Комсомол против гегемона капитализма (СИ)

Из памяти реципиента и собственно полученных некоторых сведений, мне было известно, что окружающий меня мир населяют не только человеческие особи, но и множество самых разнообразных форм жизни. Некоторые из которых обладают поистине колоссальными размерами.
Решив поискать что-то подобное, тут же занялся перенастройкой домашнего нейроусилителя. Так как мне нужно было подключение на большое расстояние, то и работать предстояло на длинных волнах, поэтому вставил на задающем генераторе частоту в полтора мегагерца. Это позволит при длине волны в двести метров подключиться к чему нибудь (а вернее к кому-нибудь) с аналогичными размерами.
Единственное о чём я переживал, надевая нейрошлем, так это то что в нужном мне районе не окажется подходящих под мои задачи живых организмов. Но как оказалось, пережить мне следовало совсем по другому поводу. Подключиться к нейрооблаку какого-то странного существа удалось без особых проблем. Но вот то что последовало дальше чуть не сломало мне разум.
Нейропространство к которому я подключился было настолько чуждо, что мне приходилось на одной силе воли абстрагироваться от происходящих в нём процессов. Дело в том что то существо с которым мне удалось установить связь, в режиме реального времени контролировало все свои жизненные процессы — как по венам течёт кровь перекачиваемая сердечной мышцей, как в кишечнике перевариваются остатки прошлой трапезы, как щупальца облаком парят возле ротового клюва, готовые по первому сигналу мозга метнуться за добычей, оплетая её.
Именно эти щупальца так сильно и поразили меня. Как будто в этой твари я увидел что-то если и не родное, так довольно знакомые. Но сколько бы ни силился понять в чём причина этого ощущения, так и не смог.
  
Глава 21
 
Контр-адмирал Говард О'Брайен стоял на командном мостике и с холодным взглядом наблюдал за рабочей суетой экипажа вверенного ему корабля. Офицеры принимали доклады от операторов постов наблюдения, руководили полетами авиагруппы, принимали решения и в соответствующих случаях делали доклад. Мужчина в форме военно-морских сил США, любил свою работу. Она давала ему высокий статус как на службе так и в гражданской жизни, позволяла получить доступ ко многим материальным и что самое не материальным благам. Так например благодаря своему назначению он теперь был вхож в закрытый клуб деловых людей. На собраниях они обсуждали политику, принимаемые решения другими не менее уважаемыми людьми и последние новости. Но не это было самым главным в участии в подобном дискуссионном клубе. Помимо лёгкого решения многих жизненных вопросов, вроде приобретения особняка приличествующего его статусу и положению в обществе, качественной пластики для жены(ведь негоже чтобы рядом с таким уважаемым человеком быть морщинистая и обрюзгшая женщина), он получал доступ к некоторым привилегиям недоступным простым обывателям. Например, в том самом клубе где он встречался с почтенными господами были приватные кабинеты, в которых можно было исполнить свою практически любую фантазию. Именно о последнем таком посещении, перед отправкой в эту варварскую местность, чтобы взять к ногтю мерзких коммуняк и их прихлебателей, были все его мысли пока он с каменным лицом раздавал необходимые команды и выслушивал донесения.
Но вдруг какая-то неправильность в окружающей деловой суете привлекла его внимание. Разом выбросив из головы сладкие воспоминания об извивающемся на деревянной раме теле, заливающем рол из ран оставленных стеком, он обратил своё внимание на пост гидролокационного наблюдения, чуткий слух уловил в рабочем шуме часть разговора, где оператор докладывал офицеру поста о странных показаниях сонара.
Практически сразу же после этого последовал доклад ответственного офицера об обнаруженной странной аномалии. Посреди их ордера стали появляться неправильной формы, плотные объекты с коротким сроком жизни и странными флуктуациями. Причем их засекли не только наблюдательные посты авианосца, но и постами наблюдения с кораблей прикрытия. Судя по всему это были косяки рыб. Но создавалось впечатление, что ими как будто кто то управляет заставляя демонстрировать необычное поведение.
 
— Повысить уровень готовности на одну единицу, — приказал контр-адмирал, — боевую работу авиагруппы продолжать в прежнем режиме.
Стоило ему отдать приказ как дежурный офицер тут же принялись отдавать приказы и звук работы корабля тут же изменился. Затопали по коридорам ботинки морских пехотинцев, часть отсеков прежде открытых принялись задраиваться, с нескольких орудий сдернули защитные чехлы и команды их БЧ переводили аппаратуру управления из дежурного в боевой режим.
— неизвестно, что задумали коммуняки, но необходимо быть готовым ко всему, — вертелась у него в голове мысль. Конечно, была надежда, что странное поведение косяков рыбы вызвано естественными причинами, типа сейсмической активностью морского дна или утечкой дизтоплива из танков какого нибудь корабля сопровождения. Но он понимал что шанс такого исхода ситуации крайне малы.
Он так и стоял с бесстрастным лицом случая всё учащающиеся доклад о странном поведении рыбы, которая кишела практически у борта его корабля и уже хотел было дать команду разогнать глупую селёдку несколькими глубинными бомбами, когда над взлётной палубой взметнулось огромное щупальце со здоровенными присосками.
Кто-то из находящихся на мостике людей не выдержав такого зрелища тонко завизжал, но О'Брайен отреагировал довольно спокойно. Что-то внутри него подсказывало что придя с войной к Русским нужно ожидать от них самых нестандартных ходов. И если они вздумали натравить на его корабль своих монстров он найдёт чем им ответить.
— Отставить панику, — рявкнул он даже не глядя в сторону откуда раздавался крик, — задраить выходы на полетную палубу, оператором орудий непосредственной обороны, открыть огонь по противнику! Разнесите этого чертового кракена в клочья.
Тотчас ожили орудийные башни со многоствольной орудиями разворачиваясь в сторону необычного противника, и намереваясь кинжальным огнём разрезать плоть морского гиганта. Но Кальмар не стал дожидаться такого исхода. Пошарив одной из своих конечностей по палубе и смахнув за борт одного из техников обслуживающих самолеты он быстро вернул его под воду.
— Сбросит глубинные бомбы! Глубина подрыва 20! — крикнул один из офицеров видя что цель исчезла из поля зрения.
— Это ничего не даст, — тут же отозвался другой, — тварь прямо под нами!
— Дистанция минимум, — не унимался первый, — монстр в любом случае пострадает.
— Эскадренным миноносцам, сброс бомб, — подтвердил команду контр-адмирал. Идея ему понравилась — неизвестно как Совет приручили этого монстра с щупальцами, но близкий взрыв глубинной бомбы ему вряд ли понравиться. А его корабль переживёт воздействие ударной волны, всё-таки он довольно крепкое судно.
Но в этот момент офицер связи крикнул привлекая внимание, — морская тварь напала на корвет прикрытия и пытается его утопить!
— Как монстр успел так быстро доплыть до другого корабля, — подумал контр-адмирал, но тут же понял что монстров было несколько и тот что пытался атаковать авианосец никуда не делся. Тут же подтверждая его мысли над ботом вновь взвилось несколько щупалец, которые тут же рухнули на палубу и принялись шарить по ней.
На этот раз операторы установок непосредственной обороны не оплошали и потоки свинца, сплошным потоком вырывающиеся из многоствольных пушек принялись рвать в клочья плоть глубоководных созданий.
Глядя на то как палубу заливает бледно-синяя крови и засыпает кусками бурой плоти, Говард О'Брайен испытывал странное чувство — с одной стороны, он и его корабль подверглись самой странной за всю его карьеру атаке, а с другой, он успешно её отразил.
Но не успел он в воображении представить как сам президент жмет ему руку и прикалывает на китель заслуженную медаль, как с постов связи посыпались доклады один за другим. Корабли сопровождения докладывали что морские твари принялись раскачивать суда, да так что системы обеспечения остойчивости не могли справиться со своей задачей.