Непреодолимо (ЛП)
— Я в порядке.
— А как насчет этой недели? Как обычно?
— Да. Не могу поверить, что выходные уже закончились. Накрыв тарелку сверху крышкой, он сунул ее в микроволновку. — Но я разговаривал с миссис Ингерсолл по дороге в Петоски, и оказалось, что перелом не так уж плох, как она думала. Она в гипсе, но ее дочь может помочь и привезти ее, и она сможет присмотреть за девочками на этой неделе.
— Это хорошие новости.
— Да, черт возьми, хорошие. Без нее на этой неделе мне было бы хреново. А без тебя на прошлой неделе.
Установив время приготовления на три минуты, он достал бумажник и положил на прилавок сорок долларов. — За дополнительную работу, хотя этого и недостаточно.
Я толкнула их обратно к нему. — Мне не нужны твои деньги, Мак.
— Пожалуйста, возьми их. Он встретил мой взгляд. — Ты тратишь так много своего времени, чтобы облегчить мне жизнь, а я не могу отдать тебе больше своего времени. Он убрал бумажник и снова подтолкнул купюры ко мне. — Возьми.
— Нет, — упрямо сказала я. — Мы друзья. А друзья не платят друг другу за помощь.
Я направилась в прихожую, где надела ботинки и застегнула куртку. Я уже собиралась надеть перчатки и шапку, когда у двери ко мне присоединился Мак.
— Эй, — прошептал он, схватив меня за руку.
— Что?
Бросив быстрый взгляд через плечо, он внезапно притянул меня к себе и прильнул своими губами к моим. Его язык прошелся между моими губами. Его руки обвились вокруг меня, его ладони блуждали по моему телу. В течение десяти полных секунд он целовал меня так глубоко, что когда он оторвался от меня у меня перехватило дыхание и закружилась голова.
— Мы не друзья, — сказал он твердо, его голос был низким. Он подмигнул, после чего вышел и позвал девочек к столу.
В оцепенении я направилась к машине, даже не чувствуя, как морозный воздух обжигает мои щеки.
Позже я нашла две двадцатки в кармане куртки и поняла, что Мак сделал там, у двери. Я расхохоталась и сунула их обратно.
***
Каждое воскресенье вечером моя мама готовила ужин и собирала всю семью. Мои родители все еще жили в так называемой "старой части дома", часть которой после того, как мы, дети, переехали, была переоборудована в комнаты для постояльцев. Но они оставили много комнат для себя, включая кухню, столовую, библиотеку и гостиную внизу, спальню и ванную, а также комнату для гостей на втором этаже.
Иногда мои сестры не присоединялись к нам, особенно так бывало если их не было в гостинице. Но сегодня они обе были с нами.
Хлоя загнала меня в угол в столовой, когда мы накрывали на стол. — Итак, — прошептала она, бросив взгляд в сторону кухни. — Есть новости?
Я не смогла скрыть улыбку, раскладывая вилки слева от каждой тарелки. — Я виделась с ним вчера вечером. И сегодня.
У нее отпала челюсть. — Боже. Так это серьезно, да?
— Сегодня я только посидела с девочками. Прошлой ночью было больше… Потом я остановилась. Что это было? Не свидание, точно. — Романтическая интерлюдия.
Хлоя фыркнула, расставляя бокалы с вином на свои места. — Что, черт возьми, такое романтическая интерлюдия? Она включает в себя секс?
— В данном случае, да. Я сделала паузу, раздумывая, стоит ли продолжать, а потом решила, что к черту. — На кухне.
Хлоя остановилась и уставилась на меня. — Серьезно? Секс на кухне? Я впечатлена.
— Шшшшш. Я оглянулась, чтобы убедиться, что мама и Эйприл все еще болтают в соседней комнате. — Это было как бы спонтанно. Уинни спала наверху Я рассказала ей о несчастном случае в доме их тети, пока расставляла оставшееся столовое серебро.
— Боже мой, бедняжка, — сказала она, доставая штопор из верхнего ящика серванта. Она открутила пробку из бутылки вина. — Должно быть, тяжело растить трех девочек в одиночку.
— Да, — подтвердила я. — Он беспокоится о том, что ему не хватает времени на меня. Но я продолжаю говорить ему, что все в порядке. И я просто хочу быть с ним.
— Быть с кем?
Эйприл вошла с тарелкой жареного лосося и поставила ее на стол.
Мы с Хлоей обменялись взглядами широко раскрыв глаза. — Эм, — пробормотала я.
Эйприл скрестила руки и посмотрела туда-сюда между нами двумя. — С вами двумя что-то не так. Выкладывайте.
Сплетя пальцы на талии, я наклонилась и посмотрела мимо Эйприл, чтобы убедиться, что наша мама все еще занята на кухне, так оно и было, она о чем-то препиралась с моим отцом. — Хорошо, если я расскажу тебе, ты должна пообещать хранить это в тайне.
— Конечно. Скажи мне, кто он!
Я усмехнулась. — Мак.
Ее рот открылся, а потом она посмотрела на Хлою. — Я знала это! Я была права!
Шшшшш, — прошептала я. — Ты была права. Но это началось совсем недавно и все сложно из-за многих обстоятельств. Я пока не хочу, чтобы мама и папа знали.
— Почему нет? Я думаю, это здорово.
— Пока что все замечательно, — сказала я, мое лицо стало теплым. — Но в этом участвуют дети и…
— О чем это вы сплетничаете? — спросила мама, неся миску с зеленой фасолью в столовую.
— О свадьбе Райана и Стеллы, — быстро ответила Эйприл. Фрэнни готовит макарунс, и она как раз говорила мне, какие вкусы она собирается сделать.
Я бросила на нее с благодарностью. — Я думаю о шоколаде, крем-брюле и красном бархате.
— Идеально. Она подмигнула мне, и мы все пошли на кухню помогать разносить еду.
Примерно в середине ужина речь снова зашла о свадьбе Райана и Стеллы. Пока Эйприл перечисляла некоторые детали для Хлои и моей мамы, мои мысли немного блуждали. Я представила, каково это — планировать свою собственную свадьбу, какие цвета я бы выбрала, сколько гостей пригласила, что надела. Раньше я никогда не задумывалась об этом в деталях, но теперь я представила себе интимную церемонию на открытом воздухе рядом с амбаром в Кловерли и увидела себя, идущей к алтарю великолепным летним вечером под звуки классической гитары. Под аркой в деревенском стиле с видом на виноградник меня ждал Мак, а впереди меня шли три его девочки, усыпая мой путь лепестками роз. Он выглядел великолепно в угольно-сером костюме с сапфирово-синим галстуком в тон его глазам, и когда он увидел меня в первый раз, он…
— Фрэнни, — сказала моя мама так, как будто она уже не в первый раз пыталась привлечь мое внимание. — Что ты делаешь? Я уже три раза просила тебя передать картошку.
— О! Извини.
Смутившись, я подняла миску с жареным картофелем и протянула ей. — Я просто думала о свадьбе.
Эйприл улыбнулась мне. — Когда я вчера разговаривала с Эмме Пирсон — это сестра Стеллы, она занимается организацией свадеб в Детройте, — объяснила она моим родителям, — она была в восторге от твоих макарунс и надеялась, что ты откроешь свой бизнес для доставки по штату.
— Это потрясающе, — сказала Хлоя, пиная меня под столом. — Но для этого тебе, наверное, понадобится собственное помещение, верно? Кухня побольше и, может быть, витрина где-нибудь?
Я сделала глоток вина для храбрости и уже опускала бокал, когда заговорила моя мама.
— Мы уже решили этот вопрос. Я не думаю, что у Фрэнни есть время или энергия для таких вещей, — сказала она. — Она так занята здесь, в гостинице, плюс работает няней у девочек Мака. Это все, что она может делать. На самом деле, я думаю, ей не помешало бы больше времени отдыхать.
— Ну, я думаю, мы должны позволить Фрэнни говорить за себя, — сказала Хлоя. — Вообще-то, — сказала я, усаживаясь повыше в своем кресле. — Открытие собственного бизнеса — это то, что я хотела бы обсудить.
— Но ты ничего об этом не знаешь, а ведение бизнеса — это большой стресс.
Мама посмотрела на Хлою взглядом «мне лучше знать».
— Стресс опасен для Фрэнни. Джон, разве ты не согласен со мной?
Отец посмотрел на меня задумавшись, жуя и глотая. — Что за бизнес?
— Магазин макарунс, — сказала я, нервно выкручивая руки на коленях. — Что-то маленькое, но высококлассное.
— Фрэнни, твои врачи ясно дали понять, что тебе нужно много отдыхать и избегать ненужных рисков для сердца, — продолжила моя мама.