Выбирая жизнь (СИ)
— Как вам будет удобно, госпожа хорошая, — тонко улыбнулся торговец. — Могу и родственнице, но она понимает в таких вещах?
— Понимает, — заверила девушка и описала лавочнику собственную прежнюю внешность. — Остаток суммы она и внесёт. И…я ведь могу быть уверена, что «слёзы» попадут в её руки?
— Разумеется, у меня всё без обмана. Да что ж вы так расстроились-то, госпожа? Спросите любого здесь: старый Йоррах дела ведёт честно!
В прежние времена так и было. Элге послала смуглолицому лавочнику успокаивающую улыбку и полезла за кошельком.
Из лавки вышла с кружащейся от переизбытка эмоций головой. Нужно многое решить: вопрос с ночлегом, например. Со своей временной внешностью: надо же как-то объяснить сопровождающему, отчего послезавтра она будет выглядеть иначе. Написать магу, с нетерпением ожидающему новостей.
— Всё в порядке, госпожа? — окликнул её Орен. — Всё купили, что собирались?
Элге вымученно улыбнулась.
***
Мимо постоялого двора девушка со светлой косой и сопровождавший её мужчина прошли под мерное цоканье подков флегматичной лошади: на Элге разом навалились усталость вперемешку с разочарованием, но карабкаться в седло ради двух кварталов верхом она отказалась наотрез. Перед дверью, за которой скрывался полутёмный зал с несколькими длинными столами и отполированными до блеска лавками, с убегающей на второй этаж лестницей, ведущей к дверям в съёмные комнаты, девушка замешкалась, до того хотелось поступить по-своему. Заведение вполне приличное, и рядом с лавкой старого Йорраха, ей будет удобно, и всё, что нужно, поблизости, но строгий страж воспротивился самым решительным образом. Осталось лишь вздыхать, следуя одобренному неприветливым шелтарским магом плану.
По дороге к «Счастливой подкове» обговорили всё, и наличие нового плана немного приободрило Элге, как и скорый ужин, который она непременно закажет в комнату. Путники перекусили, двигаясь по холмистой местности, но настоящий голод разыгрывался сейчас, и ещё очень сильно хотелось поскорее сообщить обо всём Дарриелу.
— Раз уж такая заминка вышла по моей вине, комнату вам я оплачу сама, — предложила Элге.
Орен глянул на неё с непонятным выражением, и снова она ощутила исходящую от него нетерпеливую нервозность.
— Не нужно, госпожа, мне вполне по средствам…
— Не спорьте, Орен, я в некотором роде ваш наниматель, и должна позаботиться о ваших удобствах.
Он нахмурился, сжал губы и какое-то время шагал молча.
— Что вас беспокоит? — не выдержала Элге.
— Всё нормально, — вяло отмахивался провожатый, но девушка проявила настойчивость, и к моменту, как показалось здание единственной в Дертвинте гостиницы, вытянула из охранника его секреты.
— У меня мать здесь, и братишка малый, — со смущением выдал Орен, приглаживая и без того ровно постриженные усы. — Редко бываю, со службы вырваться не всегда получается. Вот я и подумал… Но у меня приказ…
Он мялся, но глаз не прятал, на девушку смотрел прямым взглядом, а на лице явственно читалась надежда. Элге разглядывала его с долей сомнения: вроде не врёт, но как часто доверчивость выходила ей боком! И Дарриел, если узнает… Хотя не напрямую же лесному магу служат её временные попутчики!
— А точно ли семья? — всё же уточнила она, чуть приподняв брови.
Охранник улыбнулся, полез в карман и показал ей медальон с портретами: темноволосая женщина с грустным лицом и кудрявый мальчонка лет семи. Это, конечно, ни о чём не говорило, но смотрел на портреты мужчина так мягко и ласково, что сердце дрогнуло. И что-то общее, похожее было в облике всех троих. Девушка задумчиво огляделась: далеко не бедный район, стены домов увиты цветущими лианами, в окнах нарядные горшки с цветами, выметенная мостовая под ногами, а при «Подкове», насколько она знала, своя ресторация, если совсем уж тошно станет сидеть в четырёх стенах. И место солидое, своя охрана имеется. И день солнечный, тёплый, и так беззаботно и радостно щебечут птицы, вызывая улыбки на лицах спешащих по своим делам или степенно прогуливающихся горожан.
— Я бы хоть ненадолго… Я деньги, конечно, посылаю, но самому передать — совсем другое, — продолжал говорить Орен, разглядывая камни возле подошв своей обуви.
— Только ли в матери дело? — наугад уточнила Элге, и вдруг провожатый её медленно залился румянцем. — Да говорите уже, Орен! Невеста..?
— Не совсем, но…
Ей хотелось смеяться: в плечах косая сажень, в дороге ну до чего суров и неразговорчив был, а тут..! Про вдовую соседку, обворожительную и совсем не старую, девушка тоже быстро разузнала, разве что имя ей не назвали да портрета не продемонстрировали. Её маг с седой прядью, наверное, не поверил бы ни единому слову, а ей вдруг стало легко и радостно.
— Ладно, госпожа, простите, пустое это, — махнул рукой Орен, возвращая лицу прежнее строгое выражение. — Приказ у меня, права не имею. При вас должен быть всё время. Идёмте, прослежу, чтобы комнату вам дали самую лучшую.
— Погодите вы со своим приказом, — нетерпеливо сказала Элге, не двигаясь с места. — Я беру это на себя. В самом деле, вам-то для чего сидеть возле меня подобно цепному псу?
Отказывался провожатый недолго: желание обнять мать да упасть в объятия весёлой вдовушки голос долга перевесило.
— Я отсюда никуда выходить не буду до самого вашего возвращения, — подытожила она, раздумывая, как бы поаккуратнее сообщить ему пикантный момент с превращением светловолосой девицы в девицу рыжую. — Приятели ваши тоже не понадобятся: не пленница же я и не младенец беспомощный, чтобы караулить каждый шаг. Если что-то срочное, я пришлю записку, адрес только оставьте.
Не верящий в своё счастье охранник быстро накарябал на клочке бумаги несколько слов.
— Есть только один момент, Орен. Вас ведь не сильно удивит, если послезавтра я буду выглядеть немного иначе?
Если и удивило, то мужчина никак этого не показал, принял к сведению очень спокойно, спросил только, в каком часу надо встретиться и как её узнать.
— Возле вот этих кустов сирени ждите меня, — решила Элге и показала на заросли. — Как вам меня назвали, какое имя?
— Никакого, госпожа, — чуть улыбнувшись, пожал плечами Орен. — Так что надо мне как-то к вам обращаться, чтобы не спутать.
— Элгария, — не дрогнув лицом, назвалась девушка и описала собственные приметы.
— Пусть будет так, — кивнул охранник. — Нехорошо это всё, госпожа, но я так благодарен вам за отзывчивость и понимание! Прошу вас об осторожности…
— Ступайте уже, обрадуйте мать и братишку.
— Сперва комнату вам добудем, госпожа…Элгария, — напомнил Орен и шагнул к гостинице.
…
В ожидании ужина Элге мерила шагами просторную, обставленную неплохой, но безликой мебелью комнату, подходила к окнам, разглядывала открывающийся вид на тихую, утонувшую в зелени улочку. Дертвинт вообще являл собой интересное сочетание зелени, цветов и камня, серо-бежевого, иногда розовато-терракотового; деревянные строения здесь встречались нечасто. Дарриелу она написала сразу же, как за услужливой горничной закрылась дверь, и смотрела на упорхнувшую с ладони бумажную птичку с щемящей грустью. Несмотря на простор и свободу, до дрожи хотелось обратно, в маленький домик и нетерпеливые объятия мага. Пыталась представить, чем он может быть занят в ту или иную минуту, о чём думает, чего ждёт. Порой девушке казалось, что в успех их затеи она верила гораздо сильнее; с другой стороны, её вере и надеждам пара месяцев от силы, тогда как её маг раз за разом проживал все стадии, от безумной надежды до глухого отчаяния, и так не один год, не один десяток даже.
Во что бы то ни стало надо раздобыть все компоненты для ритуала. В одном их с Дарриелом мысли сходились полностью: оба чувствовали, как истекает отмерянный срок, и дальше ничего хорошего прикованного к Шелтару человека не ждало.
А в ложь усатого Орена ей всё-таки не верилось.
Ей принесли поднос, уставленный едой: хватило бы накормить и двоих, и Элге снова подумала о своём маге, невольно вспоминая их общие трапезы. Она вынула из сумочки маленькое овальное «зеркальце», зажала серебристую зачарованную гладь между ладонями, но так и не стала тревожить Дарриела: он собирался посвятить время изготовлению второй части ритуала, настою жизни, как обозначил его в своих записях лорд Эгмет, и вмешиваться в непростой процесс было бы неразумно. Не получится вовремя влить или всыпать какой-то ингредиент, отвлекшись на разговор — и придётся начинать заново. Ничего, она потерпит немного, его лицо и так встаёт перед её мысленным взором, стоит только закрыть глаза. Так живо, так реалистично, что воздух возле неё, казалось, начинал плыть и искриться, высекая редкие фиолетовые искры. Элге потёрла глаза, прогоняя томную мечтательность, и принялась за еду.