Дыхание любви (СИ)

Я набирал Уилла, чтобы узнать, в каком состоянии мое золотце. Увы, Бета прямо ответил, что Кэрри приходила в себя, правда не совсем понимала, где находится, и что происходит, и металась по подушкам в испуге, из-за чего ей дали успокоительное. Единственная радостная новость заключалась в том, что она сейчас отдыхала.
Пока добрались до больницы, я чуть не сошел с ума от нахлынувших мыслей. Как решить все проблемы, которые появятся из-за моего визита в Нью-Йорк? Как вернуться обратно в Лондон, ведь пережравший чужой силы демон временно не транспорт, который по щелчку пальцев доставит куда угодно? Что сказать стае? Как соврать, чтобы они не ополчились на Кэрри? А главное, что теперь вообще будет между мной и ёжиком? Это все было до вчерашнего вечера, до момента, когда она пожелала уйти. И ни один из вопросов я не могу решить, пока снова не увижу главную занозу в моем сердце.
А когда наконец-то увидел, зайдя в палату, понял, что боюсь. До одури боюсь, что ничего не смогу исправить, или что-то пойдет не так, и мы со зверем и волком потеряем нашего ёжика.
— Уолтер, — тихо позвал меня Бета, сжимая мое плечо.
— Уилл, не надо. Я знаю, что мы в жопе, но оставь все нотации на потом.
— Но есть вопросы.
— Которые я решу. Сможешь найти одежду для Кэрри? И что с пактом о ненападении?
— Более или менее выгодно. Нужна только подпись, нас без нее не отпустят. — Спокойно ответил Уильям. Мне даже показалось, что ему жаль, и он действительно не хотел отрывать меня от джиннии.
— Стая простит? — Только и уточнил я, а он кивнул, после чего получил мою подпись, а потом и вовсе оставил с Кэрри наедине.
Потянулись часы ожидания, которые я проводил, блуждая по палате. Правда все равно не без дела.
Сначала я позвонил своей подруге Габриэль, чтобы уточнить, не может ли Витторио Остер одолжить нам самолет клана. Просьба подругу удивила, и я кратко пожаловался на то, как вляпался. Лучше честно признаться той, которой тоже придется разгребать за нами дерьмо и пытаться очистить мою репутацию от плохих делишек. Габс сначала пообещала уточнить у мужа, а потом перезвонила и обрадовала, что самолет будет, но только завтра вечером, а на сегодняшнюю ночь для нас нашлись номера в отеле Остера. Что ж, уже неплохо. И несмотря на то, что я хотел убраться домой, лишний день в Нью-Йорке мог стать тем, что нужно для нас с Кэрри. Она ведь так хотела показать мне этот дурацкий город.
А потом мне позвонила мама.
— Ну и где твой ёжик, и почему никто с утра не может до нее дозвониться? У нас вся подготовка из-за нее встала! — Кэролайн буквально рвала и метала.
— Она со мной, мам. — С тихой грустью хмыкнул я, а на другом конце повисло многозначительное молчание.
— А ты где? — тихо и насторожено уточнила лиса.
— В Нью-Йорке.
Еще минута тишины. Такая долгая и гнетущая.
— Что с Кэрри? Она в порядке? — теперь лиса, кажется, по-настоящему беспокоилась.
— Теперь да. Надеюсь, что да. — Я ответил, а на плечи вдруг навалилась невероятная тяжесть. В принципе тяжело было признавать, что я не уверен хоть в чем-то и могу ошибаться. Более того, что Кэрри может быть не в порядке.
— А ты?
А что я? Мне казалось, что еще чуть-чуть и я сдамся, сломаюсь от неизвестности и лежащего на плечах груза ответственности.
— Мам, давай я все потом расскажу? Пожалуйста.
— Ладно. — Спокойно сдалась мама. — Все будет хорошо, Уолли.
Удивительно, но мамина поддержка, хоть немного, но придала мне сил и веры, что все действительно не может плохо закончиться.
Когда Кэрри пришла в себя, я тупо смотрел в окно, и не сразу это заметил. Только когда позвала, я обернулся, встречаясь с ней взглядами. Ноги почти моментально стали ватными, я не знал как к ней подойти, и имею ли на это право. Но все же нерешительно подошел и присел рядом, боясь коснуться.
— Как ты? — голос осип, а язык не слушался.
— Лучше… Я хочу пить. — Голос джиннии звучал не лучше моего.
Я спокойно выполнил её просьбу, но все равно, когда подавал стакан, руки тряслись, и ничего с этим поделать было невозможно. Я очень боялся. Самого себя, за Кэрри, что причиню ей вред… Или что она укажет мне на дверь.
 
— Что-нибудь болит? — едва нашлись силы для ещё одного вопроса, ведь синяк на скуле девушки так и не сошёл.
— Нет. Я странно себя чувствую.
Ответ меня не обрадовал. Неужели она не помнит? Хотя Кэрри пережила невероятный стресс, и память вполне могла её подводить. Она ведь такая нежная девочка. И как бы мне не хотелось все оставить, как есть, но надо убираться с чужой территории как можно быстрее. Не хотелось бы ещё каких-то проблем на наши головы собрать.
— Что последнее ты помнишь?
— Ты обратился, и… Демоны… Вы дрались. — Кэрри сжалась на кровати, подтянув ноги к груди, и нахмурилась. Ей все ещё было страшно, о чем свидетельствовала и её поза, и сбивчивая речь. — А потом зверь был со мной. Он… Ты… Сжал меня и… — ладонь девушки накрыла повязку на месте укуса, а глаза округлились от удивления, и в них читалась паника. Кажется, она все вспомнила.
— Успокойся, золотце. Все хорошо. — Еле-еле касаясь, я позволил себе маленькую вольность, погладив ёжика по щеке. — Скоро поедем домой.
— Зачем ты так говоришь? — прозвучало с обидой. — Будто у меня есть дом.
Черт. До чего дурацкая ситуация. Одна ссора, и мы словно чужие друг другу. И сейчас вроде подходящий момент все выяснить, извиниться, а для меня ещё и рассказать, что мой дом это и её дом тоже… Но тут слишком много посторонних ушей. За пределами палаты не только Уилл и Амэнтиус, но и абсолютно чужие, возможно враждебные оборотни. И пускай скоро для всего нашего мира не будет тайной в ком моя слабость, здесь точно не место для выяснения отношений. Нельзя давать другим повода для обсуждения меня и Кэрри.
— Кэрри… — Я хотел взять джиннию за руку, как раньше это делал, но передумал. Не был уверен, что имею на это право, но говорить старался очень мягко и успокаивающе. — Давай так, мы все обсудим чуть позже, и, если пожелаешь, у тебя будет самый лучший дом. Просто сделаем это не здесь. Хорошо?
— Хорошо. — Кэрри уверенно кивнула, а значит все ещё доверяла мне.
Все-таки мелочь, а ее доверие приятно. Можно сказать это повод для улыбки, но только все испортили приближающиеся шаги. Похоже, кто-то уже доложил, что член моей стаи пришёл в себя, и его можно допросить. Причём допрашивать пришёл сам Альфа.
Ну вот и новые проблемы.
— Здравствуйте, — поздоровался он с «пациенткой», войдя в палату, а Кэрри напряглась.
— Ни о чем не беспокойся. — Все-таки я сжал ладонь Кэрри в своей, чтобы успокоить. — Если чувствуешь себя нормально, тебе зададут несколько вопросов, и мы сможем уйти.
— Не хочу здесь находиться. — Ёжик несколько обиженно насупился. — Пусть задают.
Сделав глубокий вдох, я отпустил руку джиннии и кивнул Альфе. Пусть начинает свой допрос, но я все равно буду присутствовать. Хочу лично услышать свой смертный приговор, ведь я обратил Кэрри по своей воле, а не её.
— Мисс Нейвос, как так получилось, что вы оказались в Нью-Йорке?
Я прикрыл глаза, готовясь к первому удару. Ну вот и все. Сейчас всплывёт правда, что Кэрри больше не часть стаи, и я погрязну в бесконечном болоте разбирательств.
— У меня традиция: перед Рождеством гулять в Нью-Йорке. Я хожу по главным улицам, а потом загадываю желание у Рокфеллеровской ёлки на следующий год. У Уолтера было много дел, и он не смог со мной поехать.
После уверенного и внятного ответа на добрую минуту повисла тишина. Потому что ни я, ни Альфа не могли поверить своим ушам. И если он мог только сомневаться в правдивости слов Кэрри, я точно знал, что она лжет. Нагло и уверенно. Ради меня. Не во всём, конечно, но все же… Почему?
— Ну допустим. — Альфа прокашлялся, не скрывая своего недоверия. — Но почему на вас не было символов стаи, и никто не предупредил нас о вашем визите?
— Если бы вы узнали, что кто-то из стаи появится на вашей территории, то не позволили бы мне приехать. Или долго договаривались между кланами. Ни одной из сторон это невыгодно ради одного приезда джиннии. — С раздражением проговорила Кэрри. Ей не нравился допрос, и это она показывала всем своим видом.