Кот и другие (не) приятности (СИ)

— И какой там пистолет? — продолжила балагурить мамина подруга, подмигнув мне два раза.
— Аля! Ребенок!
— Так я об оружии, дорогая! А ты о чем? Да, моя прелесть? — обратилась она к Аленке. — И как прошла встреча?
— Изумительно, тетя Ангелина! Только дядя Саша скорректировал ваши указания — «бабе цветы, детям — мороженое», а я так надеялась на пломбир! В результате получила мишку. Лучше бы собачку, но медведь тоже ничего, большой только, в нашей квартире слишком много места займет, придется оставить у бабушки.
Сговорились за моей спиной! Но долго сердиться на этих двоих у меня никогда не получалось!
— А что? Мне Александр понравился! — добавила мама, до сих пор прибывавшая в нирване от комплиментов мужчины.
Я закатила глаза. Ну и что мне с ними делать? Махнула рукой и ушла досыпать, организм еще не пришел в себя после болезни и требовал дополнительного отдыха, как и мои нервы. Ох, чувствую, Ангелина на этом не остановится и будет меня сватать, пока не пристроит в «хорошие руки». А оно мне надо? Еще и дочку втянула!
Пробуждение вышло приятным. Теплый весенний лучик солнца, проникший в спальню, как партизан, в тонкую щель неплотно задернутых штор, заставил меня открыть глаза. Рядом с кроватью на полу сидела Аленка с Василием в руках и пыталась расчесать ему хвост. Кот стоически терпел, а свалявшаяся местами шерсть упорно не хотела становиться пушистой, как раньше.
— Муся, ты проснулась! — радостно возвестила дочка.
— Да, солнышко. И, кажется, хорошо себя чувствую, — призналась я с изумлением.
— Слава богу! А я уже врача хотела вызвать! — всплеснула руками мама, едва приоткрыв дверь.
— Зачем? — удивилась я. — Мне уже лучше.
— Ну, ты и спать горазда, Женек! — следом за мамой в дверях показалась ее подруга, не разделявшая всеобщее волнение.
Василий, почувствовав, как ослабла хватка, тут же рванул от Аленки ко мне под бок.
«Спаси! — говорил его несчастный взгляд, — от моего сокровища скоро ничего не останется. Так с хвостом нельзя! У меня не просто хвост! У меня Хвост!»
Обняв Василия, прижавшегося ко мне всем телом, я с недоумением посмотрела на родных.
— Я же только прилегла? Неужели весь вечер проспала и ночь прихватила?
— Ага, два вечера и две ночи, — поправила меня Ангелина.
— Изумительно, не правда ли, мои дорогие? Муся, мы так волновались, так волновались! Дежурили около тебя все по очереди!
— Двое суток проспала! Уже не знали, что и думать, — мама все никак не могла успокоиться и, присев рядом, с нежностью гладила меня по волосам, совсем как в детстве.
— А я говорила, что это целебный сон! И не надо себя накручивать! — мамина подруга села на кровать с другой стороны, отчего матрас под ней заметно прогнулся.
— Ой, да ты же голодная! — всполошилась мама. — Я на кухню, разогрею что-нибудь. — И быстро исчезла за дверью вместе с Аленкой, решившей, что без ее помощи не обойтись.
Василий, извиняющее мякнув «что-то очень кушать хочется», спрыгнул с кровати, и стрелой умчался вслед за ними.
Мы с Ангелом потянулись вслед за ними.
— Пока ты тут на подушку усиленно давила, твой кавалер все телефоны оборвал, еле отбились! Смотри, не проспи! Уведут, и глазом не моргнешь! Редкий товар, занесенный в Красную книгу, как вымирающий вид. Мне такой в свое время так и не встретился, — наставляла меня Ангелина, пока мама подкладывала мне в тарелку добавки.
— А как же наш бравый отставной военный?
— «Красивый, здоровенный!» — пропела Ангелина, но как-то невесело. — Поздно мне по свиданиям бегать. Но худого не скажу — ценный экземпляр.
— Это кому поздно? Тетя Геля, я тебя не узнаю! Ты еще ого-го! И эге-гей!
— Ого-го — далеко позади, и эгей-гей — давно не эгей-гей! — скривилась женщина.
— Не, ну я так не играю! — не сдалась я, — Что ты теряешь, в конце-то концов?
— А что люди скажут? В моем-то возрасте!
— А что люди? Люди всегда что-нибудь скажут. Когда ты на чужое мнение оглядывалась?
— А и то верно! — к Ангелине вернулся ее боевой настрой. — Ты мне это, лицо нарисуешь? Ну, там, как положено — бровки, реснички и…
 
— На свидание пригласил?
— Да. В ресторан «Армагедон» идем. Только страшно мне что-то.
— Ничего, держись, теть Гель! Торжественно клянусь сделать из тебя сегодня писаную красавицу!
— Королеву!
— Ты всегда ей была, тут моя помощь не требуется. Королева — это состояние души. Только ресторан, смотри, не разнеси, название у него какое-то подозрительное.
— Согласна! Но после того как ты поешь. Двое суток без еды — это вам не шутки!
— Я разве отказываюсь? У меня аппетит проснулся, прямо как у нашего Василия!
— И-и-и, куда тебе с Васькой тягаться! Ваш кот — профессиональный обжора. А ты ешь, ешь, сил набирайся, а то гляжу, похудела совсем.
Зеркало в прихожей подтвердило слова Ангелины. «А не плохо так скинула!» — обрадовалась я и подмигнула своему отражению. «Интересно влезу в свое любимое платье или еще пару килограммов сбросить придется?»
  
Глава 7
 
Платье село как влитое. Ура! Ага, ура-а-а, но уже тише. А куда я в нем пойду? Маленькое коктейльное платье с почти открытой спиной, если бы не кружево вверху, прикрывающее половину выреза, черного цвета. Классика! Если бы не спина, то было бы целомудренное, а так — в пределах разумного. Купила на последние деньги, увидев в бутике известного бренда, пройти мимо не смогла, потом неделю до зарплаты сидела на одной гречке. Василий, тогда еще не муж, а просто знакомый парень, как в нем увидел увидел, так сразу же предложение сделал. Я не сразу согласилась, но отметку о его серьезных намерениях про себя сделала. И только когда он познакомил меня со своей дочкой, сдалась окончательно. Это была любовь с первого взгляда! Причем взаимная. Усмехнулась. «Любовь прошла, как сладкий сон. Не мой размер, не мой фасон….(Ленинград). Эти строчки точно о нас! А платьице требует выгула. Не идти же в этом наряде заявление на развод подавать? А не позвонить ли мне девчонкам? Давно не виделись, соскучилась, да и похвастаться, что похудела хочется!
— Муся, ты у меня изумительно красивая! — выпалила с ходу Аленка, притащившая за собой из кухни упирающегося всеми лапами кота.
Василий выглядел недовольным. Еще бы! Гулять к пушистой даме сердца не отпускают, не кормят! Ну, последние пять минут так точно! Даже мелкую белую заразу, что так злобно на него шипела, у бабушки оставили! Никакой личной жизни. Он, конечно, любит по своему, этих глупых двуногих, гладить себя позволяет, мурчит, когда не лень. Но всему есть предел! Лишнего пакетика корма не выпросишь!
— Солнышко, а Василия тебе зачем? Пусть сидит один на кухне около своей миски, если ему так хочется и наше общество в тягость.
Василий обиженно отвернулся.
— Он изумительно много ест последнее время. Скоро станет совсем толстым и неповоротливым. А кто тогда со мной играть будет?
— Мряк! Мяу! — не согласился Василий, возмущенно мяукнув еще пару раз. Он-то точно считал себя в меру упитанным котом в полном расцвете кошачьих сил.
— Ты куда-то уходишь? — поинтересовалась Аленка. — Меня к бабушке тогда отвези, пожалуйста. А завтра в школу Ангел по пути забросит, она сегодня у бабули с ночевкой останется.
Я подняла бровь.
— Меня приглашали, если ты об этом. Я не буду им мешать. Пусть секретничают друг с другом на здоровье. Мы же Василия возьмем с собой? Думаю, Дульсинея уже успела соскучиться по нему.
— Хорошо, иди, моя радость, собирайся.
— Ура!
Аленка умчалась собирать вещи, необходимые ей для поездки к бабушке. Не смотря на то, что в доме моей мамы для нее имелось все, что только может пожелать девочка ее возраста, у дочки всегда находились железные аргументы, чтобы прихватить из нашей квартиры именно этот альбом, краски или куклу.
Пока Аленка была занята сборами, я решила созвониться с подругами. Меня отругали за то, что так надолго пропала — два раза, назвали заразой — два раза и радостно согласились встретиться! Ритка была свободна как ветер до субботнего вечера, отправив любимого мужа вместе с детьми к свекрови на несколько дней. Жила пожилая женщина в соседнем городе и очень скучала по внукам. Уголек погрязла с головой в работе, но ради нас все бросила и освободила вечер.