Все люди севера (СИ)
- Эти люди истощены глупостью своего ярла, - произнесла она тихо. – Сначала накорми их, как я того прошу. Потом расскажи им всё, что знаешь сам.
- Ты заботишься о людях, как мать о своих детях, - улыбнулся Скалль.
- Поверь, конунг, им сейчас больше нужна заботливая мать, чем глупые вожди.
- Вот как? - с улыбкой выдавил Скалль, наклонив голову ниже. – Об этом ты сейчас думаешь? Что можешь занять место Хрута? Ты ведь понимаешь, что ты не можешь быть ярлом, женщина?
Ракель сглотнула и не ответила. Она знала, что конунг прав.
- Обещай, что у каждого будет выбор. Что они присоединятся к твоему походу, только если сами того захотят, - попросила она.
- Зачем мне вообще тратить пищу на тех, кто может отказаться примкнуть ко мне? – шипящим шёпотом спросил Скалль и удивленно вскинул брови.
Ракель не знала, что ему ответить. Она вздрогнула, приоткрыла было рот, но не нашла слов. Сжав губы в тонкую линию, девушка засопела. Скалль же к удивлению улыбнулся и вздохнул, а потом пальцем смахнул с её щеки пучок металлической пыли. В этом покровительственном жесте было больше заботы, чем Ракель могла ожидать от сурового северного завоевателя.
- Я накормлю всех твоих людей, Ракель Хрутдоттир, - заверил он. – Только не забудь этого.
- Буду у тебя в долгу.
- Да. Будешь.
Ракель удивлённо моргнула, но не стала медлить, боясь, что бессмертный конунг может передумать. Она сделала шаг от него и повернулась к своим людям:
- Конунг Скалль и его люди - наши гости. Они поделятся с нами едой. И расскажут, почему они покинули север. К тому же, вечером на честном совете люди Урнеса смогут выбрать нового ярла, - выдохнула девушка и с вызовом посмотрела на конунга. – Как того велят законы.
- Вдруг в честном голосовании люди выберут меня? - хитро спросил Скалль так, чтобы его слышала только Ракель.
- Не думай, что у тебя не будет соперников, - тихо прошептала она.
- О-о-о, - протянул Скалль. – Раз боги нас покинули, то и женщина теперь хочет стать ярлом, – хохотнул он. – Я ведь уже сказа…
Ракель прервала его жестом руки:
- На место ярла всегда хватает желающих. Я не одна из них.
– Кого бы не выбрали эти люди своим ярлом, но место их матери, кажется, уже занято, Ракель Хрутдоттир, - почтенно наклонил голову Скалль, проявляя уважение. – И значит они уже спасены, - он подмигнул ей.
Девушка выдохнула, ощущая, что тяжёлый разговор наконец подошел к концу. Скалль скомандовал своим людям войти в город. Пнув голову своего брата Рауда, который мертвыми запыленными глазами смотрел на неё снизу, Ракель отправилась по улицам. Единственный путь, который она сейчас впомнила - дорога к дому братьев Трюггвиссон.
Этот дом показался ей самым безопасным местом. А ещё местом, где её не будут искать.
Глава 4
Когда на улице уже стемнело, Ракель наконец открыла глаза. В помещении было тепло, горел огонь, а ещё пахло чем-то вкусным. Проморгавшись, Ракель наконец заметила Фюна и Эту, сидящих за столом недалеко от неё и шёпотом что-то обсуждавших.
- Скажите, что мне всё приснилось, - простонала девушка, с трудомудерживая глаза открытыми.
- Если так, то можешь не просыпаться! - хохотнула Фюн. - Сон вышел отличный. Лучший на моей памяти после того, где я женился на дочери Одина, которая в итоге оказалась Тором. Но баба, конечно, была громовая!
Ракель вздохнула и медленно встала, перебираясь с пола за стол, пока братья смеялись до слюней.
- Люди конунга уже заняли город? – поинтересовалась она.
Фюн и Эта активно закивали головами:
- Их оказалось гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Люди пускают их в свои дома за еду и тёплую одежду по десять человек.
- А у них достаточно для этого еды? – удивилась Ракель.
Братья переглянулись.
- Пока мы умирали с голода, боги посылали им много дичи, - задумчиво произнес Фюн. – Меня в дрожь бросает, когда смотрю в эти их довольные рожи. Третий год лета не видать, а они... Выглядят так, будто не замечают этого. Уж не знаю, завладел ли конунг их головами, но моя, - Фюн постучал себя по виску, - вроде пока при мне. И я вижу целую армию безумцев, давно бросивших свои дома ради похода конунга. Они верят, что наступил конец света и боги вскоре умрут. Но каждый из них счастливее и сытее меня! - Фюн размашисто ударил двумя руками по столу и расправил плечи.
Ракель потерла задумчиво свои виски. Она так переволновалась после встречи с конунгом Скаллем, что усталостьвсё ещё давала о себе знать. Сейчас всё казалось странным наваждением.
- Что мы будем делать дальше? И как Сигтрюгг принял новость, что ему уже не быть ярлом? – Ракель решила постепенно вспоминать все события.
Братья вздохнули и налили девушке тарелку какой-то похлебки. Пахло из тарелки вкусно, кажется, что еда была сварена на настоящем жирном бульоне, и, возможно, Ракель ждали настоящие куски мяса. Девушка жадно накинулась на еду.
- Поешь-поешь, - довольно кивнул Эта. - Сигтрюгг, конечно, иначе себе всё представлял, но теперь хотя бы сможет участвовать в честном голосовании. Захватить власть силой у него – ха-ха! – всё равно никогда бы не получилось, - засмеялся Эта.
Ракель задумчиво пожевала куски каких-то твёрдых кореньев, пытаясь понять, похоже ли это на что-то съедобное. Мясо пока не попадалось. Но всё равно желудок жалобно урчал, привлекая внимание, поэтому девушка продолжила глотать еду.
- Думаете, кто-то отдаст за него свой голос? – задумчиво прочавкала она.
- Только те, кому он ещё не заплатил, но уже пообещал. Остальные, как и мы, будут за конунга.
- А что люди говорят обо мне? – протянула Ракель с интересом.
Ей было очень страшно, вдруг она допустила какую-то ошибку и люди всё ещё хотят её убить. Ведь у неё не было времени объяснить им, что так она спасает Урнес.
Братья снова переглянулись и какое-то время молча хлебали из своих больших мисок.
- Люди благодарны тебе, Кормящая Мать, - Эта хохотнул, когда подносил к губам ложку, содержимое выплеснулось на стол и брызнуло на волосы Ракель.
Братья загоготали, хоть и пытались сдержаться из последних сил.
- Кормящая Мать? – скривилась девушка.
- Ну… Так тебя зовет конунг Скалль. Никому не даёт забыть, что они обязаны тебе сегодняшней едой, - довольно хмыкнул Эта, вытирая пальцами остатки еды [НГ1] со своих усов. – Люди вот-вот начнут скандировать твоё имя на улицах!
Значит, она всё сделала правильно. Ракель облизнула свою ложку и ткнула ею в сторону братьев.
- Что ж, я рада, что добыла сегодня эту еду, – улыбнулась она и зачерпнула ещё похлебки.
- Эту еду мы добыли тем, что убили Рауда и Реки, - хмыкнул Фюн. – Мой карман немного опустел, но брюхо наполнилось.
Довольные смешки продолжились, и Ракель не смогла не поддержать братьев. И вскоре они уже хохотали, шутили и громко обсуждали их небывалую удачу.
Ракель закончила с едой и громко положила ложку в деревянную миску. Она широко улыбалась. Но когда Эта задал свой вопрос, улыбка сошла с её лица.
- Как случилось, что ты убила Хрута?
- М-м-м, - протянула Ракель и поднесла ко рту пальцы, задумчиво и нервно ковыряя сухую корочку на губах. Она не смотрела на Трюггвиссонов. – Он хотел убить меня. Я защищалась. Вот и всё, - она вздохнула. – Наверное, однажды это должно было случиться. Но я всегда думала, что это он убьёт меня за то, кто я есть.
- А кто ты есть? – нахмурился Фюн.
- Его дочь, - презрительно скривилась Ракель. - Ненавижу быть женщиной, - вздохнула она и скрестила руки.
В ответ братья рассмеялись:
- В этом много плюсов! Ты обязательно об этом узнаешь. И ведь именно потому, что ты женщина, мы с братом верим в твоё доброе сердце и чистый разум больше, чем в алчность и глупость твоих братьев и отца.
- О-о-о-ох, - Ракель откинулась на стуле. - Что же будет с нами теперь?
- Приведи себя в порядок и вынь солому из волос. Нужно идти голосовать за нового вождя, - улыбнулся Эта и зачерпнул очередную порцию странной, но такой вкусной похлебки.