Дыхание любви (СИ)
— Да не вопрос. Но наблюдать, как ты пускаешь по нему слюни, интереснее.
Блин. Блин! С Уолтером тоже надо было основательно провести беседу. Он же специально Рейн провоцировал, а я понимала, что она не сможет сдержаться…
— Тебе показалось. Я уже забыла, как он выглядит.
— Ну так заодно и вспомнишь.
— Думаю, можно кушать, — прервала я их словесный бой.
В глаза случайно бросилась одна деталь. В этой квартире стол квадратный, и чтобы никого не обидеть, я поставила тарелки на одинаковом расстоянии друг от друга. Но прошла какая-то минута, и две из них оказались впритык, а третья сдвинута в бок. Это что такое?
— Садись ко мне на колени, — сказал виновник случившегося.
— Каждому стоит сидеть отдельно, — вмешалась Рейн.
И я вполне видела логику в её словах. Она, как и я, опасалась, что проклятие даст о себе знать. Но Уолтер ничего не подозревал.
Он не стал мириться с мнением ведьмы, и утробно зарычал. Я разрывалась на части, потому что с одной стороны, мне действительно стоило поступить, как говорила подруга, но с другой — я понимала волчонка, который, кажется, не хотел меня ни с кем делить. Вот что мне с ними делать?
— Всё хорошо, — сказала я всем одновременно, поглаживая плечо волка и глядя в глаза ведьме. Станет плохо, придумаю что-нибудь. Не в первый раз.
Ели в основном мы с Рейн, а Уолт ради приличия попробовал и сказал, что не голоден. Конечно, он ведь не верил, что Рейн способна приготовить что-нибудь вкусное, да и блинчики у него вкуснее получались. Правда последнее я не стала говорить. Уолту больше нравилось кормить меня и плотнее прижимать к себе. Мужчина вообще на удивление был сегодня нежным. И все бы хорошо, но нас в комнате трое, а с данной расстановкой мест получалось, что Рейн сидела слегла позади меня. То есть фактически возникало ощущение, что мы с оборотнем одни, что меня совсем не устраивало.
— Рейн, сядь поближе, а то тебя не видно, — попросила я, но неожиданный рык оборотня удивил меня. — Уолтер?
— Что?
И тон такой невинный, будто я просто так его позвала!
— Всё нормально? — серьёзно спросила я и переплела наши пальцы.
— Вполне.
Я поджала губы, но ничего не стала говорить. Что бы Уолт не ответил, а эмоции от меня не скрыть. Волк бесился, а я терялась в догадках, что с ним происходило. Видимо, разговор с подругой оказался ему не по душе. А мы ведь ничего плохого не обсуждали. Ведьма делилась своей работой, ну а я уже несколько дней как считалась безработной. Потом мы перешли на обсуждение знакомых ток-шоу, салонов красоты, спорт зала…
— Мне Ричард посоветовал недавно хорошую тренажёрку, — начал издалека оборотень. Ну он специально, что ли?
Я буквально чувствовала, как Уолт не отрывал напряженного взгляда от моей подруги и одновременно поглаживал меня, пытался привлечь внимание. Если же говорил, то намеренно, пытаясь вывести ведьму на эмоции, как сейчас.
— Я была там. Старые тренажёры, мало места. Больше не пойду, — отмахнулась подруга с тем же раздражением.
Интересно, мне одной показалось, что она что-то недоговаривала? Но навряд ли Рейн признается о ситуации с человеком, пока здесь Уолт. А мне как раз хотелось обратного, чтобы они поговорили, нашли общий язык, ведь, никого, кроме них, у меня не было.
Любимый мужчина и близкая подруга — вот кому я могла доверять, и в ком не сомневалась. Все остальные и рядом не стояли. Нет, я, конечно, не просила их стать настоящими друзьями, хотя случись такое, я бы искренне обрадовалась, но хорошими знакомыми они вполне могли быть. Только не хотели, оттого на сердце становилось неприятно. И это чувство усиливалось, мне оставалось лишь терпеть. Хотя на самом деле хотелось рассмеяться над своей судьбой. Прошло несколько часов, и проклятие снова дало о себе знать ноющей болью в сердце. Она не прекращалась ни на минуту, и в какой-то момент не выдержав, я сжала руку с переплетенными пальцами и прикусила губу. Перемены в моем поведении не остались без внимания. Две пары глаз уставились на меня с невысказанным вопросом. И если Рейн поняла, в чем дело и поджала губы, то Уолт просто заволновался.
— Что случилось?
— Ничего страшного, волчонок, — «я просто умираю рядом с тобой, а без тебя и вовсе мертва» хотелось мне сказать, но я вовремя сдержалась. — Пойду сниму патчи.
Я спряталась в ванной и попробовала просто глубоко дышать. Наверняка это не поможет, но хотя бы на время прекратит боль. Раньше так часто плохо я себя не чувствовала, но ведь и время не стояло на месте. Из-за проклятия я не могла представить себя ни через две недели, ни через месяц, и тем более, больше. Я просто не знала, сколько мне осталось. Практика с дыханием немного помогла, но я все равно чувствовала, что скоро боль вернётся. Она как заноза — вроде пытаешься достать, но уже поздно, та слишком далеко. Возвращаясь на кухню, я стала невольным свидетелем разговора между моими нелюдями. Только он меня совсем не обрадовал.
— Ты же знаешь.
— И что? От меня ты ничего не услышишь. Это дело Кэрри, — упрямо ответила Рейн.
— Дела Кэрри — мои дела, — едва ли не прорычал мой мужчина. Хотел узнать, что со мной через ведьму? Хитро, но неверный ход.
— Успокойся, вы просто встречаетесь.
— Не просто. И запомни: джинния моя.
Сказано это было уверенно, твёрдо, решительно. Я одновременно радовалась словам волка и была расстроена, потому что они так и не нашли общий язык.
— Девушка, — уточнила ведьма с усмешкой. — А также моя подруга.
— Что-то я не заметил.
Так, всё, хватит с меня их разногласий. Как дети маленькие себя вели.
— Прекратите сейчас же, — зашла я в кухню и намеренно села на отдельный стул. — Я каждого из вас люблю по-своему. С каждым общаюсь и буду общаться. И вам не надо делить меня. Вы оба для меня очень значимы. Вы, можно сказать, моя собственная семья. И мне очень неприятно, когда вы ругаетесь. Попытайтесь нормально общаться, хотя бы ради меня. Договорились?
Рейн нехотя кивнула и со словами «я курить» ушла успокаиваться, а Уолт неожиданное достал большую бархатную коробку.
— Раз мы заговорили о семье, я хочу тебе кое-что показать.
И протянул бархатный футляр, в котором находилась бархотка с золотым месяцем-подвеской, на котором такого же цвета был воющий волк. Так вот что за приятный и красивый сюрприз.
— Это фамильный ошейник?
— Знак моей стаи, и прямое указание никому тебя не трогать, если не хотят проблем.
Всё серьёзней, чем я думала. Не разозлит ли оборотней решение Альфы? У него ведь наверняка много проблем со стаей из-за меня.
— Но как отнесутся к этому остальные? — не могла не спросить я.
— Не имеет значения.
Может, он был прав, но я не понимала, зачем мне этот знак. Уолт всегда и в любой момент мог защитить меня, а если не он, то охрана. Да и к стае я относилась и до сих пор носила браслет. Волк решил сменить его на ошейник и показать, как я важна ему?
— Кэрри? — позвал мужчина после затянувшегося молчания.
— Красивый подарок. Только объясни, зачем он мне, если ты меня и так защитишь? — постаралась максимально мягко спросить, чтобы не задеть оборотня.
— Кэрри, золотце, сейчас только не обижайся. Но, во-первых, этот подарок дает всем знать, что ты наша. Я хочу, чтобы ты стала частью клана, хотя решать тебе. Во-вторых, ты хочешь, чтобы тебя воспринимали такой, какая ты есть, и я это уважаю, но не хочу, чтобы ты пострадала, если меня нет рядом.
У меня не было слов, чтобы передать свои чувства. Уолт снова старался ради меня, волновался и оберегал. Он точно заслуживал правды на все двести процентов. В голове билась только одна мысль — волчонок должен узнать о проклятии. Ведь это несправедливо пользоваться возможностями, которые предоставлял мне мужчина моей мечты, и не посвящать его в свою тайну. Надо показать вязь, рассказать о семье, объяснить свое молчание, но голова думала, а руки действовали и совершенно не в том направлении. Вместо того, чтобы поговорить, я молча застегнула ошейник, глядя в голубые глаза. Что ж, кажется, я только что стала собственностью стаи.