Непреодолимо (ЛП)

Я видела, что он все больше и больше напрягается, я снова обняла его.
— Эй. Все в порядке.
— Нет. И это еще одна причина, по которой ты должна уйти от меня и найти кого-то с меньшем количеством проблем.
— Я никуда не уйду, Мак. Ты ведь знаешь это, правда?
Его руки обхватили меня, теплые, крепкие и сильные, это обнадеживало. Но он ничего не сказал, это разочаровывало.
* * *
В четверг Эйприл пришла во время моей утренней смены.
— Эй, я встречаюсь со Стеллой Девайн сегодня в шесть часов, чтобы обсудить некоторые детали. Хочешь присоединиться к нам?
— Конечно. В твоем офисе?
— В баре, вообще-то.
Я кивнула. — Встретимся там.
Моя смена закончилась в пять, и я побежала наверх, чтобы переодеться и перекусить. В шесть я спустилась в бар, где за прямоугольным столом с высокой столешницей сидели Эйприл, Стелла и ее сестра Эмме. У Стеллы и Эмме были бокалы игристого вина, а их лица сияли после дня, проведенного в спа.
Мы обсудили детали и время, начиная с репетиционного ужина и заканчивая поздним фуршетом на приеме. Стелла была невестой с легким характером, а Эмме и Эйприл так хорошо все организовали, что казалось невозможным, чтобы что-то пошло не так. Без четверти семь они поднялись наверх, чтобы переодеться для девичника, а мы с Эйприл задержались за столом.
— Ну вот, на сегодня мы свободны от работы, — сказала моя сестра. — Хочешь бокал вина?
Я кивнула. — С удовольствием.
Мы переместились к бару, чтобы не занимать столик на четверых, и заказали два бокала пино нуар.
— Ну, как дела? — спросила она с улыбкой. — Мама мне все уши прожужжала о твоих грандиозных планах, но у нас не было возможности поговорить.
— Вообще-то, все отлично. Я посвятила ее во все детали. — Мы с папой собираемся встретиться с Натали Хаас на следующей неделе по поводу финансирования, и я практически сказала маме об этом. Через неделю я буду работать в Кофе Дарлинг полный рабочий день.
— Это так здорово. Я помню Натали Никсон со школы, хотя она немного младше меня. Вся ее семья очень милая.
— Мак сказал, что он ходил в один класс с ее сестрой Джиллиан.
— Эйприл кивнула. — Я закончила школу со средней сестрой, Скайлар. Сейчас она работает в Abelard Vineyards, и я думаю, что Хлоя знает ее довольно хорошо. Она потягивала свое вино. — Кстати, о Маке, как у вас дела?
— Довольно хорошо, я думаю.
— Ты думаешь?
— Ну, трудно сказать. Когда мы одни, все просто замечательно. На самом деле, даже когда рядом дети, все замечательно. Он милый и забавный, и он такой горячий. Секс просто нереальный.
— Но… — спросила она.
Я вздохнула. — Но это сложно. Мне неловко говорить об этом вслух, но встречаться с отцом-одиночкой с тремя детьми и скрывать это от них — это тяжело, особенно когда ты их няня. Уже дважды дети видели, как мы целуемся в у него в доме.
Эйприл вздохнула. — И что они сказали?
Мне пришлось немного посмеяться, вспомнив выражения их лиц. — Ничего особенного, но очевидно, что они в замешательстве. Дети умны. Они должны чувствовать, что что-то не так.
— Почему он не хочет им говорить?
— Ну, когда это только началось, мы договорились никому не рассказывать, потому что это было чем то новым. Но я не думаю, что мы понимали, как быстро все будет развиваться — я точно не понимала. Я просто надеюсь, что он чувствует то же, что и я. Я нервничаю, потому что думаю, что он не чувствует.
— Потому что он не скажет детям?
— Нет, я понимаю, но прошлой ночью он сказал такую вещь, которую я не могу выбросить из головы. Он сказал, что беспокоится о том, что случится, когда я пойму, что он не стоит того дерьма, которое мне придется терпеть. Он сказал: Ты уйдешь, потому что ты знаешь, что заслуживаешь лучшего. И мне придется позволить тебе, потому что я тоже это понимаю.
Брови Эйприл поднялись. — Черт. Что ты сказала?
— Я сказала ему, что докажу, что он ошибается. Я вздохнула с отчаянием. — И я надеюсь, что он даст мне время на это, но что, если он решит, что я не стою всех этих переживаний? Он сказал мне вчера вечером, что его мать подозревает, что между нами что-то происходит, и прочла му нотацию по этому поводу. Я покачала головой. — Он предупреждал меня, что будет трудно, и он был прав… но он того стоит, Эйприл. Я чувствую это в глубине души. Я не хочу сдаваться.
 
Она потянулась и похлопала меня по руке. — Хочешь совета? Просто дай ему время. Прошло всего несколько недель, и у него, вероятно, все еще есть опасения по поводу отношений из-за его истории. Развод — это очень тяжело, он разрушает тебя. Он пытается защитить своих детей, может быть, даже себя.
— Себя?
Она пожала плечами. — Конечно. Любовь — это страшно. Ты как будто вынемаешь свое сердце из груди. Он сделал это однажды и обжегся.
Я закрыла глаза. — Боже, именно так. С ним я действительно чувствую, что вынимаю свое сердце из груди. Как будто моя грудь недостаточно велика, чтобы вместить его. Но даже несмотря на то, что оно кажется огромным, оно также кажется и хрупким.
Ее губы изогнулись в улыбке. — Поздравляю, сестренка. Ты влюбилась.
  
Глава 25
 
Мак
 
Мои родители приехали в четверг, и в тот же вечер я встретился с Вудсом в Hop Lot Brewing Co, одном из наших старых любимых мест в котором мы бывали после работы. Я с нетерпением ждал этого, не только потому, что давно не видел Вудса, а он был мне как брат, но и потому, что весь день у меня в животе был этот чертов узел, который затягивался все туже и туже каждый раз, когда я думал о Фрэнни.
Я не спал всю ночь, слыша ее голос в своей голове. Я никуда не уйду. Ты ведь знаешь это, верно? А потом я вспоминал, как она стояла на коленях у моих ног, такая милая, сексуальная и счастливая, и мое сердце словно разрывалось. Это было слишком. Все происходило слишком быстро, и мои чувства к ней были слишком глубоки. Она была всем, чего я хотел, и я хотел ее все время.
Как я позволил этому случиться?
Сидя в баре, мы с Вудсом общались за местным IPA, крылышками, гамбургерами и картошкой фри. Он рассказал мне, как идут дела у него в штате, о своей работе садовником в загородном клубе и о работе, которую он ведет в их доме. Он также довольно много ворчал по поводу расходов и планированию свадьбы и сказал, что будет рад, когда все закончится. — Я не смогу спокойно смотреть на еще одни цветы, торт или рассадку гостей, — сказал он. — Серьезно, просто пристрелите меня первым.
— Все так плохо?
— Да. У меня нет абсолютно никакого мнения об этом дерьме, а она, похоже, этого не понимает. Как будто она принимает это на свой счет. Я говорю ей, что меня волнует только то, что мы выйдем оттуда женатыми. Если хочет она может надеть бумажный пакет.
— О, Господи. Я покачал головой. — Ты не сказал ей этого.
— Сказал. Она была недовольна мной. Он сделал еще один глоток пива и отставил стакан. — Так когда ты собираешься рассказать мне, что с тобой происходит?
Я поднял свое пиво и нахмурился. Притворяться с Вудсом было бесполезно. Мы слишком хорошо знали друг друга. — Думаю, я облажался.
— Не сомневаюсь.
Я попытался улыбнуться, но не смог.
— Черт. Ты серьезно. Что нибудь с детьми?
— Нет. Я сделал несколько глотков и отставил стакан. — С Фрэнни Сойер.
— Фрэнни Сойер? А что с ней?
Я посмотрел на него. Встретил его взгляд, но ничего не сказала.
Он понял все в мгновение ока. — Господи. Правда?
Снова подняв бокал, я кивнул. — Да. Правда. Несколько раз. Я вроде как постоянно лажаю.
— Черт. Он потер рукой челюсть. — Сколько ей лет?
— Двадцать семь.
— О. Ну, это неплохо. Ты беспокоишься из за Сойера?
— Я беспокоюсь о многих вещах. Я покачал головой. — Я не знаю, какого хрена я думал, начиная что-то с ней. У меня нет времени на девушку. У меня едва хватает времени, чтобы поссать с закрытой дверью.
Вудс засмеялся. — Еще бы.
— Мы не можем остаться наедине. Дети всегда рядом.