Из рода Бурого Медведя. Том 1 (СИ)

— На выход дамы и господа, — сказал строго дед и взял чемодан с подарком. — В поезде потрепитесь…
Я повесил на плечо небольшую сумку, где лежало холодное оружие и ещё какие-то мелочи и мы двинулись на улицу. Мощная махина поезда подъехала на деревянный, но добротно сделанный с узорчатой резьбой, перрон. Перрон окутали клубы дыма, затем всё прояснилось. Вышли проводники.
— Я думал поедем в общем, — сказал я.
— Как скот что ли? — удивился дед.
— Люди же едут обычные.
— Обычные люди от простуды умирают, а мы нет. Поэтому поедем в купе, тем более ехать больше часа.
«Всего лишь час» подумал я. Как разняться у нас взгляды на многие вещи. Но ничего, я скоро обвыкнусь.
— Я людей не осуждаю, — сказал дед погодя, как только мы вошли в купе. — Но ежели мы будем как они гнуться, то нас быстро согнут…
— Так это престиж что ли, ехать в купе?
— Всё вместе, — сказала бабушка. — Ты как маленький…
Поезд тронулся и дед сменил тему разговора:
— А ведь не случись войны с тевтонцами за курляндский край, не было б этой дороги, этого поезда.
— Почему? — спросил я.
— Надо припасы подвозить, солдат, артиллерию. Край курляндский развивать. А как его разовьёшь если до сих пор не находилось средств на железнодорожное сообщение.
В купе постучались.
— Войдите, — сказал громко бабушка.
— Чего желают господа? Чаю-с, кофе-с, покрепче? Или поесть чего.
Мама и дед заказали чай, бабушка кофе, а спросил чего есть поесть.
— Пирожки с бужениной, круасаны с шоколадом, бутерброды с чёрной икрой... Есть новое итальянское блюдо набирает популярность в Конгломерате, Франкии… пицца называется.
— С чем? — взволнованно спросил я. Пиццу я очень любил, но последнее время из-за низкого дохода почти не ел, особенно хорошего качества.
— Основа из пшеничного теста, оливки маринованные, паста томатная,лук репчатый, сметана, перцы, сыры «Провалоне», «Пармезан», «Гровьера», куриная грудку рубленная по мелкому, грибы белые и шампиньоны,итальянские специи…
— Хочу, — сказал я.
Бабушка пихнула меня в бок, наверно дело было в цене. Но я сделал вид, что не понял.
— Одну? — уточнил проводник.
— Какой у неё вес?
— Чуть больше шестисот грамм, — быстро ответил проводник.
— Одну, — сказал я. — Мои родственники не голодны.
— Через двадцать минут будет готово, — сказал он и молча выписал чек, оставив его на столе.
Бабушка схватила чек и чуть не охнула:
— Шестьдесят один рубль тридцать копеек, а за пиццу целых пятьдесят пять тридцать!
— Миша мы не миллионеры, — добавила раздражённо бабушка. — Надо сперва было цену уточнить, в поезде она бывает неприемлемой.
Дед хмуро всех оглядел но ничего не сказал. И так стало понятно, что виноваты все кроме него.
— Даже у меня дешевле, — растерянно сказал мама.
— А престиж, а статус… попробуем новый деликатес, — сказал я.
Пиццу принесли, когда она ещё дымилась ровно чрез двадцать две минуты. Официант почти не обманул. И через пять минут от пиццы ничего не осталось. Так как встали мы рано, собирались впопыхах и поесть не успели. Ели пиццу все, каждому вышло по куску, по четвертинке. И всем понравилось. Но не все об этом сказали. Особенно бабушка, которая до конца поездки делал вид, что сердиться о том что я разбазариваю семейное добро.
В конце поездки она не выдержала и сказала:
— Пицца очень вкусная Миша, но деньги надо беречь, в наш век зависимость от них стала очень сильной. Есть много чего вкусного, красивого или ещё чего вожделенного, но это не значит что мы должны сломя голову бежать это и покупать. Мы люди, тем более аристократы должны контролировать свои желания и потребности...
Обратный поезд должен был ехать аж в пол двенадцатого вечера. На перроне нас ждало сразу несколько экипажей с табличкой «Буровы», Оказалось что кроме нас из поезда вышло ещё пару семей. Мы сними поздоровались с кем-то формально с кем-то как с друзьями, расселись по каретам и поехали.
Приехали быстро. И я увидел имение, поделённое на три части, центральная фасадная и ещё два длинных крыла. Наверно если бы все эти гости, а их ожидалось под триста человек, решат здесь заночевать — места бы хватило всем.
 
Но первое что бросилось в глаза это два огромных герба висящих на фасаде, на сером фоне была изображена красным цветом голова медведя с открытой пастью.
Мы разделись, достали подарок из чемодана и приготовились пройти в общий зал, где должны праздновать день рождение. Внутри нас встретил глава рода Буровых. У него была густая борода, модельная стрижка и белая рубаха вышитая красными типично русскими орнаментами. Он никак не тянул на семидесятилетнего, я бы дал ему пятьдесят два не больше. О том же говорило его могуче телосложение и пронзительный взгляд серых глаз.
— Здравствуйте гости дорогие! — он развёл руки в стороны словно хотел обнять всех сразу. — Евдокия, Анна, Евсей, Михаил — ты живой и здоровый! Как ты вырос за три года!
После обмена приветствиями, дед полез в чемодан и извлёк подарок.
— Вот тебе Илья Фёдорович, от всей нашей семьи! Будет сюрприз!
Илья Фёдорович осмотрел свёрток:
— Сюрприз так сюрприз, проходите в зал приёма, располагайтесь. В двенадцать начало, поэтому в трапезный зал пока нельзя...
Мы нашли небольшой диванчик с креслом и стали ждать начало праздника. Большая часть людей стояла и болтала. Слуги носили шампанское и лёгкие закуски. Зал наполнился лёгким гомоном. Народ всё прибывал, и в течении получаса все мои родственники разбрелись по знакомым. Я тоже решил пообщаться со своими сверстниками. Ребята в возрасте от пятнадцати до двадцати стояли одной большой компанией и то и дело начинали смеяться.
Вклинившись в их круг и громко сообщил:
— Всем привет!
На меня сразу все обратили внимание, даже две самых красивых девчонки: одна стройная высокая блондинка с бокалом шампанского, другая миниатюрная брюнетка с большими красивыми глазами.
— Ты кто такой? — спросили меня в лоб парень моего возраста, который до этого рассказывал что-то смешное. Выглядел он довольно ярко, носил синий костюм в белую полоску и имел нехарактерную для этого мира короткую стрижку со сбритыми боками.
— Михаил Буров я.
— Там где Красное село?
— Да, — подтвердил я.
— А, — парень задорно улыбнулся. — Вы та семья, которая недавно заимела во враги, для нашего славного рода, целых два волчьих клана! Ну давай познакомимся пока ты живой, — он яростно затряс мою руку, а все вокруг начали ржать.
— А кто завёл других врагов? — спросил я.
— А это просто, -сказал тот же парень. — Меня кстати Никита зовут. Вот Маринин батька поспорил с родом Выдровых за торговое здание на апражке. А отец Виты поссорился с Орловыми за производство… и всё заметь ложиться на всех, на весь род! Так что будь поосторожней…
— Ты мне предъявляешь что ли Никита? — спросил я в лоб.
— Нет! Констатирую факт, — сказал Никита удивлённо на меня уставившись.
— Ты Михаил превзошёл все наши достижения, — сказала та которую звали Марина. Она как раз и являлась той стройной высокой блондинкой с бокалом шампанского.
— Что вы к нему пристали, — заступилась за меня миниатюрная брюнетка Вита. — Что вы к нам пристали. Ну поссорились, с кем не бывает. Твои что ли не ссорились Никита?
— Ссорились, — согласился Никита. — Но это было до моего рождения.
— Папа сказал, — заметила Вита. — Что по рогам давать Чеглоковым мы все вместе ходили…
— «Мы» приплыли, сказала муха в трюме корабля, — огрызнулся Никита. -Теперь вы это ещё сто лет будете вспоминать. Надо жить сегодняшним днём.
— Северные волки до нас с пустого места докопались, — попытался я не то что бы оправдаться, но внести ясность.
— Все мы находим врагов с пустого места, — сказал какой-то приземистый широкоплечий парень.
Дугой парень лет восемнадцати спросил Никиту об охоте и тема врагов Буровых оказалась временно забыта. Марина и Вита стали обсуждать какую-то ситуацию с беременностью их общей знакомой. Я же оказался на какое-то время предоставленный сам себе.