S-T-I-K-S. Сварной-3 (СИ)
— Согласен…
Съев несколько шоколадных батончиков и запив живцом, рейдер задремал. Пилот, не мешая ему, перестал общаться по ПУ. Разбудил лишь тогда, когда до Транзитного оставалось совсем немного.
В этот раз, горная гряда со сплошным сосновым лесом, оказалась выше, чем та, где мотодельтаплан обстреляли первый раз. Карлсон тянул аппарат до самого верха, после чего заглушил двигатель и сообщил:
— Надо немного топливо сэкономить.
Слева по курсу, начиная с подножия гряды, появилось поселение. Рассматривая его в бинокль, Сварной отметил, что дома были сплошь одноэтажными. Справа по курсу, виднелись взлётно-посадочная полоса большого аэродрома, множество строений и автомашин рядом с ней. Впереди по курсу, раскинулся город. С ближайшего края, стояли старые «хрущёвки». Поодаль, многоэтажные здания.
— Неопознанный летательный аппарат! — В радиостанции неожиданно раздался женский голос. — Назовите себя, или будете уничтожены!
— Валька! — тут же отозвался пилот. — Ты что, меня не узнала?!
— Карлсон? А почему не докладываешь о прибытии?
— Задумался.
— Вот когда ракету под пятую точку поймал бы, тогда было бы поздно задумываться.
— Да мы ещё немного в трансе. Нас чуть элитник не слопал — еле слиняли.
— Бывает. Какова цель визита?
— Везу пассажира.
— Что за пассажир?
— Рейдер. Ему нужно до Солнечного добраться.
— Понятно. Посадку разрешаю!
— Где именно?
— Да где хочешь. Уж на твоём-то мопеде, везде можешь сесть.
— Валюша, что вечером делаешь?
— Дежурю.
— Я зайду к тебе!
— Заходи.
Двигатель взревел. Пилот повёл мотодельтаплан в сторону ВПП. В третий раз за сегодня, летательный аппарат пошёл на посадку. Остановившись примерно посередине «взлётки», Карлсон заглушил двигатель. Вместе с пассажиром, выбрался на бетонную плиту аэродрома.
— Смотри, — заговорил он, — вон в том двухэтажном здании, из белого кирпича — дежурная по транзитам. Жур объяснил, что и как узнавать?
— Объяснил, — ответил Сварной, набрасывая лямки вещмешка. — Ты сейчас обратно?
— Нет. Что-то умотался сегодня. С утра немного аппарат подшаманю, да домой. Ну, будем прощаться? Счастливо тебе добраться!
— Тебе тоже удачных взлётов и посадок!
— Ну, в Улье вечно везти не может, но — спасибо!
Получив обратно автоматный гильзоулавливатель и пожав рейдеру руку, пилот запрыгнул в кресло. На низких оборотах двигателя, мотодельтаплан покатил по ВПП. Сварной с минуту смотрел ему вслед, затем зашагал в сторону белой двухэтажки.
Не прошёл он и полсотни шагов, как к нему подкатил ярко-жёлтый мотоцикл «Урал» с коляской. За рулём сидел боец с «укоротом» на груди, в коляске — пулемётчик с установленным на ней РПД. На предплечьях обоих — красные повязки.
— Только прибыл? — сразу поинтересовался рулевой.
— Ага, — кивнул рейдер.
— Будь добр, заплати транзитный налог.
— Сколько?
— Пять споранов.
Получив плату, автоматчик выдал бумажный билет, размером со спичечный коробок. На голубом фоне, чёрным шрифтом напечатано: «Транзитный налог. Стоимость — 5 споранов».
— Ты, случайно, не к дежурной по транзитам? — продолжил рулевой.
— К ней, — ответил Сварной.
— Прыгай сзади. Подкинем.
Глава 49
Рейдер сидел в кабинете у дежурной по транзитам. Оксана, полная крашеная блондинка лет тридцати, с причёской каре и печальными серыми глазами, записала его данные в журнал.
— Тебе именно в какой Солнечный нужно? — поинтересовалась она, глядя в монитор перед собой и щёлкая проводной мышью.
— Там где глава — Шурави, — уточнил Сварной.
— Так… Так… Давно туда никто не ездил.
— И когда поедут — неизвестно?
— Нет, конечно. Кто же из купцов, будет заранее свой маршрут раскрывать? Чего-чего, а любителей напасть на них, в наших местах хватает!
— Я — точно не из таких.
— Да я просекла.
— Так ты и ментат заодно?!
— Работа такая. Какие стабы есть ещё рядом с твоим? Это если вдруг туда пойдёт караван. Уж там-то тебе легче будет добраться.
— Колония, Зелёный… Это вообще рядом. Чуть подальше — Капитальный. Ещё дальше, в другой стороне — Озерки, Степной…
— Записала. Как только в один из них будет «попутка» — сообщу. Давай пятнадцать споранов за регистрацию услуги.
— Держи.
— Где остановишься?
— Жур посоветовал в гостинице «Вертолётная».
— Ну, Жур плохого не посоветует! Как он? Давно его видел?
— Сегодня утром общались. В порядке он.
— Классный мужик! Ну да ладно. Как у тебя с финансами? Гостиницу потянешь?
— Потяну.
— И имей ввиду, что ты здесь можешь проторчать очень долго.
— Сколько, долго?
— Зависит от появления попутного каравана. Один рейдер, два месяца ждал. В итоге подженился здесь, да остался.
— Ясно. Буду надеяться на лучший для меня вариант.
— Кстати, если хочешь, чтобы информация о «попутке», дошла до тебя быстрее всех нуждающихся — можешь сделать мне презент.
— Какой?
— Три спорана. И два — для посыльного. Итого — пять.
— Держи.
— Как устроишься в гостинице — забежишь ко мне. Запишу место твоей дислокации.
Хозяин «Вертолётной», кваз Свинец, новому постояльцу обрадовался. Ещё бы — одна комната в его трёхэтажной гостинице, стоила двадцать споранов в сутки. Жур предупреждал, что это самое оптимальное место, где можно не бояться за свои вещи. Но, и дорогое. Вообще, на аэродроме, местные жители всячески пытаются ободрать рейдеров-транзитников. Поэтому и цены здесь «конские», причём абсолютно на всё.
В комнате, размером три на четыре метра, кроме кровати, стола и стула — ничего не оказалось. Все удобства — в конце коридора. Питание трёхразовое, но столовой в гостинице нет. Еда доставляется в термосах, три раза в день. Плата за каждые следующие сутки проживания — взимается по утрам.
Заплатив двадцать споранов и получив магнитный ключ от комнаты, Сварной отправился обратно к дежурной. Прошагав метров двести до её здания, вошёл в кабинет. Сделав запись в журнале и компьютере, Оксана предложила:
— Как насчёт того, чтобы выпить чаю?
— Ну, я не против, — ответил рейдер, решив, что общение с дежурной, лишним не будет.
— Тогда сходи за тортиком, а я пока чайник поставлю.
— Где взять тортик?
— На первом этаже, в конце коридора — буфет.
Продавец в буфете, стриженный наголо парнишка лет шестнадцати, одетый в затёртую лётную «техничку», когда услышал о торте, подмигнул:
— Ксюше?
— Да, а что? — нахмурился рейдер.
— У меня торты, только она покупает. Ну, или для неё.
— Ну, если любит человек сладкое?
— Я не против. Просто мне иногда жалко на неё смотреть, как она лишние килограммы таскает.
— В Улье — это не очень страшно. Тем более — в защищённом стабе.
— Вот, шоколадный. Её самый любимый.
— Сколько с меня?
— Три спорана.
— М-да.
— Ты о цене? Так у нас всё дорого.
— Я уже привык…
За чаем, успев съесть только один кусочек торта, Сварной расспрашивал дежурную о специфике проходящих караванов. Женщина словоохотливо делилась информацией, поскольку та не являлась секретной. Все транзитные караваны, останавливаются в пределах аэродрома. Здесь они отдыхают, техника заправляется и по мелкому ремонтируется. В ночь — отсюда никто не выдвигается. Только ранним утром или днём. В основном купцы берут к себе в колонны рейдеров-транзитников. Одним нужны бойцы, другие — не прочь взять хорошую цену за подвоз. Но, бывает и так, правда, очень редко, что купец абсолютно никого не берёт. Причины бывают разные.
В связи с местной дороговизной, основная часть рейдеров-транзитников, снимают на аэродроме самые дешёвые места для ночлега. Например: место в бараке, где вместо кроватей сплошные деревянные нары — стоит пять споранов на ночь. Постояльцы там спят прямо на досках, или туристических ковриках. Нормальная кровать, но, в комнате на восемь-десять человек — стоит десять споранов в сутки. Гостиницы, подобные «Вертолётной», берут за ночлег от двадцати, до двадцати пяти споранов. Всё зависит от наплыва клиентов. Самая же простая ночлежка, обычный навес — стоит два спорана в сутки.