Непреодолимо (ЛП)

Я сделал паузу со слайдером на полпути ко рту. — Ты не ходила в школу?
— Я была на домашнем обучении.
— Ах.
— Позже я хотела уехать в колледж. Поездить с рюкзаком по Европе, как мои сестры. Ты знаешь, что я никогда не выезжала за пределы Соединенных Штатов?
— Нет? спросил я, удивленный.
Она покачала головой. — Нет. У меня есть паспорт и все остальное, пылиться в ящике.
Я потянулся за последним слайдером. — Куда бы ты отправились в первую очередь?
— Хммм…
Она задумалась на мгновение, поджав губы. — Франция. Конечно, я всегда хотела побывать в Париже, но мне хотелось бы посетить и другие места. У нас был французский кондитер в Кловерли много лет назад, до того, как ты начал у нас работать, и он был из маленького городка в долине Луары, где находится замок, вдохновивший на сказку о Спящей красавице.
— Да?
— Да. Шато д'Уссе, — сказала она с идеальным французским произношением. — Он рассказывал мне о нем, и я мечтала, что однажды он вырвет меня из моей рутинной жизни и увезет в свой заколдованный замок, где мы будем жить долго и счастливо.
Я рассмеялся, засовывая в рот последний кусочек. — Этого не случилось?
Хихикнув, она покачала головой. — Увы, Жан-Гаспар предпочитал не женщин. В конце концов, он уехал обратно во Францию, оставив меня одну и с разбитым сердцем. Но я многому у него научилась.
— Ну, я не французский кондитер, но у меня есть полная уверенность, что ты сможешь начать свой собственный бизнес. Я откинулся на спинку кресла и опрокинул в себя пиво. — Господи, это было здорово. Спасибо, что приготовила для меня ужин.
— Не за что. Она счастливо улыбнулась. — Невеста со свадьбы в Кловерли в прошлые выходные предложила мне помощь, я тебе говорила? Она агент по коммерческой недвижимости, и она сказала, что иногда инвестирует в малый бизнес, принадлежащий женщинам. Когда она вернется из медового месяца, она собирается связаться со мной.
— Это потрясающе, — сказал я ей. — Видишь? Вселенная хочет, чтобы ты это сделала. Все знаки указывают на успех.
Она засмеялась. — Может быть. Посмотрим.
Я допил пиво, взял свою тарелку и отнес ее в раковину. — Я должен пойти проверить Уинни.
Фрэнни тоже поднялась на ноги, подавляя зевоту. — Да, уже поздно. Мне пора идти.
— Подожди, не уходи пока. Я сейчас вернусь. Я коснулся ее спины, когда проходил мимо нее по пути к лестнице.
Поспешив в комнату Уинни, я заглянул к ней, чтобы убедиться, что она легко дышит и ее губа не начала снова кровоточить. Я поднял с пола молотоголового Неда из Шедда, положил его рядом с ней и на мгновение прижался губами к ее лбу, еще раз поблагодарив Бога за то, что с ней все в порядке. Я никогда не принимал здоровье и безопасность тех, кого любил, как должное. Я слишком много видел.
Я тихо вышел из ее комнаты, оставив дверь открытой и включив ночник в коридоре. Сегодня я буду спать в комнате Уинни на случай, если она проснется и станет звать меня. Но сначала я хотел пожелать Фрэнни спокойной ночи и проводить ее до машины.
Внизу она загружала посуду в посудомоечную машину. Чувство привязанности и благодарности к ней переполняло меня. Что я сделал, чтобы заслужить такую преданность с ее стороны? Я подошел к ней сзади и обхватил ее за талию, зарывшись лицом в ее сладко пахнущие волосы. — Ты — лучшее, что случалось со мной за долгое время, ты знаешь это?
Она положила свои руки поверх моих. — Мне приятно слышать это.
— И я хотел бы, чтобы тебе не пришлось уезжать. Я поцеловал ее в плечо.
— Мне тоже. Но уже поздно, и у тебя есть… Мак… что ты делаешь?
Одна моя рука забралась под ее свитер, а другая переместилась между ее ног. От ощущения ее теплой обнаженной кожи, от жара под моей ладонью, кровь бросилась в голову. В промежности моих брюк стало тесно. — Не уходи, — прошептал я, поглаживая ее по плотно облегающим джинсам. — Побудь со мной еще немного.
Она издала один небольшой звук протеста, но остановилась, когда я расстегнул ее джинсы и просунул руку внутрь ее нижнего белья, нежно поглаживая ее кончиками пальцев. — О, Боже, — прошептала она. — Это так приятно.
 
Моя другая рука нашла ее грудь, и я наполнил свою ладонь ее идеальной круглой плотью, а затем стал дразнить ее сосок, через кружево лифчика. В этот момент я заметил, что вижу наше отражение в окне над раковиной. Ее глаза были закрыты, а рот открыт, когда она начала извиваться под моей рукой. К этому времени я уже точно знал, какие она любит прикосновения, и мне нравилось доставлять ей удовольствие.
— Ты хочешь кончить для меня, не так ли? сказал я ей на ухо. — Ты хочешь кончить для меня прямо здесь, стоя у окна.
Ее глаза распахнулись, и она заметила наши изображения на стекле на фоне ночной темноты. У меня не было ни штор, ни тени, за которой можно было бы спрятаться.
Она изо всех сил пыталась высвободиться. — Мак, остановись, — судорожно прошептала она. — Кто-то может заглянуть внутрь.
— Если бы кто-то был в моем дворе в это время ночи, я бы сломал ему шею голыми руками. Удерживая ее на месте, я ввел в нее два пальца. "Ты никуда не уйдешь, пока я не заставлю тебя кончить.
— Но…
— Ш-ш-ш.
Она была горячей и мокрой, и я легко трахал ее пальцами. По тому, как двигались ее бедра, я понял, что ее тело хочет этого, даже когда она просила меня остановиться. — Я остановлюсь, как только заставлю эту сладкую маленькую киску кончить на мои пальцы, — сказал я ей, сильно и быстро потирая ее клитор.
Как только я услышу от тебя этот звук — тихий стон, который ты издаешь, когда я трахаю тебя, и мой член так глубоко, что больно, и ты чувствуешь, как я начинаю кончать, и тогда твое тело…
Внезапно она вскрикнула, ее колени подкосились, и она бы упала, если бы я не держал ее так крепко. Я изо всех сил старался удержать ее на ногах и продолжал двигать пальцами, пока не убедился, что она кончила, в то время как она уперлась в столешницу задыхаясь. — Хорошая девочка, — прошептал я, прижимая ее к себе. — Теперь дай мне попробовать тебя на вкус.
В стекле я увидел, как ее глаза открылись, и она смотрела, как я подношу пальцы ко рту и обсасываю их. Мой член болезненно выпячивался в джинсах. — Блядь, — прорычал я ей на ухо. — Ты знаешь, как сильно ты меня заводишь? Ты хочешь почувствовать это?
— Да, — прошептала она. — Пожалуйста.
Я забыл о своем обещании отойти от окна и стянул с нее штаны, а затем и свои. Взяв в руку свой горячий, набухший член, я провел кончиком по ее попке, затем вошел в нее, заставив нас обоих застонать.
— Да, блядь, — пробормотал я сквозь стиснутые зубы, хватая ее за бедра и наблюдая, как вхожу в нее, глубоко.
Фрэнни подалась вперед, но держала ноги вместе, из — за этого она еще сильнее сжимала меня. Она хныкала и цеплялась за край столешницы, пока я трахал ее сильнее и быстрее, чем собирался, но ее попка была такой идеальной, ее киска такой мокрой, ее звуки сводили меня с ума, ее вкус все еще был на моем языке, и в мгновение ока я извергся в нее с силой ядерного взрыва. Я чувствовал себя молодым, сильным, мужественным, блядь, непобедимым.
Когда спазмы стихли, я подался вперед, накрыв ее спину своей грудью. Мой пульс был громоподобным. Мое тело пульсировало от оргазма.
— О Боже! Фрэнни задрожала. — Это было… интенсивно.
— Да.
— И я не могу поверить, что мы сделали это у твоего окна, — прошептала она, наклоняясь вперед так, что ее щека упирлась в край раковины. — Кто-нибудь мог увидеть.
— Никто не видел, — заверил я ее.
— А как насчет миссис Гарднер?
Я рассмеялся. — Она, наверное, была бы в восторге. Она всегда грозилась свести меня с милой молодой леди, которая работает в ее салоне красоты.
— Правда?
— Да. Она все время рассказывает мне, что именно она свела Стеллу и Вудса. Она очень гордится этим.
Я попытался осторожно отстраниться от нее, не создавая беспорядка, но мне не очень повезло. — Извини. Давай я принесу тебе полотенце.