Соблазняя Анну (СИ)

Я медленно подошла к кровати и так же медленно потянулась к телефону. Разблокировала. С экрана смартфона на меня смотрел Гильермо Тулли. К своей щеке он прижимал рыжего кота. «Здравствуй, Анна. Мы с котиком ждем тебя в гости». Дальше следовала строчка с адресом. Вот ублюдок.
  
Глава 27
 
Только очень наивный человек не распознал бы в этом сообщении угрозу. Наивный и… полиция. В случае чего я даже доказать ничего не смогу, ведь с виду это вполне невинное приглашение в гости. С минуту я стояла с телефоном в руках, думая, что же делать. Разумеется, я не брошусь одна в логово извращенца спасать кота! Мы не в голливудском фильме, в конце концов.
У меня так тряслись руки, что набрать Рапаче получилось не сразу. Я прижимала телефон к ухо, громко дыша. Он не ответил. После каждого «оставьте сообщение» я сбрасывала и начинала набирать снова, но все было тщетно.
Вихрем сбежав по лестнице, я вышла во двор, чтобы найти Лари, но ни его, ни машины не оказалось. Телефон в руке снова завибрировал. «Не опаздывай. Котик без тебя долго не протянет». Стиснув от злости зубы, я вызвала такси. Похоже, я все же еду одна в логово извращенца спасать кота.
По пути к дому Тулли я не бросала попыток дозвониться до Нила. Меня сложно назвать смелой и отчаянной женщиной. Рыцарь, пусть и не благородный, пришелся бы весьма кстати, но телефон по-прежнему отвечал противным механическим голосом вместо голоса Рапаче. Номер Этьена у меня не было, поэтому я просто зашвырнула трубку в сумку.
Наличные, которые я получила за проданные платья, пришлись как нельзя кстати. Расплатившись с таксистом, я вылезла из машины. Водитель с полминуты не уезжал, глядя на меня и словно ожидая, что я вернусь в автомобиль. Видимо, репутация Тулли выходила далеко за рамки круга богатеев. Через силу улыбнувшись, я отвернулась, слушая, как зашуршали по гравийной дорожке шины.
Гильермо Тулли жил недалеко от города, в старинном особняке из серого камня. Все здесь было нарочито итальянским: вычурные фонтанчики, каменные арки, кипарисы. Ни одна деталь не указывала на то, что в доме живет преступник. Я поднялась по широкой лестнице и постучала в дверь. Конечно же, мне никто не открыл. Глупо было надеяться, что навстречу выйдет дворецкий, у которого можно будет попросить вынести моего Рыжика.
Дверь, несмотря на свои размеры, легко открылась, и я шагнула в полумрак холла. Снова никого.
— Ау! Есть кто дома? — Холл ответил мне гулким эхом, а в сумочке завибрировал телефон.
«Слева от главной лестницы есть лестница вниз. Спускайся, мы тут».
Я положила телефон назад в сумочку, одновременно нащупывая рукой тяжелую статуэтку. Надеюсь, она не очень дорогая, и Нил не придет в ярость, увидев на ней кровь. Будет неловко, если я разобью о голову Тулли какое-нибудь произведение искусства эпохи Возрождения.
Внезапно мне пришла в голову мысль, и я быстро осмотрелась. У огромной картины на стене стоял столик на витых ножках, заставленный разным антиквариатом. Я схватила первую попавшуюся штуку и побежала к двери. Зажмурившись, толкнула ее и с облегчением выдохнула, когда дверь поддалась. Я запихнула фигурку солдатика, а это оказалась она, между дверью и косяком — не хочется, убегая, обнаружить, что она заперта. План, конечно, шаткий, но хотя бы так.
Спускаясь, я держала руку в сумочке на случай, если Гильермо решит сразу напасть. Смешно, но больше всего я боялась убить его этой статуэткой — не уверена, что мне преступление сойдет с рук так же легко, как Тулли. С одной стороны мне не хотелось сгнить в итальянской тюрьме, с другой — пасть жертвой психованного маньяка хотелось еще меньше.
Последние шаги дались особенно тяжело. Глупо. Это было так глупо, что в случае смерти я буду отличным претендентом на премию Дарвина, но оставить Рыжика у Тулли мне казалось настоящим предательством.
Толкнув дверь, я осторожно заглянула внутрь. Перед глазами была лишь стена из почерневшего кирпича. Слева обнаружился тупик, а справа в небольшой коридорчик попадал свет. На него я и пошла.
 
Когда я вошла в помещение с низкими потолками, мои глаза уже привыкли к тусклому свету, поэтому каждая ужасная деталь сразу же предстала передо мной во всей красе. Это была настоящая средневековая пыточная. Не красивая стилизация, как в клубе Рапаче, а реальное логово святой инквизиции.
Чем дольше я всматривалась в жуткие приспособления, тем страшнее мне становилось. Здесь была даже металлическая груша страданий, лепестки которой раскрывались с помощью специального механизма, разрывая жертву изнутри. Во рту мигом пересохло. До самой последней секунды мне хотелось верить, что все рассказы от Гильермо приукрашены, исчезновениям девушек есть логичное объяснение, а подруга Рене погибла по какой-нибудь нелепой случайности. Сейчас перед моими глазами был миллион и одно доказательство, что все это правда. Сердце стучало так громко, что я не сразу расслышала его голос.
— Анна, какая встреча. Рад видеть тебя в моем скромном подземелье.
Тулли стоял рядом с какой-то металлической дверью, из которой, судя по всему, и вышел. На нем были черные штаны и такая же черная футболка. Совершенно ни к месту вспомнились все фразочки из фильмов о том, что на черном не видно кровь. Бежать уже было поздно, поэтому оставалось лишь не грохнуться от ужаса в обморок и попытаться спасти Рыжика.
— Где Рыжик?
— О, так эту прелесть зовут Рыжик? — Он с улыбкой хмыкнул, но эта улыбка не продержалась на его лице и пары и секунд. — Что ж, раз ты решила сразу перейти к делу, тогда раздевайся.
— Зачем?
Абсолютно глупый вопрос, но мне нужно было хоть немного времени, чтобы придумать, как действовать дальше. Все происходило быстрее, чем я планировала. Как говорил один мой университетский приятель — у меня был план, пока я не получил по роже.
— Ты же прекрасно знаешь, зачем, но если для тебя так важно это слушать, — он хитро прищурился, — возможно, тебя возбуждают разговоры, то я скажу. Чтобы трахнуть тебя. Я поимею каждую твою дырку, а потом вырежу свое имя на твоей спине. А, может, и на груди тоже. Так ты всегда будешь знать, кто твой настоящий хозяин.
Я тяжело сглотнула, стараясь не вслушиваться в его слова. Как можно незаметнее переложила статуэтку в сумке так, чтобы можно было быстро выхватить ее. Глаза Тулли горели каким-то лихорадочным огнем. Весь внешний лоск сполз с него, превратив в обезумевшего маньяка. Он потирал пальцы друг о друга, и этот звук, наверное, будет преследовать меня до конца жизни. Если, конечно, она не оборвется в этом самом подземелье.
— Покажи кота.
— Анна-Анна, насколько же ты одинока, что рискнула собой и пришла сюда, чтобы спасти дворового кота.
А вот это было больно. Ведь Тулли был прав — я бросилась сюда, осознавая все риски, лишь потому, что сейчас этот кот был для меня самым близким существом.
Тулли тем временем продолжил с кривой улыбкой:
— Это он согревал тебя долгими ночами? А где же Нил? Трахает милашку Кару? Какая ирония. А я всегда говорил, что мальчишка не умеет заботиться о своих вещах.
Стоило подумать о том, что Нил развлекается с этой мымрой, пока меня тут пытаются изнасиловать и покалечить, как в груди словно провернулся острый нож. Вызвав такси, я отправила ему смс, где в нескольких словах объяснила, что случилось и куда еду. Но, похоже, Нил был действительно занят чем-то более приятным.
— Я хочу увидеть кота, — как заведенная повторила я.
— Ох, ну что за капризная дама. Кис-кис-кис.
Тулли приоткрыл металлическую дверь за своей спиной, и оттуда вынырнул Рыжик. Кот тут же бросился к моим ногам, и мне пришлось достать руку из сумочки, чтобы подхватить его. Уткнувшись в мягкую шерстку, я пробормотала:
— Как ты достал его? Территория дома Рапаче охраняется.
— У меня свои способы, милая.
Внезапная догадка пронзила мозг — кажется, я знаю, что у него за способ. Стало в миллион раз больнее и обиднее. Но тут мужчина сделал несколько широких шагов, оказываясь рядом. Тулли резко дернул ремешок сумки, стаскивая ее с моего плеча. Он несколько раз приподнял ее в руке, насмешливо глядя на меня.