Несовместимость (СИ)

– Да! – гаркнул он в трубку, – я была прижата к нему, поэтому услышать голос звонившего не составило большого труда. Это была женщина. Без сомнения, Аня. Дёрнулась, что есть мочи, но Рома цепко меня держал, не позволяя пошелохнуться, – ну и что? – недовольно сказал он в трубку. – Позвони и отмени, я сейчас не могу, – женщина сказала что-то ещё, – и вечером не смогу! –  было слышно, как она закричала, – дура! – заорал он в ответ и отключился.
Я стояла, прижатая к нему, не смея проронить ни слова.
– Скажи что-нибудь, – попросил Рома.
– Это была она? – разлепляя непослушные губы, спросила его.
– Да, – коротко бросил мужчина, зарываясь в мои волосы.
– Что ты в ней нашёл?
– Не знаю. Я не люблю ее. Я разведусь. Но и ты должна уйти от своего хмыря.
– Не уйду, Рома. Он не заслуживает подобного отношения.
Мужчина резко схватил меня за плечи, сильно развернул, впечатывая свой взгляд, прожигая холодом.
– Даша, ты соображаешь, что говоришь? Не вынуждай сказать грубость! – грозно сказал, сжал пальцами плечи.
– По чужим головам пройтись хочешь? – отчаянно выдохнула я.
– А так жить всем прямо в радость? – Рома отпустил меня, лишая опоры. Oтошёл, сел на скамейку.
– Как ты себе это представляешь? Я приду и скажу: "Лёша, я не люблю тебя, ухожу к другому"? – я подошла, присела рядом, зарылась лицом в ладони.
– Не к другому, а ко мне! – зло поправил он.
– Да ему плохо станет! – словно заплачу, на надрыве прокричала я.
– Класс! Твоя логика, Даша, просто чудесна! – Рома достал сигарету, подкурил, затянулся.
– Тебе не жаль ее…Аню? – подняв голову, задала вопрос, на который и так знала ответ.
– Жаль, а что делать? Страдаешь ты, страдаю я, страдают ОНИ! Давай хотя бы попробуем склеить то, что по глупости разбили?
***
Время шло. Прошла неделя с той знаменательной встречи в Свече. Я много думала. Думала о нас с Ромой, о Лёше, об Ане... С Ромой мы не виделись. Он настаивал, но я запретила, попросила дать мне время. Он часто звонил, мы подолгу молчали. Такие "разговоры" стали нашим ночным утешением. Мне было легче от сознания того, что в данную минуту он был не с ней.
Лёша всё понимал, ему не нужны были слова. Я ждала скандала, но он просто молчал, зная, что "нас" больше нет и не будет. Я не могла выносить его прикосновений, это стало для меня настоящей пыткой. И я приняла решение: ухожу от Лёши раз и навсегда. Не знаю, что будет у нас Ромой, но Лёша не заслуживал быть преданным. Единственное, не знала, как ему об этом сказать.
  
Глава 7
 
Даша
Уходить всегда тяжело. Особенно, если этот человек для тебя не чужой. Когда знаешь, что причиняешь ему боль и страдания. Впервые за полгода нашего совместного проживания, я ждала Лёшу и мечтала, чтобы день закончился, и стрелки часов перевалили за семь.
Он пришёл поздно. Будто все заранее знал и оттягивал время, а я не могла места себе найти и искала слова оправдания. Не разуваясь, Леша кинул на меня быстрый взгляд, прошел в гостиную, присел на диван и выпалил:
– Знаю, ты хочешь от меня уйти, – пожалел меня он, начал первый, даря передышку. – Я тебя не держу и никогда не держал, Даша – oн зарылся лицом в ладони, – никогда не понимал, как ты можешь жить прошлым. Но ни о чём спрашивать не буду, – на выдохе, устало произнес Леша.
–  Спасибо, – он резко поднял голову, посмотрев в глаза, – ты лучшее, что могло случиться в моей жизни, – прошептала, садясь рядом, –  я сама себя загнала в угол.
– Я знаю, Даша, ты старалась. Но, видимо, сердцу не прикажешь.
– Не прикажешь, – согласилась я.
– Кто он? Из-за чего вы расстались?
Я тяжело вздохнула, постаралась улыбнуться, но проклятая улыбка давалась с трудом.
– Он сын моего бывшего босса, Леша. Мы прожили вместе два года, пока нам не поставили диагноз иммунологическая несовместимость.
Пять лет назад
– Ромка, – кричала я из комнаты, радостно визжа и прыгая на кровате, – Ромка, иди сюда скорее.
– Родная, что случилось? – любимый появился, держа в руках ноутбук, – Дашунь, пять минуть, я закончу и буду с тобой.
 
– Нет, ты не понимаешь. У меня две полоски, – не слыша его, весело вертела перед его носом тестом на беременность, – я… беременна, любимый. Беременна, – не понимая меня, Рома озадаченно смотрел на вертикальную "палочку", – ты станешь отцом! – со всей силы запрыгнула к нему на руки, весело хохоча.
Вместе с ноутбуком мы завалилсь на кровать, не прекращая смеяться. Ромка мягко ухватил за талию и сладко поцеловал, но я почувтвовала его напряженность, хотя ничем не хотел выдать свое состояние.
– Ты не рад? – оторвавшись от его дразнящих губ, приподнявшись на одном локте, заглянула я в серые глаза.
– Рад, Дарён, очень рад. Просто это как-то неожиданно, – схватил меня за руку, снова прирягивая к себе.
– Неожиданно? – сделала вид, что возмутилась, – oт незащищенного секса бывают дети, – якобы строго погрозила пальцем, но на лице была лукавая улыбка. Мужчина обхватил мою голову руками, снова поцеловал.
– Даш, – оторвавшись от моих губ, сказал он, – тогда тебе придется выйти за меня замуж, – идиотская улыбка озарила моё лицо, – чёрт, как-то это всё внезапно. – Ромка сел на кровати, я поднялась следом. Oбняла его громадную спину и уткнулась носом в шею.
– Ром, что такое? Ты не хочешь ребёнка? – пыталась сама разгадать, что именно его тревожило.
– Да просто страшно. Ответственность большая. Ну, да ладно, раз Бог решил сейчас, – значит, так тому и быть, – oн повернулся ко мне, крепко обнял, поцеловал в висок. Как потом сказал Рома, предчувствие у него было нехорошее. А вот я ничего не почувствовала, только радость от того, что во мне бьётся другая жизнь, маленькое продолжение Ромы.
Ночью проснулась от боли внизу живота. Рома умиротворённо посапывал рядом, а волнение внутри меня нарастало с огромной силой. Боль была не сильной, но доставляла дискомфорт. Я пыталась улечься, выбрать удобную позу, чтобы меньше ощущались болезненные спазмы, но они не проходили. А под утро у меня началось кровотечение. Рома отвёз меня в больницу, где сказали, что у меня произошёл выкидыш. Ещё вечером я скакала и благодарила Всевышнего, а утром всё оказалось напрасным. Дитя не стало!
Вся больница была поставлена на уши. Бред, молодой, здоровый организм...Врач попалась на редкость безразличная. Просто отделалась пустой, ничего не значащей фразой: "Ну, с кем не бывает". Я сдала все возможные виды анализов, но причина выкидыша была до сих пор не ясна. Тетя, по материнской линии, была заведующей отделения в той самой больнице, только другого отделения, ее услилиями меня положили на обследование. Сначала, Рома хотел обратиться в частную клинику, но тётя настояла и пообещала, что под её зорким оком всё будет в полном порядке и нечего беспокиться.
В палате я лежала с двумя девочками. У одной, как и у меня, случился выкидыш, вторая – на сохранении. Та, что с выкидышeм, рассказала, что уже несколько лет не могла забеременеть, а когда получилось, выносить ребёнка не удалось. Я была в подавленном состоянии, но старалась держать себя в руках.
– Роман Александрович, вас заведующая отделением вызывает. Даша, и тебя тоже, – сказала молоденькая медсестра.
– Вам надо сдать семенную жидкость, – обращаясь к Роме, произнесла врач, как только поднялись к ней в кабинет, – меня не отпускало предчувствие чего-то фатального, неизбежного. Что за чертовщина?
– Зачем? – удивился он.
– Это только наши предположения. Пока сделайте спермограмму, потом я всё объясню.
Рома без лишних слов сдал сперму на проверку. У меня взяли цервикальную слизь из шейки матки, сказав, что ответ будет через несколько дней. Я попросилась домой, не могла больше лежать, смотреть в потолок, глазеть как сновали люди в медицинских халатах, видеть их жалостливые лица и выслушивать истории, одна другой краше. И меня выписали.