Непреодолимо (ЛП)
— Нет. Я вздохнула, чувствуя неловкость от того, что превратила это в нечто такое, что заставляет нас обоих чувствовать себя неловко. — Со мной все будет хорошо, Мак. Не беспокойся об этом. Мне пора возвращаться на работу.
— Хорошо.
Он открыл рот, как будто хотел сказать что-то еще, и я могла подумать о любых словах, которые хотела услышать. Не уходи. Мне жаль. Я передумал.
Но через секунду он снова закрыл его, и я ушла.
Что еще я могла сделать?
* * *
Зимой ресторан закрывался довольно рано, поэтому менеджер отпустил меня к девяти тридцати. Мак и Генри все еще не выходили из бара, и я была рада, что до моего ухода мне не придется видится с ним еще раз. Покончив с подработкой хостесс, я пожелала спокойной ночи маме на ресепшене, забрала чек Мака и поднялась в свою квартиру. Бросив чек на комод, я переоделась из рабочей одежды во фланелевые пижамные штаны, огромную серую толстовку с капюшоном из шерпы и пушистые носки. Уложив волосы в небрежный пучок на макушке, я пошла на кухню, чтобы разогреть суп из кабачков, который я приготовила ранее. Но я была не очень голодна и в итоге съела только половину.
Я как раз споласкивала тарелку, когда услышала стук в дверь.
Странно, подумала я, проверяя свой телефон, чтобы узнать, который час — было уже после десяти, и не пытался ли кто-нибудь из моей семьи дозвониться до меня. Никто не пытался. Когда я подошла к двери, мое сердце забилось быстрее, и я затаила дыхание, когда открыла ее.
Мак стоял в коридоре, его руки были сжаты в кулаки, а выражение лица было напряженным. Он тяжело дышал, как будто только что взбежал по крутой лестнице.
Внезапно я разозлилась на него. Как он посмел появиться здесь? Он знал, что я стараюсь избегать его. Это было просто подло.
— Что тебе нужно? спросила я, не пытаясь скрыть свой гнев.
— Я хочу, чтобы ты сказала мне уйти. Он говорил тихо, но твердо.
— Уходи, — сказала я ему, сложив руки на груди.
Не говоря больше ни слова, он бросился ко мне и прижался своими губами к моим.
Глава 14
Мак
Все произошло быстро.
Я пнул дверь ногой. Я втащил ее в комнату. Я сорвал с нее одежду, потом свою, мне удалось снять только ее толстовку и штаны, хотя я и был без рубашки, мои джинсы все еще были у меня на коленях.
Но это не имело значения. Через пять минут после того, как я появился у ее двери, я уже безжалостно трахал ее на ковре в гостиной, вгоняя свой твердый член в ее мягкое, теплое тело снова, снова и снова. Это было похоже на то, как будто я наказывал ее за то, что она отказывалась уходить из моей головы.
И она явно хотела наказать меня тоже.
Она обхватила меня ногами и впилась ногтями в мою спину. Она шептала мое имя мне в губы и вскрикивала при каждом глубоком, сильном толчке. Она двигалась подо мной, раскачивая бедрами в такт со мной, притягивая меня ближе к своему телу, пока мы не начали задыхаться, содрогаться и отчаянно цепляться друг за друга во время одновременного оргазма такой интенсивности, из-за которого я не мог дышать, не мог видеть, не мог думать.
Было очевидно, что та ночь не была случайностью — то, что было между нами, было реальным. И мощным. И никуда не делось.
Когда я наконец открыл глаза, я увидел ее лицо. Она повернула голову в сторону, показывая мне свой профиль, приподняв слегка подбородок. Затем я понял, что она больше не держится за меня.
Черт. Каким же я был мудаком.
Я отстранился от нее и сел, низко свесив голову. — Господи. Мне жаль.
— Не стоит. Я могла бы остановить тебя.
Я не был так уверен в этом. — Почему ты этого не сделала?
Она не ответила.
Я снова склонился над ней, упираясь ей в плечи. — Эй. Посмотри на меня.
Она не смотрела, тогда я подложил два пальца под ее подбородок и повернул ее голову. Ее нижняя губа задрожала, и мне пришлось поцеловать ее.
— Прекрати, — мягко сказала она.
Улыбка заиграла на моем лице. — Теперь ты хочешь, чтобы я остановился?
— Да. Ты сбиваешь меня с толку.
— Я знаю. Мне жаль. Я и сам запутался.
— Зачем ты вообще сюда пришел?
— Потому что я был чертовски несчастен всю неделю. Потому что та ночь с тобой была лучшей из всех, которые у меня были за последние годы. Потому что не смотря на то, что я должен держаться от тебя подальше — я не могу.
— Не дразни меня. Ты действительно это серьезно?
Я кивнул. — Сегодня вечером я дошел до парковки. Я сел в свою машину. Я включил этот гребаный двигатель и сидел там, все больше и больше злясь на себя, из-за того что не могу уехать.
— Правда?
— Правда. Наконец я сдался. Но я знал, что это нечестно после того, что я сказал, поэтому я пообещал себе, что если ты скажешь мне уйти, я уеду.
— Я действительно сказала тебе уйти, — забавлялась она.
— Э, да. Я прочистил горло. — Очевидно, это было обещание, которое мне не следовало давать.
— Все в порядке. Ее руки прошлись вверх и вниз по моей спине, от ее прикосновения по моей коже пробежали теплые мурашки. — Я хочу быть с тобой.
— Я тоже хочу быть с тобой. Я убрал волосы со лба, которые выбились из пучка на ее макушке. — Но я не могу ничего обещать, Фрэнни. Я имел в виду то, что сказал — мне нечего тебе предложить.
— Это неправда, — сказала она с непреодолимым упрямством, наклонив подбородок.
— Ты говоришь это сейчас, но подожди. Моя жизнь — это полный хаос. Большинство дней я чувствую, что держусь на волоске.
— Тебе не нужно беспокоиться обо мне, Мак. Я не хочу быть еще одной обязанностью в твоей жизни. И мне не нужны обещания или ярлыки. Она вздохнула. — Я просто хочу чувствовать, что я что то значу для тебя.
Я улыбнулся ей. — Так и есть. Но мы должны быть осторожны. — Я не хочу, чтобы дети…
Внезапно я понял кое-что — мы не были осторожны сегодня вечером. Я запаниковал и снова отступил от нее. — О, черт, Фрэнни. Я даже не подумал. Я..
Она заставила меня замолчать закрыв мне рот одной рукой. — Не беспокойся. Я принимаю таблетки, и я очень, очень серьезно отношусь к их приему.
Я немного расслабился. — Хорошо. Хорошо. Это хорошо. Последнее, что мне сейчас было нужно, это еще один ребенок. Или вообще когда нибудь.
— Дай мне несколько минут, хорошо? — спросила она, поднимаясь на ноги. — Если захочешь выпить или что-нибудь еще, угощайся. У меня нет пива, но есть вино, виски, водка, текила….
Я поднял бровь. — Мне стоит беспокоиться о тебе?
Смеясь, она собрала свою одежду и направилась в свою комнату. — Нет. Я не большой любитель выпить, но время от времени мне нравится немного виски у камина. — Виски у камина- да. Я огляделся и заметила камин в дальнем конце комнаты. Схватив свою одежду, я надел нижнее белье, джинсы, рубашку и побрел на кухню.
К тому времени, когда Фрэнни вышла из своей спальни, одетая так же, как и раньше, но с распущенными по плечам волосами, я налил два стакана виски и разжег газовый камин, которому, на мой взгляд, не хватало романтики настоящего дерева, но он согревал комнату.
Она улыбнулась, устроившись на диване, подогнув под себя ноги. — Как мило.
Я взял ее стакан с маленького журнального столика и протянул ей. — Да. Гораздо приятнее, чем то, к чему я бы вернулся домой, в пустой дом.
Она сделала глоток виски. — Значит, девочки с твоей сестрой?
— Да. Джоди. У нее есть дочь на год старше Милли и сын, ровесник Фелисити. Они все очень хорошо ладят. Я бы хотел, чтобы они жили поближе.
— Я бы хотела, чтобы Сильвия тоже жила поближе. Я почти не знаю своих племянницу и племянника. Она грустно улыбнулась.
— Как Сильвия? Я давно с ней не разговаривал.
— Хорошо, я думаю. Я тоже не часто с ней разговариваю. Фрэнни снова выпила из своего стакана, затем уставилась в него. — Но я хотела бы это изменить. Я должна связаться с ней. Вы близки со своей сестрой?
Я кивнул. — Довольно близки. Мы оба заняты детьми и работой, но в детстве мы были очень близки. Она старше меня всего на семнадцать месяцев. И она замужем за отличным парнем. У них это выглядит легко.