Темный орден (СИ)
— Заечм мне его убивать, а?
— У тебя больше причин, чем у кого-либо…
— Не у меня, дура!
Улучив момент, я, рискуя размозжить собственную башку о драгоценный мрамор ванны, все же перехватил ее руки и оттащил от своей шеи. Юля взвизгнула, потеряв опору, и бултыхнулась в ванну, подняв волну. Вода с плеском перелилась за борт, а я обхватил шипастую девчонку обеими руками и ногами. Сцена получилась бы весьма интимная, кабы эта барышня не была застегнута на все пуговицы…
— Послушай меня внимательно, ибо я скажу это один раз, — прорычал я ей на ухо, пока она безуспешно барахталась в воде. Только сейчас я понял, что, затащив ее в ванну, лишил ее возможности исчезнуть. Я держал ее крепко, она вся промокла, и те жалкие смерчики Тьмы вокруг нее больше не могли ей помочь. — Я понятия не имею, что случилось с Эребусом. Знаю только, что он исчез и его не смог найти даже квалифицированный ищейка. Это все, что мне известно. Но я ничего с ним не делал. Наоборот, я хотел встретиться с ним, хотел, чтобы он рассказал мне подробнее о звездной карте, потому что я ни черта в этом не смыслю, но мне нужны подробности. У меня и мысли не было его убирать. Но, кажется, я знаю, кто мог этому поспособствовать.
Дашкова замерла в моих объятиях.
— Кто? — сдавленно спросила она.
— Возможно, Друзилла. Или кто-то из ее свиты. Ты ведь понимаешь, что теперь она всем рулит? Вергилий погиб…
Девушка вздрогнула и, казалось, сжалась по моей хваткой.
— Как? Как погиб…
Ясно, значит, ей еще не сообщили новости. Видимо, девчонка была слишком занята планированием вендетты за Эрбуса. Но что мне следовало ей сказать?
«Правду», — внезапно отозвалась Тьма. — «Скажи ей правду».
Но зачем? Разве это сделает все проще?
«Скажи ей правду. Она заслужила. Она — такое же оружие в чужих руках, каким был ты».
Мне начинало казаться, что Тьма испытывала некую форму слабости к тем, с кем жизнь обошлась несправедливо. Она словно старалась помочь им и дать другой вариант… Но, с другой стороны, такие люди были отчаявшимися, а мне уже было известно, что именно они, эти отчаявшиеся души, были идеальными проводниками для этой непостижимой силы…
И все же я не видел причин лгать Дашковой.
— Я убил Вергилия, — сказал я, обхватив голову Юли и с силой прижав в своей груди. — Защищаясь. Он хотел уничтожить меня, и мне пришлось ответить. Я этого не хотел.
Раз она уже знала все остальное, что ж, пусть видит полную картину.
Дашкова всхлипнула, по ее телу пробежала судорога, а намокшая жесткая ткань ее воротника болезненно натирала мою вновь открывшуюся рану.
— Ты хотела знать все — и я тебе говорю. Кровь Вергилия на моих руках, но я не убивал твоего родича. Все, чем я занимаюсь — это пытаюсь, черт возьми, минимизировать жертвы!
Юля откинула голову, ее тело полностью расслабилось, а тонкие руки вспыли над водой, когда она их раскинула.
— Тогда убей и меня, — сказала она. — Ты ведь этого хочешь, да? Уничтожить весь Орден, все, за что он боролся… Ты сильнее меня, я не смогу тебя одолеть. Я понимаю это, но я должна была попытаться… Иначе никак. Тогда просто убей и забери мой дар, чтобы я не видела, во что он превратится. Я… я не хочу видеть это будущее.
Внутри меня шевельнулась уже знакомая мне жажда. Все благоволило — беззащитная девушка, которая сдалась, моя сила…
«Она еще может пригодиться», — шепнула Тьма. — «Оставь ее».
Как, черт возьми?! Она же так много знала. Сболтни она все это хотя бы своей наставнице…
«Она может понадобиться», — повторила Тьма. — «Оставь девушке жизнь, но сделай так, чтобы отныне она была на твоей стороне».
Хороший вопрос. Охренеть какое задание! И как я должен был это сделать?
Убедить ее? Хреновый вариант. Дашкова явно была из принципиальных — лучше пойдет на смерть, чем покорится. Это мне в ней, если честно, и нравилось. Восхищало.
Убить — было бы проще всего, но Тьма запретила. Да и сам я, если честно, совершенно не желал ей смерти. Пусть мы оказались по разные стороны баррикад, но эта Юля Дашкова была достойным противником, и она была мне симпатична.
Что еще я мог придумать? Как-то сломить ее волю? Но я пока что не умел это делать…
«Значит, придется научиться», — усмехнулась Тьма. — «К тому же она тебе нравится, я знаю. Можешь не пытаться скрывать это от меня…»
И что ты предлагаешь?
«Подумай сам. Если не хочешь действовать грубо и брать ее разум под прямой контроль… Есть иные способы».
Думай, Хруст. Думай!
Я принялся перебирать в голове все, что знал о ритуалах Тьмы. Порчи, проклятия — нет, все не то. Но, кажется, я что-то слышал о приворотах… Привороты были, по сути, таким же сломом воли, но в ином направлении. По крайней мере, она сможет функционировать как самодостаточная личность. Но если приворот ляжет как следует, она не сможет ничего сделать против меня и моих интересов…
«Весьма занимательный выбор», — хмыкнула Тьма. — «Если хочешь, я помогу».
Она нужна тебе. А мне нужно, чтобы она не болтала раньше времени.
«И только?» — мне снова почудилась усмешка. — «Ты так на нее смотришь, так думаешь о ней… Неужели тебе бы не хотелось, чтобы эта юная дева стала твоей? Во всех смыслах…»
Почему-то на ум пришла Феодора. Нет, разумеется, мы оба понимали, что у этого романа не могло быть будущего. Нам просто было хорошо вместе, и мы наслаждались этим, пока могли. Да и она довольно четко расставила границы и намекнула, что после моего отъезда все закончится… Но почему меня тогда мучила совесть?
Нет, Дашкова мне нравилась. Больше того, она меня манила и соблазняла. И почему-то именно сейчас я не мог и не хотел перед этим устоять. В конце концов, приворот — один из самых легких способов обратить ее на свою сторону. Да, это будет искусственная любовь, и природа этой страсти получится иной, неестественной. Но это убережет девушку от фатального исхода.
«Я помогу тебе», — сказала Тьма. — «Погрузи ее в сон».
Дашкова даже не дернулась, когда я повесил на нее заклинание. Забавно, но я словно впитал вместе с силой Вергилия и его знания. Все получилось почти что само собой…
Девушка уронила голову мне на грудь и заснула крепким, безмятежным сном.
Я осторожно вытащил ее из ванны — пришлось раздеть, чтобы девчонка не простудилась, и завернуть в полотенце. Поразмыслив, я решил положить ее на кровать, под одеяло. Сонное заклинание должно было действовать до той поры, пока я не решу его снять. А Дионисия в спальню можно не пускать…
Когда Юля оказалась под одеялом, я обратился к Тьме.
— Нужен ритуал.
«Ты должен сам научиться их проводить. Ну же, покопайся в памяти крови…»
А ведь Тьма была права. И теперь я понимал, почему она так настаивала на том, чтобы я поглотил дар Вергилия. Старик Примоген знал очень много, и эту теорию я вобрал в себя.
Я принялся копаться в этом заимствованном «архиве». Много старинных черных ритуалов, которые проводили деревенские бабки, но которые Орден поставил и себе на службу… Кладбищенская магия — отпадает, сложно. Бесовская — туда же…
Кажется, нашел…
Приворотный ритуал на особу черную свечу. Завязан на силу, а не на привязку к конкретному месту — что мне и требовалось.
Для него требовалась восковая свеча, свежая зола, привязка в жертве, собственная кровь и свиной жир.
«Достойный выбор», — отозвалась Тьма. — «Сил тебе хватит. Дело за творческим подходом и интуицией».
Свечу добыть — не проблема. В апартаментах было полно свечей из натурального воска — они пахли иначе. Толстые, тонкие, боченки… не было достаточно тонкой.
Привязка к жертве — можно срезать прядь волос, тоже просто. Собственная кровь у меня была в избытке.
Оставив Юлю в спальне, я отправился в гостиную и разжег камин. Помогли огненные силы Вергилия — березовые дрова вспыхнули очень быстро.
Я как раз запахнул халат, когда в комнату вошел Дионисий.
— Ваш поздний обед готов, господин!
— Прелестно, — улыбнулся я. — Я внезапно осознал, что очень соскучился по салу. Сможешь добыть для меня с кухни?