изготавливали товары народного потребления. Причём им в этом деле активно помогали те же самые мини ЭВМ. В них были размещены как схемы, чертежи и техпроцессы изготовления кучи вещей, так и заявки на приобретение той продукции. Так что теперь благодаря этой консолидации каждый пользователь “невода” мог сделать необходимую ему вещь будь то элементарная электромясорубка (сделанная из обычной с приделанным мотором от стиральной машинки), ремкомплект на лодочный или автомобильный мотор, или даже компактный летательный аппарат — поступали и такие заказы, тем более что малая авиация начала переживать настоящий бум. Благодаря тем же самым мини ЭВМ и микроволновым рациям согласование и осуществление диспетчерского сопровождения полетов стало элементарной задачей. Больше не надо было отслеживать вручную маломерное, низколетящее судно — всё это делала автоматика. Она же считала эшелоны и курсы, разводя пилотов по маршрутам не допуская столкновений.