Из рода Бурого Медведя. Том 1 (СИ)
Я едва сдержался, что бы не вытаращить глаза. Так она моя девушка и она уехала вроде как с моим хорошим другом. Что у него были такие за друзья?! С такими друзьями врагов не надо.
— Ладно Василий, оставим Люду и Семёна. Скажи лучше: где они меня взяли, в черте города верно?
Василий неуверенно кивнул, затеребив край воротника.
— Ты можешь дать показания инспектору Ротенхунду, что меня взяли в черте города? — спросил я.
Василий тут же помрачнел и замотал головой:
— Нет Миша, нет… это же выйдет что я тебя бросил там. Это же удар по репутации семьи.
— Да чёрт с ней с репутацией! — воскликнул я. — Они меня чуть не убили, пытали!
— Но не убили же, — возразил тихо Василий. — А для нашей семьи это будет удар по репутации. Будут считать что мы трусы, что я трус…
Я чуть не воскликнул: «А кто ты такой, если не трус?! Оставил друга на растерзание волклюдам и тихонечко свинтил» Но я смолчал.
Зазвенел звонок. В класс вбежали двое: высокий парень в синем сюртуке и девушка в чёрном платье в пиджаке с растрёпанными волосами. Увидев меня, она покраснела, а парень сперва напрягся, а потом всё же коротко кивнул. Я понял, что это Семён и Люда ждут от меня разборок. Но не дождутся. Отношения и проблемы бывшего Михаила меня не волновали. Меня волновали отношения с кланом Красных Волков.
Начался урок истории. Учительница — худощавая женщина в кочках, с огромным бантом на шее, рассказывала про иттрия государства известного как Тевтонский орден.
«Итак в предыдущий раз мы закончили на том, что Тевтонский Орден стояла на пороге краха после войны на три фронта, но в 1931 году к власти приходит Пастырь Адольф, провозглашает новую идеологию «Наука, Вера и Бог превыше всего!» где новое это «наука». В стране начинается лавинообразная индустриализация, развивается наука, инженерное дело и всё что с ними связанно. Учреждается концерн с правительственным участием и частным капиталом «Реинметалл», главная цель которого разработка современных вооружений. Вводиться всеобщая воинская повинность для всего мужского населения обычных людей. Срок службы в армии варьируется от двух до трёх лет, там их тренируют и учат обращаться с современным оружием…
…инженеры и учёные приобретают статус высшей аристократии. Одарённых обязывают активно способствовать новой идеологии и вкладывать средства в наукоёмкие проекты. Многим одарённым это не нравиться, особенно то что простые люди имеют схожий с ними статус. На недовольных начинаются гонения, у них отбирают заводы, землю и арестовывают счета — всё на общее благо укрепления ордена. Многие из несогласных бегут из страны. По данным Лиги Наций исход одарённых составил от одного до двух процентов только в первый год, в итоге же за десять лет страна потеряла половину из одарённых. Зная это Ордену пророчат бесславное угасание в случае ещё одной войны. Но прогнозы не оправдываются. Всё дело в том что избавились в основном от самых слабых одарённых не обладающих особой боевой мощью, в том числе от крысиных кланов. Верховный пастырь назвал это «Fesseln ablegen» что буквально означает «сбросить оковы» или сбросить балласт… запишите в тетрадь… так вот сделав это они получили множество обычных людей — солдат, можно сказать почти фанатиков, которые веря в новый порядок стали воевать чуть ли не втрое лучше чем раньше…
…в итоге заключив мирный договор с Русской Империей и Австро-Венгрией, Тевтонский Орден нападет на Франкское Государство в 1941 году… новейшее артиллерийское вооружение наносит сильнейший удар по позициям франков. В результате они теряют заморский регион Канаду, Люксембургский департамент и часть Бельгийского региона»
— Слушай, — прошептал я Быенотову. — Надо как-то отомстить Карсноволковым.
Василий странно на меня посмотрел и невольно отодвинулся:
— Ты что Мишка, это же клан целый, хоть и маленький. С ними ссориться наш род не захочет, с другими то волками отец только пару лет назад разобрался… а ещё с родом Оленевых у наших какие-то непонятки.
— Так ты со мной или нет? — настаивал я.
— Я не могу! Мишка, пойми, у нас не настолько сильный род: один не хочет, другой не может… а волколюды всегда все как один выступают.
— А Люда с Семном, как думаешь, поддержат?
Васька усмехнулся, но быстро себя одёрнул:
— Извини… нет конечно не поддержат.
Я откинулся на спинку деревянного стула. Было какое-то странное ощущение от этого мира, словно я во сне, и до конца себя ещё не осознавал. Не верилось что я здесь, что это я, что мне шестнадцать лет. На стенах класса висели портреты каких-то людей. Некоторых я узнал, Колумба например, другие не говорили мне ни о чём.
Прозвенел звонок. Я вышел в коридор и прямо спросил в лоб у Семёна:
— Слушай мне всё равно на ваши с Людой дела… вы поможете мне отомстить Красноволковым?
— Ты что совсем дурак, — прошептал Семён. — Не кричи так! А то завтра о твоих намерениях будет знать половина города и сами Красноволковы.
— Так поможете или нет?
— Да чем я тебе помогу?! С целым кланом воевать! Конечно нет! Извини. Извини что так с Людой вышло…
Я вздохнул и отвернулся. Лишь бросил:
— Сердцу не прикажешь…
Глядя на их растерянные лица, я пошёл на улицу. Хотелось подышать воздухом. Может я туплю, может не стоит так лихо начинать в этом мире толком ничего не зная о нём? Но Красноволковы должны сдохнуть!
Часть ребят пошли за школу курить. Я же стоят на лестнице и думал. Рядом оказался Василий, спускавшийся вниз. Он вытащил папиросу и предложил:
— Покурим?
— Да я не курю, — сказал я, но последовал за ним.
Мы оказались за школой. Ребята стояли небольшими группками и что-то обсуждали, покуривая сигареты.
— Вася, скажи мне, я правда убил Миклуху?
Вася затянулся, посмотрел на меня:
— Ты там тоже был.
Получив такой ответ, я предположил что он расскажет мне дальше… Даже не верилось.
— Так я убил его или кто? — уточнил я.
— Я и Митя Белкин, с его братьями…, — ответил погодя Василий.
— А я причём тут?
— У тебя должок был передо мной и ты стал говорить что это ты с Митей его уработал.
— А Митя? — спросил я.
— Митя с братьями в Сибири у родственников, там позиции волков крайне слабы.
— А какой должок то у меня перед тобой был?
— Я тебе Людмилу уступил.
О майн год! Да она же шалава, ходит по рукам как бутылка дешёвого пойла. Какой кошмар! Мне стал противно, как только я представил, что когда-то целовался с этой бывшей в употреблении… практически девушкой лёгкого поведения. Неужели бывший хозяин тела был такой идиот, подставиться под удар за какую-то аморалку? Что здесь вообще происходит.
Я выдохнул и спросил:
— Вася и ты считаешь это нормально, такой размен?
Вася пожал плечами:
— Размен как размен. Ты давал слово боярина. Я потребовал заплатить долг, ты заплатил ты человек чести. Я человек чести.
Чести?! Он верно не знал значение данного слова.
— О какой ты чести говоришь Василий?! — не выдержал я. — Разве люди чести бросают друзей, зная что им грозят пытки и погибель?
Я резко развернулся и зашагал в сторону школы, под удивлённы взгляды курящих ребят.
Но дойти до входа в школу мне не дали. Какой большой парень появился казалось из ниоткуда. Он был явно старше меня года на три и что он делал возле школы одетый в гимнастёрку ученика высшего учебного заведения, я не знал.
— Буров, когда ты мне триста рублей вернёшь? — сходу начал он.
К тому моменту я знал что сто рублей большие деньги. Учителя из обычных людей получали восемьдесят, бояре же сто сорок. А с меня целых три сотки требуют!
— Какие деньги? — спросил я.
— Так, — парень вставил руки в бока. — Я так и думал… Ты не держишь слово!
— Ты мне объясни какие деньги то и на что я их брал?
— Я не знаю… зачем ты их брал, но ты их брал! И сейчас время отдавать! — резко повысил голос мой так называемый кредитор.
— Что прямо триста рублей? — тянул я время.