Изменивший империю. Первый шаг. Том 1 (СИ)

Собственно, так же, как и моих врагов.
От переизбытка эмоций магия усилилась. Активизировались потаённые резервы, я буквально чувствовал, как силы клокочут внутри меня, подобно бушующей лавы. И они вырвались в виде острого клинка на тыльной стороне правой ладони.
Взинк!
Лёгкий шелестящий звук превратился в мокрый хруст. Одним лишь движением я пробил черепушку противника над самой переносицей. Зелёное сверкающее остриё вырвалось у него из затылка, забрызгав побитый асфальт под нами кровавыми ошмётками.
Хрясь!
Такой же влажный хруст раздался, когда я со всей мощи вонзил клинок в горло врага, что держал меня слева. На нём был синий покров, но меня это не остановило. Я смог легко его пробить, после чего рванул кулаку вправо, перерубив наполовину шею противника. Горячая кровь брызнула мне в лицо и на форму. И если дождь мог смыть алые капли с кожи и волос, то с одеждой мне придётся повозиться.
Но в тот момент я не думал об этом. Меня переполняла первобытная ярость. И когда я рванул руку в сторону, то полоснул зелёным клинком по груди вожака, при этом перерубив ему покров кожу, мышцы и, как мне показалось, рёбра.
Гопник удивлённо распахнул глаза. Всё произошло настолько быстро, что ни он, ни даже я, не успели сообразить, что случилось. Противник отшатнулся, приложив руку к жуткой ране. Меж его пальцем просочилась кровь. Я не стал церемониться и ударил его ногой, отбросив в сторону. Злость постепенно сходила на нет. Холодные капли дождя остужали разгорячённый разум. А отсутствие дееспособных врагов заставило спрятать клинок. Каким-то образом я понял, как это делается. Надо всего лишь пожелать. Он был продолжением меня, частью тела.
— Кто вы? — хрипло спросил я, подойдя к поверженному противнику. Вожак банды уже не мог сопротивляться, лишь дёргался и кашлял, стараясь унять боль.
— По... шёл ты! — прошипел он.
— Пойду, — кивнул я и, склонившись и схватив его за шиворот, нанёс пару мощных ударов по морде. — Кто вы?! — крикнул ему в лицо. Гнев снова начал заполнять разум. — На кого работаете?!
— Арх... — гопник плюнул в меня. Но не попал, так как сил у него практически не осталось. Вместо этого плевок угодил в его же рожу.
— Ублюдок, — тогда я не выдержал и впился большими пальцами ему в глаза. — На кого работаешь?!
— А-а-а! — крик, наполненный болью и страхом, разнёсся, наверное, по всей улице. — Они... а-а-а!
— Кто они?! — я перестал давить и встряхнул его за ворот. — Говори, гниль, иначе сделаю так, что будешь молить о смерти! — для пущей убедительности приложил его затылком об асфальт. Несильно, чтобы не потерял сознание.
— Они... — повторил поверженный враг, еле шевеля языком. — Нож...
— Да, откуда такой нож?! — рыкнул я и отвесил ему звонкую пощёчину. — Говори!
— Звон... они...
— Кто?! Звонарёвы?!
— Да... — изо рта паскуды полетели кровавые слюни. — Да... они... мо... мо...
— Морозова?!
— Нет... — он хотел покачать головой, но в этот момент ему настолько стало хреново, что гопника вывернуло наизнанку.
Я отшатнулся от него и брезгливо вытер ладони, размазав по ним кровь. И его, и свою. Рана на левом боку всё же кровоточила, хотя и не так сильно, как я боялся.
— Надеюсь, ты здесь сдохнешь, — я сплюнул на выродка и ударом ноги окончательно вырубил бывшего противника.
Дождь усиливался. Теперь уже он напоминал мне тот ливень, под которым я расстался с жизнью в прошлом мире. Совпадение? Конечно же, но при этом слишком откровенно. Я впервые убил людей в этом мире. Чувствовал ли сожаление? Нет. Бой был изначально нечестным. Пятеро с оружием и покровом против меня одного. И пусть нож тоже был один, но он был, и от этого факта никак не отвертеться. Они хотели меня убить, сами навязали смертельные условия. И поплатились за это жизнями. Выживет ли последний или те с сотрясением, мне плевать. Не о чем и не о ком жалеть.
Я поднял валявшийся под ногами нож и попытался рассмотреть. Вышло паршиво, ведь темень вокруг сгустилась. Да ещё этот дождь.
Быстренько обыскал врагов. Деньги и телефоны забрал себе, большего от них и не требовалось. Первое сразу в карман, со вторым придётся повозиться. К сожалению, только у троих из нападавших были с собой телефоны, причём весьма допотопные. Либо сами парни были уж слишком отставшие от жизни (хотя в этом мире уровень прогресса не особо выделялся), либо брали на дело такие вот мобильники, чтобы не жаль было разбить. Но ничего, всё пригодится.
 
Вынул из двух симки. Сломал и выкинул тонкие пластинки. С третьего же набрал номер полиции. Ответа пришлось ждать больше минуты.
М-да, так и помереть несложно. Пока они приедут, меня порежут на кожаные ремни и успеют высушить. 
— Дежурный Спичкин. Что у вас?
Спичкни? Ладно, издеваться буду потом. 
— Позовите к телефону капитана Игнатьева.
— Кто его спрашивает?
— Мор, — ответил я с лёгкой усмешкой. — Скажите, что в закоулке напротив кафе «Сицилия» его ждёт сюрприз.
— Простите, что?! — возмущённо воскликнул дежурный. — А кто вообще...
Я не стал дослушивать причитания служивого и нажал «отбой». После чего сломал третью симку и спрятал телефон в карман, где уже лежали остальные.
Твою ж мать, у меня же его визитка есть, — мне вспомнился разговор с Игнатьевым. — Хотя какая разница, она всё равно дома валяется. Надо будет запомнить его телефон, ещё может пригодиться.
Я подставил лицо под холодные дождевые капли и тут же скривился от острой боли в боку.
— Чёрт, — вырвалось у меня.
В больницу нельзя, там сразу донесут копам, а они уже сложат два плюс два. Значит, домой. Там сам себя быстренько заштопаю. Лишь бы любопытные «родственнички» не задавали глупых вопросов. 
* * *
Кое-как доковылял домой, прижимая кровоточащую рану краем пиджака. Ткань давно промокла и не только от дождя. Но всё же я ему радовался. Возможно, я могу подхватит простуду или воспаление лёгких, но зато никто меня не увидит. Погода разогнала людей с улиц, никто не бродил просто так, не выгуливал питомцев, даже машин не было. И это жутко радовало, так как вид у меня был... таким же жутким.
Заваливаться в дом я не собирался. Вместо этого, добрался до гаража, ключи от которого всегда были в кармане. Осторожно (как мне показалось) открыл дверь и забрался внутрь. Стоило закрыться, как вокруг сомкнулись тьма и тишина. Ну, почти тишина, так как шум дождя снаружи никуда не делся. Но значительно затих.
— Наконец-то, — выдохнул я и включил свет.
Вспыхнувшая лампочка на пару мгновений ослепила меня. Поморгав, дошёл до стула и грузно рухнул на него. Стянул пиджак, кривясь от боли. Его придётся хорошенько постирать. А вот рубашку уже выкинуть, её ведь продырявили. Поэтому я не стал медлить и просто разорвал на себе ткань, отбросив ошмётки в сторону.
— Хреново, — пробормотал я, глядя на порез.
Вроде бы внутренние органы не повреждены, иначе я бы чувствовал себя значительно хуже. Знаем такое, проходили. Но всё равно придётся зашивать. 
— А, чёрт, — тихо выругался я, вспомнив, что ни иглы, ни ниток с собой у меня нет. — Ладно, разберёмся.
Можно сейчас обойтись пластырем, но это временная мера. Промою, прижму бинтом, залеплю этими хренями, а потом уже, делая вид, что всё нормально, зайду в дом и... 
— Ар... — заскрипел зубами, когда брызнул на рану перекисью. — Да чтоб вас, грёбаные Звонарёвы!
Я провозился минут пятнадцать, хрипя и ругаясь. Казалось бы, всё должно было пройти нормально, но руки отчего-то тряслись, а пальцы не слушались от холода. Всё же в гараже не так уж и тепло.
— Илья?! — в дверь постучала Катя. — Илья, ты там?!
— Да твою ж мать, — выругался я, подскочив с места. Рана вновь напомнила о себе, и в тот момент захотелось взвыть и послать сестричку подальше. Но я понимал, что это только привлечёт её внимание.