Сделка с Чернокнижником (СИ)

  
Сделка с Чернокнижником
   
Пролог
 
Вальяжно развалившись в кресле, напротив камина, с суровым и угрюмым выражением на лице, мужчина смотрел на полыхающий огонь. Он наблюдал за ним в полуразвернутом положении (небрежно перекинув одну ногу через подлокотник), отчего его черные и без того злые глаза сверкали в отсветах пламени еще более зловеще и холодно. От мужчины веяло затаенной угрозой. Но, сейчас, подперев рукой подбородок, он думал, иногда опуская глаза на двигающуюся верх-вниз белокурую голову над его пахом. Обнаженная девушка стояла перед ним на коленях. Он чувствовал ее усердные старания, умелые поглаживания, но все это у него уже было.
— Хватит, — раздался его спокойный и властный бас.
Не поднимая голову, девушка послушно выпрямилась, демонстрирую большую грудь и начисто выбритую промежность (до которой ему было совершенно плевать) и молча удалилась, чуть слышно ступая по живописному ворсистому ковру.
Мужчина натянул штаны, пряча еще стоявшее хозяйство, отхлебнул коньяк из прозрачного стакана в другой руке и снова уставился на огонь.
Его угнетало бесцельное существование, а если быть точнее — в его жизни уже давно не случалось ничего примечательного. Сплошные повторы изо дня в день. Одни и те же потрепанные бытием люди, чью ауру он пробивал вплоть до эфирной без особого труда, высасывая из тонкого энергетического поля нужную силу. И чем легче ему удавалось «подкармливаться», тем сильнее его начинало одолевать раздражение.
— Брат, — сказал мужчина, отхлебнув еще глоток крепкого напитка.
Когда девушка ушла, он сразу почувствовал присутствие родной крови. Рожденные в один день, обладающие эмоциональной связью, как птицы неразлучники, идущие по вечности вместе, как друзья и компаньоны, и как большинство в современном мире, живущие — каждый сам за себя.
— Димитрий, — услышал он за спиной аналогичный уверенный бас.
Высокий, крепкий мужчина в черном элегантном костюме-двойка с развязанным галстуком обошел восседавшего в кресле брата.
— Ты нашел ее, Макс? — мрачный взгляд Димитрия лениво перекочевал на родственника.
— Нет, — мужчина подошел к камину, взял, стоявшие на нем бутылку конька, прозрачный стакан, наполнил до краев и отпил.
— Глупая скотина.
— Это кошка, Димитрий, — усмехнулся Макс. — Вернется, — он обвел равнодушным взглядом обитель своего «скромняги» братца.
Когда он в первый раз посетил его новое пристанище и переступил порог, то попал в некий быт восемнадцатого века, с демонстрацией роскоши и пышности с отличительными чертами барокко. Вдоль стены стояла массивная мебель из красного дерева с витиеватой резьбой и обилие скульптурных композиций в каждом углу. И все это показушное убранство освещал огромный камин, значительно выделяющийся во всеобщем фоне.
Мания величия у его братца явно зашкаливала, но Макса это не волновало. Каждому свое.
— Ее нет уже месяц. Где эта четвероногая тварь с моим кристаллом?!
Димитрий сердился. Его покорный слуга и дух отправился искать ему новое развлечение, но в этот раз со временем темный помощник значительно затянул. И чем дольше мужчина ждал, тем сильнее его охватывало нетерпение разбавить свою жизнь более интересными моментами.
Внезапно огонь в камине ярко вспыхнул, озаряя все помещение красным шатающимся светом.
— А вот и она, — бросил Макс, и подошел к Димитрию, облокотившись локтем о спинку кресла, излюблено скрестив ноги, поставив одну на носок.
Огонь замерцал, но не сбавил силу, а напротив потрескивая разгорелся еще ярче. Оранжевые языки пламени колебались, трепетали, сталкиваясь друг с другом. Желтые искры отлетали от поленьев и разбивались о покрытые сажей, почерневшие кирпичи. Но вскоре дрожащий огонь начал замедляться и в центре яркого света появилось детское, залитое слезами лицо, казалось смотрящее прямо на братьев.
— Пожалуйста, пожалуйста, — умоляла светловолосая девочка, примерно десяти-двенадцати лет. — Пусть она останется жива. Пожалуйста, киса, я знаю, ты можешь это сделать.
 
«Глупое, наивное дитя», — подумал Макс. Он скосил взгляд на Димитрия и увидел, как его губы дрогнули в слащавой ухмылке.
— Лучше забери меня, — шмыгнула она миниатюрным носиком. — Лучше меня, чем ее. — От слез ее небесного цвета глаза стали еще ярче. — Только дай мне десять лет побыть с ней рядом…пожалуйста… — девочка опустила глаза и закрыла ладонями лицо.
— Она всего лишь ребенок, Дмитрий, — сказал Макс, наблюдая за безмолвным рыданием и молчаливым страданием еще очень юной, но уже с заметной перспективой стать красивой девушкой.
— Нет, — глаза Димитрия жадно блеснули. — Она заключила сделку.
  
Глава 1
 
10 лет спустя.
Свеча горела, слабо освещая роскошную меблировку комнаты. Круглая луна за окном мягко колыхнулась вместе с занавеской, и новая порция влажного желтого света хлынула внутрь.
— Подойди ко мне, Оленька, — приказал красивый, хорошо сложенный мужчина с черными, злыми глазами, стоящий посередине комнаты. В руках он держал ремень, но только потому, что только что вытащил его из брюк.
Я опустила глаза и посмотрела на мотающийся из стороны в сторону коричневый кожаный аксессуар. Я знала, что он просто хочет меня напугать. Ведь подчинившись, мужчина сразу расслабится и бросит ремень на пол. Это всего лишь показ силы.
— Хорошо, господин, — сказала я тихо. И словно крадущуюся кошка, направилась к нему, ощущая, нарастающее напряжение.
Раздался тугой звон пряжки. Я остановилась от темноволосого мужчины в нескольких сантиметров. Обвила руками сильную шею, прошли мгновения и вот мы уже на мягкой кровати.
Мужчина скользнул взглядом по моим приоткрытым губам и начал целовать щеки, подбородок. Я запрокинула голову, открывая шею, и услышала легкую усмешку. Он продолжил дорожку поцелуев, спускаясь все ниже к груди, по очереди задерживаясь на каждом соске.
Каждый вздох, каждое его прикосновение я ощущала всеми рецепторами своего тела и чувствовала ноющую внутреннюю дрожь в предвкушении того, что сейчас случится… И это случилось. Раздалась звонкая, скрипучая трель…БУДИЛЬНИКА?!
— О-о, нет, — простонала я, отключая его, хлопнув рукой по пластмассовой крышке. Потом открыла один глаз и сфокусировала взгляд на циферблате. — О-о, нет, — продублировала стон, понимая, что снова проспала. — Он меня убьет, — и тут же «поздравила» себя с очередной строчкой в трудовой книжке — по собственному желанию, обреченно натягивая одеяло на голову.
— Ты готова? — неожиданно услышала я мелодичный голос сестры. — Оля! — воскликнула она. — Ты же опоздаешь, — Ника подбежала и схватила край моего временного синтетического убежища. Рывком его дернула, оставив скрюченную меня в позе эмбриона в одних мини-шортах и короткой майке.
— Да что толку, все равно уволит, — потянулась я к одеялу. — Отдай, — моя рука зависла в воздухе.
— Я тебя отвезу, вставай, — Ника откинула мою теплую, мягкую «надежду» с придуманной отговоркой — взять отгул из-за плохого самочувствия, в сторону и бодро зашагала к шкафу-купе. — Ты нравишься Виктору, пофырчит немного и успокоиться. А может задержит отрабатывать опоздание, — она обернулась. В глазах был хитрый прищур, — и сам задержится.
— Не говори ерунды, — решила я все-таки встать. Опустила ноги на пол и выпрямилась. — Откуда ты знаешь, что я ему нравлюсь?
— Птичка нашептала, — проговорила сестра, зашвырявшись в шкафу.
— Скорее гнездо, — констатировала я, намекая на «дружный» женский коллектив.
— О да. Не малинник, а крапивник, — хохотнула Ника, вытащив кремовый брючный костюм и развернулась ко мне. В этот момент луч солнца, вышедшее из-за туч, осветил на ее щеке тонкую, бледную косую полоску шрама — последствие аварии. Тогда она чуть не погибла, но все обошлось.
— Не сегодня, — с кислым видом оценила я ее выбор.