Столкнувшийся (ЛП)

— Что? — кричит мой хриплый голос.
— Прости, что вел себя как мудак. Я не хотел флиртовать с тобой… Ну, это ложь. Но я не хотел, чтобы ты чувствовала себя неловко рядом со мной. Не игнорируй меня. Пожалуйста? — голос Лиама доносится через динамик.
Мои щеки потеплели, когда я вспомнила, что делала за несколько минут до этого. Вот он извиняется, а я так же виновата в том, что делала то, в чем он признался ранее: думала о нем, пока возбуждалась. Какая запутанная ситуация.
Я простонала.
— Все в порядке. Давай притворимся, что этого не было.
— Но что, если я не хочу притворяться?
Мое сердце сжимается от его уязвимости.
— Мы не притворяемся вообще, мы лишь игнорируем то, что произошло сегодня.
— Точно так же, как ты хочешь игнорировать то, что ты делаешь, проснувшись в три часа ночи, твой голос напряжен и нуждается в помощи?
Он ни черта не знает о том, что я задумала. Он ищет ответ, проверяя мой контроль. Не поддавайся.
— Лиам… остановись. — Мой задыхающийся голос не может скрыть того, что я чувствую.
— Признай это. Ты трогала себя. Я не смею тебе лгать.
— Нет, — говорю я быстро. Слишком чертовски быстро.
Он смеется. Грубый, сексуальный смех, который заставляет мои ноги сжиматься вместе.
— Ты не умеешь врать.
— Ладно, хорошо. Я трогала себя. Теперь доволен? Брось. — Я застонала от разочарования.
— Не могу. Спорим, твои жадные пальцы жаждут погрузиться внутрь тебя. Уверен, тебя заводит мысль о том, что я возбуждаюсь от образа твоих рук на моем члене.
— Эээ… — Я не буду ни подтверждать, ни отрицать, так как Лиам все равно видит, когда я лгу.
— Давай притворимся, Софи. Представь меня рядом с тобой, мое тело прижимается к твоему, мои пальцы пробегают по твоим бедрам, тепло следует за моими пальцами. Твой нуждающийся клитор пульсирует от моих прикосновений, а твоя киска жаждет моего языка. Включи громкую связь. Сейчас же.
— Что случилось с тобой, когда ты ждал, пока я уступлю?
— Ты сдалась в тот момент, когда твои пальцы коснулись твоего клитора, представляя меня. Не притворяйся со мной.
Мне не нравится его проницательность.
Он не дает мне вставить ни слова.
— Запускай это дерьмо, сегодня с меня хватит терпения. Мой член пульсирует от одной мысли о том, что ты трогаешь себя.
Мои пальцы спешат нажать на кнопку динамика, звуки шуршания простыней со стороны Лиама эхом разносятся по моей комнате.
Что, черт возьми, ты делаешь? Занимаешься с ним сексом по телефону? Ты на 110 % пожалеешь об этом потом.
— Хватит думать. Закрой глаза и, блядь, почувствуй. — Его резкий голос наполняет меня возбуждением. — Прикоснись к себе, пока другая рука ласкает твою грудь. Представь, как мои мозолистые руки пробегают по твоей коже, задерживаясь там, где я хочу тебя поцеловать. Черт, как бы я хотел увидеть тебя. Хотел бы я попробовать тебя на вкус.
Моя рука следует его требованию, пробегает по моему центру, прежде чем погрузиться внутрь. Я боюсь говорить, прекратить заклинание, все, что связано с Лиамом.
— Расскажи мне, о чем ты думала до этого, что заводит маленькую мисс Совершенство.
Я сглатываю свой страх.
— Ты. — Одно слово, наполненное смыслом и подтекстом, последствиями и препятствиями, к которым я не могу себя подготовить. Телефон кажется барьером, надежно скрывающим меня от того, чтобы встретиться со своими чувствами лицом к лицу. Встретиться с ним лицом к лицу.
Он ворчит в трубку.
— Введи в себя два пальца. Почувствуй, какая ты, блядь, мокрая для меня. Потому что, черт, я твердею от одной мысли о том, что ты доставляешь себе удовольствие под звук моего голоса.
Мое тело гудит от его приказа.
— Я думала о тебе в твоей комнате, о капельке спермы, стекающей с кончика твоего члена, о том, как ты сжимаешь его в кулаке, о том, как я проигрываюсь в твоей голове, когда ты кончаешь. — Откуда взялась моя наглость, я понятия не имею. Наверное, секс по телефону делает меня смелой.
— Ты у меня в голове как на гребаной петле. Одно и то же дерьмо повторяется, потому что я не могу вытащить тебя, как бы ни старался, сколько бы раз ты ни называла меня другом. Я хочу вытравить из тебя дружбу, стереть это слово из твоей памяти. Я думаю о том, как ты будешь умолять меня трахнуть тебя, как мой член заполнит тебя и заставит чувствовать себя чертовски хорошо. Ты будешь выкрикивать мое имя и царапать мне спину. Я сделаю своей миссией то, что ты будешь выкрикивать мое имя, как чертову молитву, пока я буду взрываться внутри тебя.
 
Покалывание начинается в пальцах ног и поднимается по позвоночнику, нервы вспыхивают, когда я ввожу в себя два пальца, изгибаясь так, чтобы погладить свою точку G. Слова Лиама проносятся в моем мозгу и стирают все сомнения. Он рисует картину нас, которая подпитывает мое желание, его член входит в меня, пока он вытягивает из меня оргазм.
— Я всегда хотел тебя, как нуждающийся мудак. Я вхожу в тебя так глубоко, что тебе даже не нужно ничего говорить, чтобы возбудить меня. Твое тяжелое дыхание говорит мне достаточно, мысль о том, что ты трахаешь себя пальцами, заставляет мои яйца сжиматься, а член болеть. Я хочу войти. Я хочу, чтобы ты отбросила свою защиту и позволила мне взять верх. Позволь мне показать тебе, как хорошо может быть с нами. — Последнее предложение он произносит рыча.
— Да, — я стону, когда оргазм настигает меня, мой большой палец прижимается к моему клитору, а пальцы продолжают дразнить меня.
— Я прямо там, с тобой. — Стон Лиама раздается через громкую связь.
Мы оба кончаем, моя грудь вздымается, а Лиам стонет в трубку. Никто из нас ничего не говорит, пока мы собираемся с мыслями.
Неуверенность закрадывается в темноту и сменяет мой кайф, вызванный оргазмом. Меня осеняет осознание того, что я кончила под звуки непристойных слов Лиама и его дрочки.
О Боже. Что я наделала?
— Перестань сомневаться во всем, — рычит он в трубку.
— Мне нужно идти. Посмотри на время!
— Не надо…
Я нажимаю на красную кнопку. Очень уместно, что красный кружок напоминает мне кнопку самоуничтожения, потому что именно это, блядь, я и сделала со своим идеально продуманным планом.
Майя официально попала в мой список дерьма. Ну, по крайней мере, временно, потому что я обычно эмоционально слаба, когда дело касается ее.
Мы лежим на кровати в моем отеле, смотрим телевизор, пересказывая все сплетни.
Она смотрит на меня невинными глазами и мило улыбается, несмотря на свои планы бросить меня. И будь она проклята за то, что хорошо выглядит, в то время как подводит меня, говоря мне, что не может приехать в Канаду.
Ноа все портит своими ухмылками и сексуальными нотками, потому что, давайте будем честными, в этом человеке нет ничего милого. Я бы знала, ведь он приезжает каждое Рождество, потому что мой отец неравнодушен к людям с дерьмовыми родителями.
Вчера Ноа поцеловал Майю. Я не могу больше допускать таких вещей, тем более что она отказывается лететь в Северную Америку на Гран-при Канады.
— Ты должна приехать. Подумай о кленовом сиропе. О канадских мальчиках. Ниагарский водопад, — я шлепаю тыльной стороной ладони по другой ладони, чтобы подчеркнуть.
Она смеется.
— До Ниагарского водопада несколько часов езды. Мы никогда не доберемся туда на машине.
— Ты действительно не едешь из-за Ноа? Думаю, у моего отца есть запасной пояс целомудрия, который я могу тебе одолжить. Не думаю, что он упаковал его в ручную кладь.
— Мне жаль. Мне бы очень хотелось.
— Не лги. Это неподобающе для тебя, — я все еще люблю ее.
— Твой выбор слов — это что-то странное. — Она хихикает. — Иногда мне кажется, что ты шикарная принцесса, скрывающаяся в Формуле-1.
— Пожалуйста, если бы я была замужем за принцем Гарри, я бы не лежала с тобой на этой кровати. Я бы рожала маленьких рыжих детей, которые могли бы соперничать с королевой.