Болиголов (СИ)

В какой-то момент звонкая оплеуха сбросила с него всю эту тяжесть, и он внезапно оказался в песчаной пустыне. Балда схватился рукой за щеку и почувствовал, что она горит. У него появилась абсолютная уверенность в том, что щека горит не только во сне, но и в реальности. Во сне он оказался не шаром света, а сразу в своем теле: он видел свои руки и ноги и даже новую одежду, которую чуть ранее рассматривал в зеркале. Перед ним на расстоянии пары метров в медитативных позах сидели Блаж и Вернер. Оба они были одеты в облегающие черные короткие штаны. На Вернере была просторную легкая белая рубаха, а Блаж сидела в черной майке с открытыми плечами. Плечи Вернера все также окаймляла черная грива волос, и Блаж все никак не расставалась со своим черным хвостом. Глаза их были закрыты, а лица покрывали легкие улыбки блаженства и упоения. Видимо, время они не теряли и с момента их первой встречи успели окончательно помириться. Улыбка Блаж была чуть хитрее, и он догадался, что это она влепила ему пощечину, устав наблюдать за его кошмарами.
— Рад вас видеть! — Балда поприветствовал магов.
Те не шелохнулись. Он подождал, но результат не изменился. Балда задумался о том, на каком уровне отношений он с ними находится: стоит ли уважительно подождать, пока они выйдут из своего блаженного состояния или же можно их дружески окликнуть или растолкать. Следом появилась мысль, что, возможно, они как раз и ждут его реакции, чтобы он сам определил свое к ним отношение. И если это предположение верно, то значит, что если он будет почтительно ждать их ответа, то даст им некоторые привилегии и контроль над собой.
— Вижу вы сильно заняты. К завтрашнему дню мне нужно хорошо выспаться, так что, если хотите, встретимся следующей ночью. Сниму Болиголов, чтобы вам не мешать.
Блаж открыла хитрые глаза и одарила его блаженной улыбкой.
— Неужели утром ты чувствовал себя измотанным и невыспавшимся? — она попала в цель, точно зная, что он чувствовал утром. На это ему было нечего ответить, но это уже и не требовалось. Его цель была вытянуть ее на разговор.
— Вы были правы насчет Кристофа: его действительно отравили, — продолжил Балда.
Вдруг Вернер рассмеялся, потому что понял ход Балды и промашку Блаж.
— О, простите. Я смеюсь не с отравления Кристофа, а с Блаж, — объяснился он. — Продолжай.
Блаж сдвинула брови, выискивая причину для смеха, но Балда перебил ее поиски своей историей. Он с подробностями, но довольно сжато рассказал, что случилось утром и как прошел их день, добавив, что следующим утром они покидают город и теперь он будет временно вместо Джофа. Так что ему срочно нужно чему-нибудь научиться, чтобы принести хоть какую-то пользу, если вдруг случится непредвиденная ситуация. И не знают ли они что-нибудь о парализующих ядах, вдруг смогут помочь Джофу лучше, чем его друзья из реальности.
— Можем вернуться в твое воспоминание и посмотреть, кто и как отравил Джофа, — предложил Вернер.
— Вернуться не получится, потому что я не видел, как это произошло. Можете только увидеть, как тело отравителя изменило вертикальное положение на горизонтальное, — развел руками Балда.
— Парализующие яды довольно опасны, и если ваш друг до сих пор дышит и жив, то ему очень повезло, — начал рассказывать Вернер. — Обычно такие яды парализуют мышцы, в том числе и мышцы легких, и человек умирает от остановки дыхания. То, что Джоф еще дышит после того, как его ударили отравленным ножом прямо в область сердца и легких, можно объяснить лишь магическим эффектом. Как я понимаю, Джоф владеет некоторой примитивной магией для бытовых нужд, а магия, какой бы она ни была, всегда защищает своего хозяина и поддерживает слабые места организма в критических ситуациях. Значит, сейчас вся магия Джофа работает на его легкие, чтобы он мог дышать, иначе к утру он бы уже умер. Самые сильные яды при поддержке дыхания магией могут находиться в организме до нескольких недель, но за это время остальные мышцы могут омертветь. Так что у вас всего два-три дня, чтобы принять противоядие либо оказать организму Джофа более действенную магическую поддержку. Еще предположу, что Джофа хотели убить, а незадачливого убийцу потом бы казнил Соларус, и вы бы еще оказались ему должны.
 
— Полностью согласна! — неожиданно заявила Блаж. — Но есть вариант, что отравители знали о том, что Джоф владеет магией, думаю, узнать это не сложно, и яд подобрали не самый сильный и не слишком много. То есть, возможно, что все-таки его хотели не убить, а лишь временно парализовать. Но даже этот вариант очень рискованный: гарантировать, что Джоф останется парализован, а не умрет, никто бы не смог.
— Еще возможно, что Джоф находится в сознании, и может слышать вас, — добавил Вернер.
— Что же нам делать? — спросил Балда, переваривая эти новые гипотезы.
— Делайте, что и делали: везите его в ваше селение к магам. Если успеете начать лечение в течение трех суток с момента отравления, то сможете его спасти, — констатировала Блаж.
Вернер и Блаж перестали улыбаться, войдя в положение Балды. Он переживал за своего дядю, но слабая эмоциональная сторона конкретного сна после тяжелого дня не позволяла увидеть все его чувства. Блаж и Вернер эти особенности знали и понимали все по другим сигналам: задумчивость, вопросы, рассеянный взгляд.
— Сон не лучшее время для переживаний, — она заговорила нежным материнским голосом. — Во сне разум, душа и тело должны отдыхать. Поэтому даже и не пытайся нарушать этот закон природы, а то сделаешь только хуже.
— Сегодня уже третья ночь с нашего знакомства, — напомнил Вернер так, будто это была триста тридцать третья ночь, и все уже сбились со счета. — Значит, пора отметить такое событие!
— Отметить началом наших занятий? — уточнил Балда.
— Мальчика не проведешь дурацкими шутками, — Блаж ткнула Вернера пальцем в бок. — Да. Сегодня будет самый важный урок, на котором будет основываться вся твоя тренировка. Поскольку магией ты не владеешь, а знания из наших рассказов и твоих воспоминаний придут со временем, то займемся тренировкой твоего тела. В этом деле мы, разумеется, ничего не смыслим, но пока хоть так.
— И вы сможете натренировать меня за одну ночь, чтобы завтра я уже был готов защищать своих друзей в случае опасности? — Балда явно прослушал последние слова Блаж, а серьезность, с которой был задал этот глупый вопрос, не оставляла никаких вариантов для ответа.
— Естественно! — ответил Вернер. — Все великие маги и воины становились великими всего за один вечер! И ты тоже обречен на это.
— Неужели такое возможно? — обратился Балда к Блаж, глядя на нее горящими от азарта глазами.
— Нет! Такое невозможно! — серьезно ответила она. Вернер недовольно хмыкнул, ему хотелось еще побаловаться.
— Интересно! Его разум совершает странные скачки: начал он с того, что ловко подловил тебя, и вот сейчас он невероятно туп! Может что-то случилось с Болиголовом после той пьянки? — мыслил вслух Вернер.
— Да нет же, — успокаивала его Блаж, — такое поведение нормально для того, кто жил с нарушениями памяти. Считай, что перед тобой взрослый ребенок: его не проведешь на логике и разных мелочах, но он все еще наивен и верит в чудеса, и для него в мире еще много всего неизвестного.
Балда наблюдал за тем, как они обсуждали его вслух и не мог понять, было ли это некоторым поучением и упреком для него или же высшей степенью доверия: ведь они могли общаться так, чтобы он их не слышал.
— Я вас все еще слышу! — вмешался он в их бесхитростный диалог.
— Значит, ты все еще не глухой. Хоть какая-то хорошая новость из реального мира.
— А что такое логика?
Его вопрос улетел в пустоту и остался без ответа.
— Хватит болтать, — сказала Блаж. — Побежали!
Она резко вскочила и промчалась мимо Балды. Он обернулся и увидел, как она быстро удаляется от них в бескрайнюю пустыню. Он с непониманием взглянул на Вернера.
— Что ты на меня смотришь? Беги за ней!
Видимо, этой ночью объяснений не дождешься. Балда поднялся и побежал следом за Блаж. Он бежал быстро и легко, словно летел по воздуху. Он отталкивался от песка, и шаги его были просто гигантскими. То, что перемещаться во сне было легко и просто, он понял уже давно. В прошлый раз он летал в форме светящегося шара и плавал в розовом океане, хотя плавать в реальной жизни не умел. Ведь это сон, как только ты его осознаешь, то понимаешь, что здесь можно все: превращайся в кого угодно, лети, плыви, беги или просто меняй свое местоположение.