Позолота вся сотрется 2 (СИ)
Желтая морщинистая рука нежно погладила потертую, коричневую кожу подлокотника.
- Я считаю, что мы пока не с кем, не будем делиться нашей тайной. Да, Николь? - голос деда звучал вкрадчиво.
Я потянулась к тумбочке, которая крепко стояла на гнутых как рога у барана, ножках. Взяла с ее светло-ореховой поверхности графин с водой. Узкое горлышко никак не хотело расставаться с плотно сидящей, сверкающей розовыми гранями, пробкой. Я с усилием пыталась ее вытянуть, но упрямая пробка, словно решила сыграть со мной в игру, " кто, кого перетянет."
Раздался громкий щелчок и кресло зажужжало встревоженной пчелой. Секунда и рука деда осторожно освободила из моего плена и графин с прозрачной водой, и упрямую розовую пробку. Его резкие, уверенные движения совсем не были похожи на недавние - слабые и немощные.
Пробка сверкнула гранями в солнечных лучах и звонко хлопнулась о светлую поверхность тумбочки. Дед поискал глазами второй, чистый стакан и не найдя его, просто протянул мне графин.
- Пей, Николь. Сейчас тот случай, когда совсем не важна форма, а важно содержание.
Я припала губами к узкому горлышку графина. Вода забулькала, весело побежала по моей шее, частично попадая в рот. С каждым глотком мне становилось лучше.
Дед пристально наблюдал за мной. Его взгляд был предельно серьезным. В черных глазах под нависшими, тяжелыми веками мелькали эмоции. Сожаление, нежность, вина и сострадание. Или все это мне мерещилось?
- Прости меня Николь, прости, что не смог устоять перед твоим щедрым предложением. Я рисковал тобой, но меня это не остановило. Возможно ты напрасно доверилась мне. И невозможно исправить старого негодяя и пройдоху, - он грустно усмехнулся. - Ты жалеешь?
Я молча пожала плечами. Ведь дело сделано. Прислушалась к себе.
- Странно, но я как будто не чувствую в себе никаких изменений...
Захотелось проверить, остались ли, мои нити при мне. Я вытянула руки напрягла их и... И ничего... Даже жалкой, золотой паутинки не появилось из-под моих ногтей.
Я вдохнула. Трудно сказать, что означал сейчас мой вздох. С одной стороны я была рада, что мне больше не придется убивать. А с другой, я чувствовала, что немного лукавила. Всегда жалко терять то, что принадлежало тебе по праву.
Мистер Шенли вскинул свои руки, раздался треск словно проснулась молния. Золотые канаты вырвались на свободу и заплясали по комнате. Секунда и они послушно втянулись под длинные, холеные ногти, морщинистых рук.
Дед откинул голову на спинку кресла, устало закрыл глаза.
- Действительно, получилось, - сейчас его голос звучал глухо, в нем я не услышала радости.
- Только не говори мне, что ты не рад! Давай договоримся, что не будем друг другу врать! - разолилась внезапно я.
- Не будем, - заговорил дед, монотонным, безразличным голосом. - Я рад, что опять силен. Безмерно рад, что возможно могу исправить свою жизнь. Знаешь второго шанса у меня уже не будет. Мне не хотелось бы испытывать такой же стыд и безнадежность стоя у самого края.
Он хотел сказать еще что-то, но в дверь настойчиво постучали.
- Мистер Шэнли, я вынужден прервать вашу беседу! - голос Филиппа по ту сторону двери звучал встревоженно.
- Ни слова о нашей тайне! - шепнул мне дед и приложил палец к узким губам.
- Даже ему? - я кивнула на дверь.
- Даже ему, - согласно прошептал дед, и улыбнулся.
Глава десятая. Все те же и Арчи.
Филипп зашел в комнату степенно, с плавной и уверенной грацией человека, который полность держит ситуацию под конролем. Но все же его выдавали глаза. Они гневно, яростно блестели и от этого были еще ярче.
Мужчина шагнул было по направлению к кровати, но замер и неторопливо, медленно развернулся в сторону стоящего в противоположном углу, инвалидного кресла.
Я громко хмыкнула. Выдержка не подвела Филиппа и на этот раз. Ни один мускул не дрогнул на его лице при виде того, как мой умирающий дед спокойно сидит в своем кресле, как король на троне.
- Мистер Шэнли, вам стало лучше? - голос Филиппа, все же, вскрыл ненароком его чувства.
"Не все с ним, так плохо!" - удолетворенно подумала я, когда услышала в немного хрипловатом голосе мужчины, нотки искреннего беспокойства и заботы.
- Как видишь, друг мой, как видишь! - дед развел руками и улыбнулся хитрой улыбкой.
Филипп перевел задумчивый взгляд на меня, а потом опять посмотрел на деда. Видимо он, чувствовал какой то подвох, но не мог понять в чем тут дело.
- У нас гости, мистер Шэнли. В малой гостиной, вас и миссис Николь, ждет мистер Арчибальд Баффа.
- Кто? Не знаю такого, да и знать не желаю. Как он смог пройти мимо Оскара, и что нужно этому господину?
Ярко-голубые глаза Филиппа сейчас смотрели на меня, их взгляд был такой сверляще-пристальный, что захотелось немедленно спрятаться. Его идеальные брови слегка хмурились, губы были твердо сжаты.
- Я думаю, что об этом, вам лучше спросить у своей внучки. Не правда ли, миссис Николь?
Известие о том, что где-то совсем рядом находится Арчи, неожиданно выбило у меня почву из-под ног.
Сердце застучало так часто, что на мгновение я почувствовала острую боль в левой стороне груди. Мне казалось, что сердце стучит везде - в горле, в ушах, и даже в кончиках пальцев. Вопросы взорвались в моей голове и рассыпались брызгами огненного фейерверка. Как Арчи меня нашел? С какими намерениями приехал? Понравится ли он деду? И как я сейчас выгляжу?
Последний вопрос волновал меня, почему то больше всех остальных. Мои дрожащие руки лихорадочно поправляли короткие завитки волос, а зубы яростно кусали нижнюю губу, что бы придать ей сочный и яркий вид.
Поймав на себе откровенно насмешливый взгляд Филиппа, я постаралась холодно усмехнуться, поскорей натянуть на себя маску ленивой беззаботности.
Но думаю, что у меня это получилось плохо. Я ощущала нестепимый жар. Словно мои щеки вдруг решили почувствовать себя пылающим костром. Уверенна, что уши и шея тоже тоже покраснели. Маска ленивой беззаботности наверное вспыхнула и осела вокруг серым пеплом.
- Николь? - в голосе деда сквозили забота и участие. - С тобой все в порядке, девочка моя?
Я поспешно отвернулась и шагнула к окну. Сделала вид, что меня очень интересует открывающаяся из него величественная панорама дальних гор, поросших лесом. Мне потребовалась буквально секунда, что бы полностью взять контроль над своими эмоциями.
Когда я повернулась, то уже улыбалась. Лукаво и беззаботно, и клянусь, что моя улыбка выглядела очень естественно.
- Со мной все в порядке. Благодарю! - я склонила голову в легком поклоне. - Я так полагаю, что сейчас в гостиной нас дожидается мой муж? Тогда не стоит заставлять ждать, мистера Арчибальда, - мой голос мне понравился. Он был абсолютно спокойным.
Дед очень быстро оценил ситуацию.
- Николь, ты иди в гостиную и принимай нашего гостя, а мы с Филиппом немного задержимся. Нам нужно обсудить некоторые вопросы.
Я бросила благодарный взгляд на деда. Все же старый паук несомненно был знатоком в тонкостях человеческих отношений. Больше всего мне сейчас не хотелось, что-бы на нашу встречу с Арчи глазели любопытные свидетели.
Но моя надежда на встречу без соглядатаев улетучилась в тот миг, когда подойдя к раскрытой двери в гостиную я услышала нарочито соблазнительно-хрипловатый голос, и особенный гортанный смех. Так смеется шлюха, когда чувствует, что добыча у нее на крючке. Так смеется Лорес, когда в чем то заинтересована.
Захотелось повернуть назад. Меня опять захлестнула неуверенность в себе, в голове всплыли не самые лучшие воспоминания. " Трусиха! Жалкая трусиха, которая всегда позорно бежит с поля боя, вот ты кто Николь!" - обругала я себя мысленно, и не давая опомниться, решительно вошла в гостиную.
Они сидели в креслах расположенных друг против друга. Узкий, низкий столик инкрустированный слоновой костью, разделял их ноги.