Дурнушка для мажора, или Уроки соблазнения (СИ)

Снова смотрю в ледяные глаза Артура, в которых так и плещется триумф. Похоже, он не устанет меня терроризировать, пока все нервы не вымотает. И даже не собирается скрывать, что получает от этого поистине нечеловеческий кайф.
— Можно сказать мы выросли в одной песочнице, — слегка приукрашаю действительность. — А потом Артур съехал от родителей. Вот, решили устроить вечер памяти.
— А вот это правильно. — Рябов заметно расслабляется. Всё-таки безупречная репутация сыграла мне на руку. — Спасибо за танец, Варя. Твой отец вырастил прекрасную дочь.
Я что-то тихо бормочу в ответ и спешу ретироваться.
Слишком насыщенный вечер. Разброс эмоций выбил меня из сил.
— Давай начистоту. Ты ведь не собираешься мне помогать, а просто дуришь голову, — бросаю сквозь зубы, со злостью глядя в замораживающую синеву глаз Артура. — Ты от этого тащишься, да?
Он задумчиво закусывает нижнюю губу, затягивая молчание.
— Ты красивая. Когда злишься, особенно… Я ошибся, всё не так уж плохо. — Артур протягивает зажатую между средним и указательным пальцем визитку. — Держи награду, ты заслужила. Это стилист моей матери. Скажешь от меня. К полудню должны будете управиться. Я за тобой заеду, выгуляем твой новый образ. Будь дома.
— А сразу так было нельзя? — произношу одним выдохом с неверием всматриваясь в бесстрастное лицо.
— У тебя какие-то претензии к моим методам? — От его улыбки веет холодом. — Вот и я думаю, что выбора всё равно нет. На сегодня урок окончен. Нам пора по кроватям.
На улице вовсю хлещет дождь. Мы быстро садимся по своим машинам и трогаемся с парковки. Я еду домой, а Вяземский сворачивает куда-то в сторону элитного жилого комплекса в центре. Ночевать он, видимо, собрался не в своей кровати.
  
Глава 14
 
Артур
— Куда ты, Зая? Я думала, что сегодняшний день мы проведём вместе.
Тиана, вместо пустой кровати поутру — это, мать её, сплошное испытание…
— Ты опять забыла моё имя? — бросаю, не оборачиваясь. О лёд в моём голосе можно порезаться, и это пока только предупреждение.
Лишь одной женщине я позволял называть себя как угодно. И она — не моя невеста. То немногое, что мне от нас осталось, почти стёрто временем, но Тиана не оставляет попыток развеять уцелевшее. В такие моменты хочется убивать.
Откинув одеяло в сторону, нагишом подхожу к панорамному окну. Небо хмурится, вот-вот снова пойдёт дождь. Мне тоже пора идти.
Сначала в душ или сразу к себе?
Хочется к себе — там она, а я соскучился. Но плетусь в душ. Запах бурно проведённой ночи въелся в поры, привычно отзываясь неприятным зудом.
Под напором горячей воды отмываю кожу до фантомного скрипа. Стерильность возвращает мне моральное равновесие. На кухню захожу уже спокойным как удав.
— Чем займёмся?
— Чем угодно. — Забираю у Тианы чашку дымящегося кофе и расслабленно откидываюсь на спинку стула. — Можешь устроить себе шопинг, можешь встретиться с подругами, можешь совместить.
Она тут же садится мне на колени и заглядывает в лицо.
— А ты?
— У меня дела.
— И как зовут твои дела сегодня? — Тиана дует губы, собирая пальцем капли воды с моих ключиц. Но слышно… Не заигрывает, нет. Закипает.
Наверное, всё-таки имеет право. А я не имею ничего против. Пусть обижается, злится, морозится — мне всё равно.
— У моих дел когда-либо было имя? — Ловлю в её глазах своё отражение. Осунувшийся…
Моя батарейка практически села. Пора подзарядиться.
Тиане предъявить мне нечего. В моей постели давно только она. Измены не имеют смысла. Во-первых, физиологически не принципиально с кем… А, во-вторых, это элементарное уважение к своей будущей жене. Довольно извращённое, но когда я был нормальным?
Отворачиваюсь…
— Почему ты такой? — Её губы невесомо гладят мой висок.
— Какой?
— Как лёд…
Речь точно не о температуре тела.
И снова в точку.
К своей будущей жене я ровным счётом ничего не чувствую.
Но повторять это сейчас не буду. Не хочу больше экспериментов над собой, а Тиана обязательно полезет в душу.
 
— Ти, тебя раньше всё устраивало, — отзываюсь серьёзно. — Что-то изменилось?
Желание хотеть большего нормально. Не нормально требовать этого там, где ничего не обещали.
— Мне просто стало любопытно, каким ты представляешь наше будущее? — тихо сознаётся она.
— Роскошным… — Улыбаюсь, заправляя светлую прядь волос ей за ухо. Тиана очень эффектная девушка. Хотел бы я её любить? Нет, однозначно. Мне нравится наш ровный, предопределённый сценарий жизни. Уверенно держать руку на пульсе — это ли не счастье? — Наш бизнес поглотит весь рынок, а дети унаследуют безупречный набор хромосом.
Мы идеальная пара. Я без эмоций, а она биоробот.
— То головой… — Она снова хмурится и стучит ногтем по моей грудной клетке. — А здесь… Сердцем как представляешь?
— Сердце качает кровь, оно не генерирует фантазии. — Мотаю головой, отстраняясь от назойливой ласки. Прикосновения вне спальни меня душат. — У тебя что, кто-то появился?
— Тебе сложно найти равного. — На идеальных губах появляется улыбка.
— Тебе тоже. — Удовлетворённо целую её в уголок рта. — Поэтому я даже не ищу.
— Артур, мы всегда встречаемся у меня… — неуверенно начинает Тиана, и внутри всё настороженно замирает. — Когда ты собираешься мне показать свою квартиру?
— Мы её ещё не выбрали, — напоминаю сухо.
— Я о другой, — медленно, задумчиво тянет она. — Ты ведь где-то живёшь, ночуешь, когда не со мной…
Мысль огрызнуться настойчиво плавает где-то в глубине подсознания. Я по привычке просчитываю варианты. На первый план вылезает резонный вопрос: «И на черта? Её интерес это только распалит, а посягательства на личное в последнее время неоправданно растут. Ясность пойдёт на пользу нам обоим».
— Поехали, покажу.
Тиана, кажется, сама не ожидала согласия. Собирается в рекордные для себя полчаса и, преисполненная неоправданного восторга, ныряет в салон моей малютки. А я рулю и не могу отделаться от мысли, что мне рядом с ней становится тесно. Личного пространства скоро совсем не останется.
— Ого! Неплохо…
Первый комментарий Тианы вызывает у меня ухмылку. Я пропускаю её вперёд себя в холостяцкую квартиру, испытывая противоречивые ощущения. Мне неприятно и легко одновременно. Это как отсечь прогнившую, бесполезную и доставляющую жуткий дискомфорт конечность.
Мы проходим дальше и её восторг от шикарной обстановки на глазах сменяется растерянностью.
— Вот здесь я живу… — произношу, словно впервые разглядывая стены спальни.
Определение «живу» здесь уже не первый месяц ключевое. Вместе с воздухом в грудь попадает колючая стеклянная пыльца — всё, что мне осталось на долгую память.
— Ты спал с любовницей нашего мэра?! — потрясённый шёпот наждаком проходится по нервам.
Мой взгляд невидяще скользит по стенам. Я помню каждую деталь без визуальной картинки… каждую родинку, каждый пленительный изгиб нагого тела… Но не могу отказать себе в удовольствии ещё раз посмотреть на распечатанные фото.
Она смогла уйти. Я отпустить не смог.
— Я был у неё первым, — почти получается произнести цинично.
Наши голоса гулко отражаются от стен. Здесь только кровать. Больше ничего лишнего. Только Вероника.
— Поверить не могу, что тебе предпочли этого престарелого сморчка, — шёпот Тианы звенит, выдавая неприязненные ноты.
— Мэр случился уже после. Как и десяток других, до него…
— Почему вы… Почему ты отпустил её?
На моих губах появляется бесцветная ухмылка.
— Она любила мои деньги, а я хотел взаимности.
Внутри сладко и больно, хорошо и… горько. Потому что, поведи я себя иначе… Бессмысленно, я не могу по-другому. Её алчность не оставила моему эгоизму шанса. Наш не родившийся ребёнок стал финальным аккордом моего персонального реквиема.
Тиана хочет развернуться обратно, но я сжимаю её за плечи, удерживая на месте. Мне нужно ещё пару минут… И я снова помню, что ровные отношения лучше, чем взрывные.