Все люди севера (СИ)

Метель тем временем только нарастала. Снежинки летели в лицо, а ветер пробирал до костей. Сражаться на этой открытой местности в такую погоду было глупо, поэтому обе армии знали, что бой будет недолгим. И сдадутся первыми те, кто устал и голоден.
Скалль это тоже понимал, поэтому долго подбирал слова. Наконец он заговорил, когда со всех кораблей люди, способные сражаться, обступили его. Наверное, их было только около трёх сотен. 
- Остался последний рывок! Мы столько прошли! Если вы сегодня умрёте, - слова Скалля уносились ветром в другую сторону, становясь практически неслышными, – то отправитесь сражаться бок о бок с Одином. И я вам завидую, - улыбнулся Скалль. Может, хоть кто-то слышал его. Остальные просто делали то, что еще могли – держались на ногах. – Но мы стоим перед нашей целью, - он махнул рукой в сторону огромного города. – Борре ждёт нас. Не как захватчиков, а как гостей. Мы докажем нашу силу в этом сражении! Докажем, что мы можем сражаться за Мидгард рядом с откормленными воинами Борре!
Но ответом была только тишина. Она завывала. Ветер поднял темные волосы Скалля вверх, впутывая в волоски снежинки, а затем кинул их ему в лицо. И это весь ответ, который конунг получил. 
- Ладно, - прошептал он себе под нос. – Держитесь за мной. Я пойду первым и сделаю всё, что в моих силах, чтобы до вас не дотянулось ни одно оружие.
Скалль двинулся вперёд. За ним через несколько мгновений двинулись Торгни и Торлейв, потом Фюн и Эта, покрепче схватившиеся за свои топоры и щиты. 
Армия обрела очертания при свете, но вскоре стала пропадать в метели. Люди приближались, а Скалль считал свои шаги. Осталось совсем немного до сражения. 
Двадцать второй шаг, двадцать третий. 
Он справится и один, ведь он бессмертный конунг, а на его стороне боги. Возможно, Тор обратил свой взор не на Уллу, а на него самого. 
Да, Тор обратил свой взор именно на него. 
Сорок шестой шаг. Сорок седьмой.
В небе над ними раздался гром, вдалеке полыхнула молния. Скалль замер на мгновение. Но ведь Тор мёртв! Он уставился в небо, не зная, что за его спиной люди тоже замерли и посмотрели на серые тучи. И никто из них не заметил, как началась атака.
Не было слышно, как тетива натянулась на луках. Пальцы, которые её держали, были замерзшими, они подрагивали, но метили точно в цель. Скалль не услышал и как эти пальцы отпустили стрелы, потому что звук потонул в новом раскате грома.
Птю! 
Скалль увидел стрелы, разрезающие метель на фоне серого неба, и с ужасом понял, что будет дальше. Они вынурнули из уже плотного снежного воздуха, стремясь к единственной цели, стоящей на окрепшем льду. Несколько вонзились совсем рядом со Скаллем, но вот большинство – конунг отметил насколько зорки были глаза их врагов – ударили его в кожаный нагрудник, в ноги, в плечи. Некоторые достигли его лица. Скалль инстинктивно зажмурился и отвернулся, ощущая, как что-то ударется об его кожу. Пыль смешалась со снегом.
Весь лёд рядом с его ногами был утыкан стрелами. Скалль сжал кулаки и закричал неистово:
- Сложите оружие! – Он адресовал свой крик армии Борре. – Не смейте мне перечить! Боги избрали меня, чтобы спасти Мидгард! Сам Один, сам Бальдр! – кричал Скалль, а слюна, вылетающая из его рта, мгновенно замерзала на ветру. – Я сражаюсь за человечество! Я – избранный!
Но армия двинулась вперёд. 
Скалль вытащил топоры из-за пояса и приготовился к атаке. Его друзья сделали то же самое, стоя за его спиной в нескольких длесятках шагов. Ракель командовала лучниками. По её сигналу стрелы отправились в воздух, ища в серой мгле свои цели. 
Из снежной пелены показались первые очертания людей. И началось сражение. Скалль схватился сразу с несколькими врагами, и вскоре с белой метелью вокруг него в воздухе кружилась металлическая пыль. Но сдержать всех он был не в силах, поэтому воины Борре кинулись мимо и буквально снесли своим натиском несчастных северян.
Они заносили над головой свое оружие и опускали на головы людей Скалля. Пронзив своих первых соперников, конунг кинулся вперёд, ощущая, как лезвия осыпаются в пыль у его лица. Он искал глазами ярла Хальвдана. Желал схватить его за грудки, опрокинуть на лёд и прокричать в лицо всё, что так долго рвалось наружу. 
 
Но Хальвдана нигде не было. Во всяком случае там, куда Скалль мог добраться. Вокруг всё слилось в одно серое полотно, покрывающееся снегом. И когда Скалля уже затянуло сражение, вспышка в небе заставила его и людей вокруг в ужасе прижаться к земле. Первыми в себя пришли враги и снова стали наносить удары. Вторая молния осветила небо, но Скалль уже не испугался.
Он увидел, что молния, сошедшая с небес, устремилась прямиком в толпу людей. Но не поразила никого, а ударила в поднятый над головой молот. Это оружие буквально возвышалось над сражением. Его крепко держал в своей руке…
- Ярл Хальвдан! – закричал Скалль.
Возникший из ниоткуда меч одного из врагов врезался в его грудь и развеялся по ветру, а следом конунг без жалости ударил своим коротким топором врага в лицо. Челюсть воина отделилась от черепа, тело осело на лёд. 
Скалль кинулся дальше к своей цели. Он не верил своим глазам! Хальвдан! Ублюдок сжимал в своей руке огромный молот, выкованный в печах гномов. Ярл умело управлялся с оружием богов, раскидывая людей Скалля в стороны от себя[НГ1] .
Перед ним вырос ярл Скьялг. Прекрасно! Сейчас свершится первая месть.
- Как я и сказал, сегодня ты в любом случае умрёшь! – Скалль занёс топоры над головой и обрушил первые удары на ярла, который не стал тратить силы и воздух в лёгких на пустые слова, а тут же кинулся в бой.
Скьялг проскочил под руку конунга. Он не торопился лишиться своего оружия, поэтому выжидал, выискивая у Скалля слабые места. Но их не было. 
Бессмертный конунг с лёгкостью кинулся на отставленный в сторону меч, уничтожая единственное оружие ярла. Скьялг хоть и попытался подхватить у лежащего под ногами трупа копьё, но делал это так медленно, что, когда снова смог найти Скалля глазами, конунг уже замахнулся над ним своим топором. В следующее мгновение лезвие вошло в шею ярла.
- Ты поджёг моих людей.
Прежде чем Скьялг испустил дух, Скалль отрубил его руку, сжимавшую оружие, лишая возможности умереть с достоинством. Валькирии, кружащиеся над ними, пролетят мимо Скьялга.
Конунг огляделся. Теперь его отгородили от Хальвдана сражающиеся. Скалль заметил краем глаза Торгни, который старался держаться поближе. Он делал так уже в детстве, считая своим долгом защищать Скалля. Делал так в сражениях, когда они стали старше. Будто без его надзора малыша Скалля затопчет толпа. Торгни всегда оберегал его.
Пропустив удар коленом в живот, Скалль от неожиданности резко развернулся и, ощутив под ногами чью-то подножку, рухнул на холодный лёд. И только сейчас почувствовал, как тот трещит под настиском сражения. Трещины разбегались тут и там, грозясь погрузить людей в холодный поток. Скалль в ужасе замер, боясь шевельнуться, словно именно его движения могут нанести непоправимый урон. Дыхание его остановилось, а тело оцепенело. На него обрушились сразу несколько воинов, которые, как ему показалось, специально поджидали, когда он немного выдохнется, чтобы накинуться разом. Умно.
Они били и били. Удары словно проходили через мягкую подушку, но когдла Скалль попытался подняться, то понял, что над ним нависла целая толпа. Паника подступила к его горлу. Он в ужасе закричал:
- Торгни!
Перед глазами выросли чьи-то огромные ноги, затянутые в меховые шкуры. Скалль не мог подняться, не мог увидеть ничего, не мог даже дышать. Он был в ужасе. Ему показалось, что это Торгни пришёл ему на помощь, но огромные ноги начали по очереди бить его в грудь.
Ещё какое-то время колени и руки держали, но потом мужчина опустился лицом на лёд, враги заломили его руки за спиной и навалились сверху. Больше его не спасало благословение богов. Он ударился зубами о трещащий лед и видел только ноги сражающихся людей. И лежащие тела. Лёд больше не был белым, он был ярко красным. Солнце, подбравшееся к ним ближе как во время рассвета, ярко освещало кровавое побоище.