Универсальный доктор. Билет на выживание (СИ)
При этих словах Бьерн, словно распоследний предатель, шагнул в сторону, и Капитан «Громобоя» с интересом оглядел меня с головы до ног, ожидая положительного решения. Опередив меня Тэхо сердечно заверил своего коллегу, что и это будет сделано в лучшем виде, поскольку экипаж «Ласточки» состоит исключительно из профессионалов, истово ратующих за свое дело.
— Но я не умею! — запротестовала я, стоило назойливой делегации удалиться на свой корабль. — Да и отравы у нас с оборудованием нет.
— Оборудование найдется, — задумчиво произнес Тэхо. — У меня на корабле вообще многое найти можно. Но ты сделаешь кое-что еще.
Окончательно озадачив меня, капитан махнул потрескивающей рукой, приглашая следовать за ним, и первый поспешил скрыться в металлическом чреве «Ласточки».
***
За моей спиной с лязгом захлопнулся стыковочный шлюз чужого корабля, окончательно отрезая меня от единственного родного места. «Громобой» встретил деанимализатора с недоверием. Экипаж косился вслед хрупкой фигурке, облаченной в легкий скафандр химзащиты и сгибающейся под тяжестью бака, заполненного универсальным средством от паразитов. Эта вонючая жижа, которую надлежало разбрызгать по кораблю, одинаково хорошо помогала как от земных тараканов, так и от тварей, наподобие пити. Правда, оно также могло избавить жилище от любых домашних животных, комнатных растений и зажившихся пенсионеров, если они к своим годам умудрялись обзавестись синдромом Герца. По крайней мере, так было написано на упаковке.
Недовольны были почти все. Я — оттого, что приходилось заниматься насильно навязанной тяжелой работой на время вынужденной остановки корабля. Не радовало меня и «личное», но крайне важное дело Тэхо. Экипаж «Громобоя» недовольствовал оттого, что деться ему с корабля на время деанимализации было некуда. Тэхо приходилось хуже всех — наш капитан вышел в космос в гордом одиночестве, мужественно состроив физиономию кирпичом и не оглядываясь назад. Помочь ему могло лишь чудо — в открытом космосе бравый самурай работал в первый раз, о чем не догадывался капитан «Громобоя». Из всех живых существ в радиусе нескольких тысяч световых лет хорошо было лишь преступникам — они мирно дремали в криокапсулах, не подозревая, какие страсти бушевали вокруг.
«Громобой» оказался богат на паразитов. Парализованные ядом твари, напоминающие жуков, сыпались с потолка, пити бесновались в вентиляции, а из-под обшивки нет-нет, да и показывались судорожно сжатые мохнатые лапки неизвестных тварей.
Мне приходилось немногим лучше, чем издыхающим паразитам. Запах от едкого средства настойчиво просачивался под маску, и я начала подозревать, что костюм защиты мне достался далеко не новый, да и не особо защищающий. Через пятнадцать минут работы у меня закружилась голова, а еще через полчаса на краю зрения начали мелькать неуловимые тени. К счастью, работа почти подошла к концу. В жилые отсеки меня не пустили, а из центра управления вытолкнули насильно, оставив для работы лишь технические помещения, склады и отсек с криокамерами. Однако жучки, выданные мне Тэхо, разместить во всех ключевых местах я успела.
С последним жучком вышла небольшая неувязка — так некстати вернувшийся в свою каюту капитан долго не решался поверить в то, что я заблудилась, а все кодовые и магнитные замки абсолютно случайно оказались открытыми. Помог начавший подтекать бак с отравой — на капитана напал безудержный чих, сопровождавшийся потоком горьких слез и капитан поспешил ретироваться.
Я прошлась вдоль криокамер, вглядываясь в лица. Убийцы, насильники и террористы — в тюремные колонии отправляли умирать тех, кто не получил смертного приговора официально, но по факту из жизни был уже вычеркнут. Приговоренные умирали не так уж и медленно, и с пользой для человеческой вселенной. Рудники, плантации токсичных растений и биологические лаборатории были самыми частыми вариантами, где такие заключенные доживали свои недолгие дни.
За стеклом одной из камер мелькнуло что-то знакомое. Я всмотрелась и едва от удивления не выронила из рук пульверизатор. Не показалось, это была Лаэс. Я не сразу ее узнала из-за синяков и ссадин, покрывавших лицо девушки, но в капсуле определенно находилась она. Сорвав с лица защитную маску, я выхватила из гнезда камеры информационный планшет и вчиталась.
— Что? Массовое убийство на площади во время парада? Что там дальше… Сопротивление органам правопорядка, нападение на офицера при исполнении. Что за бред?! — вырвалось у меня. — Хотя бы обвинение могли бы придумать пооригинальнее.
Нужно было срочно что-то предпринять. Я торопливо вернула маску на место и направилась на поиски капитана «Громобоя». Тот, умаявшийся после каскадного чиха, мирно похрапывал в своей каюте. На полу, у самой кровати, валялась пустая металлическая фляжка, от которой даже через маску доносился остро-пряный запах зелейной настойки.
— Капитан, у вас проблема! — я довольно грубо потрясла мужчину за плечо.
Спросонья он явно не понял, что происходит, и, увидев прямо перед собой нечто громоздкое и лишь относительно напоминающее человека, подтянул руки с зажатым в них одеялом к груди и тоненько завизжал.
— Эй, тихо, это я, — меньше всего мне хотелось, чтобы капитан поднял совершенно лишний в сложившейся ситуации шум, — Я говорю, проблема у вас. Паразиты особо живучие оказались. Мне нужен помощник и другое оборудование. Та самая тварь, что перегрызла провода — это актус вередус. Просто так с ним не справиться. Вам еще повезло, что он решил подзакусить проводами. Обычно он вгрызается в тело. Прямо в живот! Видимо, он попытался добраться до одного из заключенных. Выпустите меня с «Громобоя».
Незнакомые, но внушающие страх слова окончательно разволновали капитана. Он меленько закивал, и потянулся за переговорником. Путь на «Ласточку» снова был свободен.
— Дэр, мне срочно нужна твоя помощь! — я, словно клещ, вцепилась в парня, только-только устроившегося в кресле поудобнее, чтобы перекусить.
— А нельзя это сделать немного попозже? — проведя рукой по бледному лицу, спросил младший инженер. — Тэхо еще не скоро закончит, времени у нас полно.
— Нельзя! — воскликнула я, дергая его за руку. — Я нашла Лаэс!
Откуда-то справа раздался грохот. Невысокий столик взлетел в воздух, материализовав под собой Бьерна, потирающего ушибленную макушку.
— Где ты ее нашла? — взволнованный скандинав вцепился уже в мою руку.
— Она в одной из криокамер, — пояснила я, отцепляя его пальцы. — Ее нужно незаметно извлечь и перенести на наш корабль. Для этого мне и нужен Дэр. Я не смогу отключить камеру так, чтобы никто ничего не заподозрил.
В том информационном файле, который после взлета вручил нам Тэхо, про Лаэс не было ни слова, но оставить в беде знакомого человека я не могла.
— А как ты собираешься доставить ее на «Ласточку»? — немного успокоившись, вновь спросил меня Бьерн.
— Так же, как и вас — в контейнере. Это займет всего несколько минут, с ней ничего не случится. Но, мне кажется, Лаэс не в порядке. Я видела синяки на ее лице. Бьерн, пока мы занимаемся с ней, тебе все-таки придется оживить медблок. Вот как угодно, но он должен заработать.
Бьерн тяжело вздохнул. «Ласточка» была забит под завязку самыми неожиданными вещами, предметами и аппаратурой, но Тэхо, словно заядлый помоечник, умудрился стащить на корабль все самое старое и бесполезное. Аппаратура в медицинском секторе не стала исключением. Аналогичная ситуация была и с многими деталями и приборами корабля. С каждым проведенным на космическом судне часом я все больше удивлялась, как «Ласточка» вообще до сих пор не развалилась на части, выбросив нас в открытый космос.
***
У стыковочного шлюза «Громобоя» нас встретил взволнованный капитан. Похоже, за те минуты, что я отсутствовала на корабле, он успел разнести весть о «страшном» паразите, поселившемся на его судне. Мало того, эта весть упала на благодатную почву и успела обрасти интересными уточнениями. Так один из младших офицеров уточнил, насколько большой будет дымящаяся дыра в обшивке, если на нее плеснуть кровью твари. Местный врач, в свою очередь, поинтересовался, в какую час тела своей жертвы тварь откладывает яйца, а местный кок дополнил вопрос — сколько яиц тварь откладывает, и нельзя ли их как-нибудь приготовить. На все вопросы я лишь отмахивалась, делала страшные глаза и заверяла, что у меня все под контролем. Словно копируя Тэхо я добавляла, что все будет сделано в лучшем виде. Успокаивающая магия этой фразы работала безотказно. После этого я обязательно добавляя, что от сектора с криокамерами экипажу следует держаться как можно дальше. Во избежание.