Крепость Призраков (СИ)

Награда за прохождение: 1 монета системы, 1000 универсальных единиц.
Игорь проснулся первым, когда солнце ещё только поднималось над горизонтом. В этот раз оно было на редкость большим и красным, как будто кровавым. Его лучи пронзали остатки ночного тумана, который нехотя отступал, понемногу освобождая лес.
А Игорь был занят важным и нужным делом. Вообще-то он им пытался заняться уже дважды. В первый раз… А вот не помнил он, когда попытался в первый раз. Наверное, через несколько дней после ухода Джокера.
Оставалось лишь вспомнить, на который день ушёл Джокер… Однако и это, при такой насыщенной событиями жизни, получалось плохо. В помощь был привлечён кинжал, починенный при помощи Порядка. Почему он? Потому что всегда был с собой, как и нож. Особенно ночью.
Тот же пернач и дубина обычно стояли у печки, чтобы не мешать во время сна. Ружьё лежало у стены у лестницы, несмотря на опасность того, что до него однажды доберутся дети. Всё-таки убирать его подальше было небезопасно: вдруг ночью срочно понадобится?
А вот кинжал и нож обычно лежали в хранилище. И в этом мире их как бы не было, зато они всегда оказывались у Игоря под рукой.
Кинжалом он и стал царапать на каменистой земле палочки. А затем, напрягая память, перечёркивать их. В каждой перечёркнутой группе было пять палочек: так считать было удобнее.
– Что делаете, хозяин? – спросил Мафил, выбираясь из блокгауза с котелком.
– Дни считаю, – буркнул Игорь. – Сколько мы тут уже торчим…
– Мне кажется, что целую вечность, хозяин! – посетовал раб, устанавливая котёлок на костёр.
– А по моим подсчётам… Получается то ли двадцать девять, то ли тридцать дней! – задумчиво проговорил Игорь. – Ладно… Пусть будет двадцать девять.
– В этой информации есть какая-то ценность? – стараясь не зевать, уточнил слуга.
– Да! Есть! – уверенно ответил Игорь. – Там, во внешнем мире, не прошло и суток, а нам здесь кажется, что прошла целая вечность! Так странно…
Мафил ничего не ответил. Просто пожал плечами и отправился готовить завтрак. Не любил он пространных обсуждений не по делу, обычно оправдывая эту свою черту недостатком воображения. А вот Игорю было страшно подумать, что он с семьёй попал в Упорядоченное меньше, чем два месяца назад…
Жизнь после этого так резко перевернулась, что он даже начал забывать, каково это: мирно спать каждую ночь, вставать по звонку будильника, вливать в себя утренний кофе, съедать пару бутербродов, надевать костюм и идти на работу.
И так день за днём с перерывом лишь на выходные… Неделя за неделей, месяц за месяцем. В чём-то это, конечно, была прекрасная и размеренная жизнь. Во всяком случае, в ней было место счастью, комфорту и безопасности. Правда, имелся в этой жизни один недостаток: она как будто съедала время.
Все эти дни, недели, месяцы и годы проносились мимо. Не замечаемые глазом, не запоминаемые мозгом, не ощущаемые душой. Каждый день был похож на предыдущий, а каждый месяц отличался лишь сменой погоды за окном: дождь, снег, распускающиеся листья, яркая зелень – и снова дождь…
Были ещё и редкие выходные. Редкие, как драгоценные камни. А ещё их можно было случайно пропустить, проспав полдня в субботу и столько же протупив за компьютером в воскресенье. Казалось бы, в году ни много ни мало пятьдесят две недели. А вот выходных из последнего года в мире Порядка Игорь сумел вспомнить всего семь…
Ну и, конечно, ещё бывали отпуска, которые можно было провести и дома. Однако тогда в одну сплошную линию сливались уже не месяцы, а целые годы. И только поездка куда-нибудь в отпуск становилась неким ориентиром или маяком, который хоть как-то отличал один год от другого.
«А помнишь тот год, когда мы ездили в Грецию?»
«А помнишь, в том году, ну, когда мы решили по Италии прокатиться на арендованной машине?..»
«А помнишь, когда в Абхазии отдыхали, у нас в тот раз кошелек на пляже спёрли?».
А здесь и сейчас прошло всего двадцать девять дней. И каждый день какое-нибудь дерьмо. То убить хотят, то опять убить… То снова убить, но с подвыподвертом. И, кажется, должно быть скучно, но вот почему-то не скучно… Каждый день живёшь как в последний раз. И к каждой ночи готовишься, как к покорению Эверста. А каждое усиление от системы – как настоящий праздник.
 
Впрочем, каждая пережитая ночь – тоже праздник. Как и каждый прожитый день. Вот сегодняшняя ночь была спокойной: Игорь был рад уже тому, что его никто не будил, никто не тревожил и никто не пытался убить. И стоило об этом подумать, как его такое ощущение счастья накрывало… Сильнее, чем когда выходишь в первый раз после городской слякоти к лазурной глади моря, встаёшь ногами в прибой и вдыхаешь солёный воздух.
Счастье от каждого прожитого дня…
Счастье от каждого спокойного дня…
Счастье от каждого…
– Хозяин! Там люди у обелиска! – сообщил Мафил, который явно бежал к Игорю со всех ног. И теперь тяжело дышал.
«Спасибо тебе, мой дорогой Мафил, за обломанное счастье!» – мысленно поблагодарил его Игорь, удержавшись от едких замечаний вслух.
– Не смотрите на меня так, хозяин! Это же не я их призвал! – наконец-то отдышался слуга.
– У нас в мире когда-то была традиция… Вешать гонцов, которые принесли плохие вести, – заметил Игорь, всё ещё пытаясь осмыслить услышанное. – Пора возрождать… Я шучу, Мафил.
– Я понял, – без особого испуга заявил слуга. – Что будем делать?
– Ну… Давай сначала на них посмотрим! – решил Игорь, направляясь к нужной стороне вершины.
Застыв на её краю, он наблюдал, как пять десятков людей спешно разворачивают лагерь на площадке, рядом с каменным обелиском с потухшими знаками. Все были в тёплых одеждах, а трое – так и вовсе в знакомых дублёнках с повязками ополченцев Лёдного.
– Ну класс… – обречённо проговорил Игорь. – Похоже, Лёдное нас не отпускает…
Они с Мафилом как раз подошли к тому моменту, когда над одним из секторов Заповедного леса взметнулся плотный туман, отсекая окрестности. Сектор был совсем маленький и по форме напоминал треугольник. Сколько человек из новоприбывших сунулось в лес, попав под атаку хранителя, Игорь не знал. Просто пропустил нужный момент.
Правда, яркую зависть вызывал тот факт, что люди вели себя гораздо увереннее, чем он в первые дни здесь. Да и подготовлены оказались явно лучше. Были у них и инструменты, и оружие – причём почти у всех. Многие сразу кинулись к куполу вокруг сектора, едва тот появился, и попытались прорваться внутрь. Но, конечно же, не смогли этого сделать.
– Не нравится мне всё это… – пробормотал Мафил. – Хозяин, а если они к нам полезут?
– Это хороший вопрос! – согласился Игорь, задумавшись. – Вот чую я, что рано или поздно, как ни крути, полезут…
А, в самом деле, что делать в таком случае? Убивать созданий Порядка без особых на то обстоятельств нельзя. Упорядоченное не одобрит. Не пустить в блокгауз? Это можно, но если будут долго стараться, то в результате всё равно вынесут дверь.
– Давай не будем маячить на краю! – опомнился Игорь, укладываясь на землю животом.
Мафил повторил его действия. И молча продолжил ждать ответа от хозяина. А у Игоря ответа не было. Потому что одно дело – защищать дом Эрина, вроде как официальную собственность. А другое дело – присвоенные, считай, постройки на вершине пирамиды…
– Я в кабинет! – предупредил Игорь, прикрывая глаза.
И, уже оказавшись в личном кабинете, мысленно спросил систему:
– Упорядоченное, на узле появились другие люди. Мы с моей семьёй и слугой практически заново отстраивали крепость на вершине Пирамиды. Можем ли мы претендовать на право владения этой крепостью?
Священная Пирамида является достоянием узла.
Чтобы получить возможность распоряжаться поверхностями Священной Пирамиды, необходимо стать правителем узла.
Вы не являетесь правителем узла, а потому не можете владеть вершиной Священной Пирамиды. 1/10
– Но я не претендую на вершину! Пусть кто хочет, тот и живёт! Я претендую только на крепость на вершине, которую сам же и перестраивал. А также на своё имущество, которое храню в крепости! – Игорь чувствовал, как его понемногу охватывает отчаяние.