Непреодолимо (ЛП)

— Я не выдумывала. Хочешь послушать, что еще бывает?
— Ладно, хватит. Я попытался сделать несколько шагов в сторону ванной, но резкая боль пронзила меня, и я не успел далеко уйти.
— Фрэнни?"
Я слышала страх в голосе Фелисити, и мне не хотелось ее пугать. — Все в порядке, дорогая. Ты можешь посмотреть, готова ли Милли?
Обеспокоенно посмотрев на меня, она встала с дивана и поспешила к лестнице. Я посмотрела вниз на свои промокшие джинсы для беременных, но поскольку мой живот был таким огромным, я не могла даже увидеть, похоже ли, что я описалась или нет.
Через минуту в комнату вбежала Милли, одетая для балета, с волосами в пучке. В свои четырнадцать лет она была такой же высокой, как и я, и ее глаза горели от возбуждения. — Что происходит? Фелисити сказала, что у тебя могут начаться роды? — спросила она, задыхаясь.
— Может быть. Я слабо улыбнулась, так как мое сердце учащенно забилось при этой мысли. — Можешь залезть в мою сумочку и найти мой мобильный телефон? Мне нужно позвонить твоему отцу.
Милли и Фелисити отправились на кухню, споря о том, кто из них должен принести мне телефон. В конце концов, они обе принесли его, каждая держала один конец.
— Спасибо, девочки. Я взяла телефон и позвонила.
Слава Богу Мак сразу же взял трубку
— Эй. Все в порядке?
— Может быть. Я посмотрела на трех его девочек, которые с тревогой сидели в ряд на краю дивана. — Но я думаю, что у меня отошли воды, и у меня сильные схватки. Я закрыла глаза, когда началась еще одна схватка, и сильная.
— О, черт. Хорошо. Не паникуй. Не паникуй, блядь.
— Я и не паникую, — сказала я ему.
— Извини, я разговаривал сама с собой. Я сейчас приеду, милая. Не двигайся.
— Да, в данный момент это не вариант.
Я пыталась дышать через глубокую, сильную боль, от которой вся нижняя часть моего тела словно надулась в знак протеста.
— Девочки там? Дай мне поговорить с Милли.
— Ладно. Я протянула телефон Милли, благодарная за то, что в данный момент мне не нужно говорить.
Она встала и поднесла трубку к уху. Привет, папа. Да. Хорошо. Я позвоню. Мне позвонить в студию и сказать, что я не смогу прийти? Хорошо.
— Мне жаль, Миллс. Я бросила на нее извиняющийся взгляд. — Я не могу отвезти тебя туда сегодня.
— Все в порядке, — сказала она. "Это гораздо интереснее. Ты действительно думаешь, что родишь их сегодня?
Мне стало легче дышать, когда схватки ослабли. — Может быть. Ты можешь помочь мне сходить в туалет?
— Конечно.
Все трое хотели помочь мне, поэтому Милли и Фелисити взяли по одной руке, а Уинифред шла впереди нас, следя за тем, чтобы путь был свободен, как ледоруб перед грузовым судном.
Когда я добралась до ванной и все проверила, я была на девяносто девять процентов уверена, что все не ошиблась — у меня начались схватки.
— Хорошо, дыши, — сказала я себе. Из ванной я направилась прямо в спальню и сменила штаны.
Время не было неожиданным — мы должны были переехать в новый дом во вторник, и мы надеялись, что дети дадут нам еще неделю. Переезд немного задержался, потому что семье, у которой мы купили дом, нужно было время, чтобы освободить помещение.
Но я была хорошо подготовлена — мой чемодан для больницы был собран, и у меня было три нетерпеливых помощника. На самом деле, когда я открыла дверь, они все стояли и ждали с нервными выражениями лиц.
— Это правда? спросила Фелисити.
Я кивнула. — Правда.
Они все начали визжать и прыгать вверх-вниз. — Папа сказал помочь тебе, — сказала Милли. — Так что мы можем сделать?
— Кто-нибудь из вас может взять мой чемодан вон там, у комода?
— Да! Все трое протиснулись мимо меня и помчались к нему, оставив меня одну ковылять в гостиную. Я нашла свой телефон на диване и позвонила своему врачу, который спокойно сказал, чтобы я ехала в больницу, и маме, которая испугалась, но пообещала, что сохранит спокойствие, если я разрешу ей тоже приехать.
— Ты можешь приехать, но если ты начнешь меня напрягать, мама, я заставлю тебя поехать домой. Я повесила трубку, и держалась за спинку стула, перебарывая очередную схватку, когда в дверь ворвался Мак.
 
— Ты в порядке? — спросил он, бросаясь ко мне и обнимая меня.
— Я в порядке.
— Ты хочешь сесть?
— Нет. Стоять лучше, я думаю. Я с сожалением посмотрела на него. — Не вовремя, да? Мы еще не переехали. Ничего не готово.
— К черту, это идеальное время. Я готов.
— Но скоро переезд, и…
— Тебе не нужно ни о чем беспокоиться, слышишь меня? Он поцеловал меня в лоб. — Просто расслабься.
— Ха. Расскажи мне о расслаблении, когда я собираюсь родить близнецов.
Он покачал головой. — Этого не будет никогда, и я не могу сказать, что мне жаль. Я пережил много страшных ситуаций, но ничто так не ужасает, как появление на свет еще одной жизни, не говоря уже о двух сразу. Ты намного смелее и сильнее меня.
Это была неправда, или, по крайней мере, мне так не показалось, но я попыталась улыбнуться. — Спасибо.
— Папа! Уинифред вбежала в гостиную, таща за собой мой маленький чемодан, ее сестры следовали за ней по пятам. — Малыши идут!
— Я знаю. Он улыбнулся им через плечо. — Вы готовы к еще двум сестрам?
Милли хихикнула. — А ты?
— Да, черт возьми! Мне нравится, что меня окружают одни девочки. Кому нужны мальчики?
Я смеялась, пока очередная схватка не ударила меня так сильно, что я не могла дышать.
— Хорошо. Полегче. Он подождал, пока я кивну, а затем начал вести меня к двери. — Ты можешь идти? Помогите мне, девочки. Давайте отвезем Фрэнни в больницу, пока мне не пришлось принимать роды прямо здесь, на полу нашей гостиной.
Милли взяла меня за другую руку, Фелисити побежала вперед, чтобы открыть дверь, а Уинни шла позади с моим чемоданом. — Папа, ты действительно сможешь сам их принять? — спросила она.
— Если бы пришлось, — ответил он. — Но я думаю, что Фрэнни предпочла бы, чтобы их принимал врач.
Я кивнула. — Да, пожалуйста. Я люблю тебя, но отвези меня в эту больницу. Кто-нибудь может взять мою сумочку и положить туда мой телефон? И мои шлепанцы где-то здесь? Я ведь босиком, не так ли?
— Да, и у двери есть пара, — ответила Фелисити.
— Хорошо. Не мог бы кто-нибудь из вас надеть их мне на ноги?
— Я одену. Мак опустился на колени и смог одел их мне.
— Спасибо. Я попыталась улыбнуться ему, но мой живот мешал. — Боже мой, я гигантская. Я когда-нибудь снова увижу свои ноги?
— Увидишь. Мак приподнялся и поцеловал меня. — Но сначала ты превратишь семью из пяти человек в семью из семи.
Мне нравилось, что он был сильным и поддерживающим — он был таким с самого начала. Когда мы узнали, что я беременна двойней, а потом, что оба ребенка — девочки, я подумала, что он может расстроиться. Но за исключением случайных шуток, он ни разу не выказал ничего, кроме радости.
Все были рады — девочки, мои родители и сестры, семья Мака, Натали и сотрудники нашей кофейни. Я перестала работать пару недель назад, но регулярно заглядывала в кофейню. Мне ее не хватало.
— Спасибо, — сказала я Маку, когда он помог мне спуститься по ступенькам крыльца. Милли открыла дверь машины, и Мак помог мне сесть, что потребовало некоторого маневрирования.
Все забрались в машину, и Мак взял меня за руку, выезжая с подъездной дорожки. — Нервничаешь?
— Да, — призналась я.
— Не стоит. Он поцеловал тыльную сторону моей руки. — Ты справишься.
Мое горло сжалось. — Спасибо. Я люблю тебя.
— Просто помни об этом через три часа, хорошо?
Мне удалось рассмеяться. — Я всегда буду помнить, что люблю тебя.
Он усмехнулся. — Я люблю тебя больше. Сегодня я самый счастливый человек на свете.
— Каждый день! — крикнула Уинни с заднего сиденья.
Мак засмеялся и сжал мою руку. — Каждый день.
* * *
Восемь часов спустя я родила двух здоровых одинаковых девочек, которых мы назвали Одри и Эммелин. Я лежала в кровати, прижимая к себе одну, а Мак стоял рядом со мной, прижимая к себе другую, три старшие сестры собрались вокруг нас.