Свадебные дары дракона (СИ)

Ждать, пока подготовят комнату для Маркари, я не стал, уложив его на ту кровать, что предназначалась мне. По моим подсчетам, мальчишке потребуется пара часов для того, чтобы прийти в себя и часов шесть, чтобы восполнить резерв и усвоить ту энергию, которой я с ним поделился.
С девчонкой же пока ничего не ясно. Кроме того, что даже целителя к ней подпускать чревато. А вот наблюдать за тем, каким будет ее сон — придётся. И тормозить оборот, если кровь решит взять верх, пока девушка в беспамятстве.
С этими мыслями я вернулся в «Розовые» покои, но заглянув, отметил, что экономка с помощницей еще не окончили мое задание, и отправился в ванную комнату, чтобы смыть с себя грязь и чужую кровь.
Спустя час(ровно столько мне потребовалось, чтобы успокоиться и утихомирить силу, а заодно и собственное сердце) я был неприятно удивлен. Зеленоватый, тяжело дышащий Маркари сидел у кровати и пытался делиться энергией со спящей девушкой.
— Ты что творишь? — рыкнул я, в момент оказываясь рядом с мальчишкой. Пусть грубо, но его контакт с племянницей я разорвал. — Ей нужен покой, а не новая порция силы, к которой она не готова.
— Мой тариан, — Маркари попытался подняться и поклониться, чем разозлил меня еще больше. Как нашкодившего кота, схватил его за воротник и усадил в кресло. — Я хотел как лучше…
— Как лучше он хотел, — раздраженно передразнил. — Сиди и не смей подниматься, ты поступил глупо.
— Но…
— Ты должен был сразу позвать тарло или меня, а не соваться в пламя предков! Ты не имел права принимать зов!
Глава 5
Эстель
— Ты должен был сразу позвать тарло или меня, а не соваться в пламя предков! Ты не имел права принимать зов!
— Я думал, это очередная игрушка брата. И у меня же получилось.
— Идиот, ты мог умереть!
— Я не понял, что зов подает артефакт. Мариэла она…
— Не смей называть ее имени!  — рычание очередного незнакомца, окончательно привело меня в чувство.
Я и сама не поняла, как подскочила на кровати и уставилась на тех, кто ругался над моим ложем.
Боги, а что я делаю в кровати? И вообще откуда в лесу кровать взялась? Где я? И кто эти мужчины? И откуда им известна моя мама?
Я разглядывала незнакомцев, отмечая их необычную, не типичную внешность. И пусть они хоть и были похожи на людей, да чувствовалась в них какая-то хищная стать, они оба были опасными. Но если первого, который выглядел моим сверстником, я могла ассоциировать со львом, то второго записала в самые опасные хищники нашего мира — драконов.
Значит, оба они представляют эту расу. Обыкновенно интуиция меня не подводила.
Тот, что был моложе, имел каштановую шевелюру с красными прядками. Его волосы небрежно ложились на худощавые плечи. Цвет глаз я рассмотреть не могла, как и практически все лицо, потому что он сидел в кресле, а над ним практически нависал другой мужчина. А вот тот, кто вызвал во мне инстинктивный страх и желание немедленно убежать, смотрел на меня в упор.
Черные, как вороново крыло волосы, разбавляли серебряные прядки, их было немного, но я сумела их отличить. Как и необыкновенного цвета глаза — ярко зеленые, не как весенняя трава, а как драгоценные камни самой лучшей огранки.
— Кто вы? — хрипло спросила я. — Куда вы меня привели?
— Очнулась, прекрасно, — лениво заметил тот, кто вызывал во мне ужас, и обратился к своему собеседнику и медленно, лениво пошел ко мне. — Не вмешивайся, — приказал сидящему в кресле парню.
— Но… она только в себя пришла, — неуверенно произнес тот, и затараторил, — после остановки оборота ваше вмешательство будет болезненным и может спровоцировать то, что я остановил.
— Я не собираюсь тратить свое время. Но должен знать, что произошло. – Хмуро ответил незнакомец. – К тому же, она сильнее, чем мне казалось.
— Что вы собираетесь делать? — мое сердце заходилось от страха, бешено стуча в груди.
— Давайте я лучше подержу, — выдохнул парень и поднялся на ноги. Пошатнулся, устоял и уверенно направился ко мне.
— Не подходите! Вы не имеете права меня трогать…— Мне это очень не понравилось. Я испугалась, что они задумали?
 
Я не успела ни глазом моргнуть, ни закончить свою мысль, как была схвачена за руки парнем. Он завел мои кисти за голову, при этом сам оказался за спинкой кровати. И это притом, что вообще-то там стена! По всему выходило, что он сидит на этой самой спинке!
— Не дергайся, пигалица, — выдохнул он мне в лицо и попытался улыбнуться, — поверь, лучше так, чем на прямую.
Я не понимала, о чем он говорит. Мне вообще не нравилось происходящее. Я попыталась вырваться, извивалась, пыталась укусить того, кто меня держал. И в какой-то момент мужчина с зелеными глазами не выдержал.
Я не могу даже себе объяснить, что случилось, но в следующий момент меня буквально накрыла чужая, чудовищная сила. Голова разболелась с неведомой ранее мощью, на губах появился привкус крови.
— А я предупреждал, — донесся до меня голос парня, причем он больше не держал меня и даже находился не рядом с кроватью.
Порадоваться этому факту не успела. Черноволосый незнакомец наклонился к моему лицу и рукой ухватился за подбородок, вынуждая меня смотреть на него и не дёргаться.
Прежде чем в голове произошел взрыв, я отметила, что у мужчины пальцы, словно раскалённая лава.
— Не сопротивляйся, — сквозь марево огненно-красной боли расслышала я ледяной приказ. — И тогда, возможно, выживешь.
Он явно иронизировал и дразнил, распаляя во мне злость и чувство сопротивления.
«Не дождетесь!» — хотелось крикнуть мне, а вышел только булькающий хрип.
Не умру, не сдамся и отомщу!
Почему-то мне чудились большие зелёные глаза с вертикальным зрачком. Казалось, что кроме этих глаз больше нет ничего. Они завораживали, гипнотизировали и в тоже время пугали. Пугали, но при этом... Я не знаю как это объяснить, но чувствовала, что могу заставить их исчезнуть, могу, вот только...
Когда я закричала в первый раз — не знаю, но, когда мое тело начало хрустеть и извиваться, запомнила хорошо.
Потому что меня словно разделило на две части. Я та, что захлебывается болью, и та, что должна возродиться.
Анализировать происходящее не получалось, все чего мне хотелось — так это прекратить агонию.
— Окно! — словно бы издалека услышала я, а в следующий момент мне почудилось, что я лечу.
Нет, не я… Тот, кто держит мое тело на своих руках.
Я думала, боль не отпустит, не даст трезво мыслить, а вышло, что и боль можно отодвинуть на второй план.
Мое сердце забилось с утроенной силой, как будто из последних сил, и я вцепилась в землю, куда меня бросил черноволосый.
Я не могла контролировать то, что происходило с моим организмом. Да и если бы могла, не стала останавливаться. Потому что вдруг мне показалось это правильным, словно бы мама на ушко шепнула, что так и должно быть.
И я расслабилась. Насколько могла расслабилась, перестав сжиматься тугой пружиной.
На что похож оборот? На рождение. Когда человек приходит в мир, он несет с собой кровь и боль. Так и сейчас я знала, что мое тело обрело другую оболочку, пожертвовав кровью и наградив болью.
Она не длилась долго. А может, я приноровилась не замечать ее, куда сильнее меня смущало то, что происходило с самим телом и моим восприятием.
Я слишком остро ощущала запахи. Это было внезапно, как налетевший ураган, ошеломительно и обескураживающе.
Запах специй, вспотевших тел, вяленого мяса, старости, гниющей картошки и мокрой псины, а еще тлеющих углей, вот-вот обещающих стать огромным пламенем, тонкий мускусный аромат с чем-то еще, очень приятным, притягательным, но чему я никак не могла дать название, и аромат далекого, бескрайнего моря. Причем последнего было больше всего.
Неужели морем пахла я?
Соленым, волнующим, дразнящим и таким родным… Так пахла мама!
Откуда я это знаю? Не помню, знаю и все. Мама пахла морем, спокойным и нежным, с ласкающими брег волнами и мелькающими на дне ракушками с камнями.