Непреодолимо (ЛП)

Я засмеялась. — Я бы не возражала. Он одарил меня обезоруживающей, мальчишеской улыбкой, от которой у меня все внутри растаяло, и исчез в коридоре.
Двадцать минут спустя мое сердце все еще колотилось. — Из-за чего ты так улыбаешься? — спросила мама, когда мы с Уинни спустились вниз, чтобы попрощаться.
— О, я не знаю, — легкомысленно ответила я, глядя, как девочка бежит по коридору в сторону кабинета отца.
— Фрэнни Сойер, ты ужасная лгунья. Она скрестила руки. Что у тебя на уме?
— Я не могла сказать ей, как я была счастлива, что дала обед Маку, поэтому я решила рассказать ей о предложении миссис Рэдли.
— Ты знаешь невесту с прошлых выходных? У нее есть идея для меня. Через тридцать секунд после моего рассказа я пожалела о том что что-то сказала.
— Я не знаю, Фрэнни, — проворчала мама, качая головой. Затем она обрушила на меня миллион вопросов, не дав мне возможности ответить на них. — Пекарня? Где она будет? Кто бы ею управлял?
— Я.
— Не смеши меня. Управлять бизнесом для тебя было бы слишком тяжело и напряженно. Ты ничего об этом не знаешь. — Я могла бы научиться, — огрызнулась я.
— Но зачем тебе это нужно? У тебя уже есть работа здесь. А твои макарунсы итак популярны на свадьбах.
— Было бы здорово хоть раз заняться своим делом, мама, — сказала я раздраженно. Тебе обязательно нужно отказать мне в этом еще до того, как мы это обсудим? Так же, как ты отвергала все, что я просила сделать самостоятельно?
Она выглядела оскорбленной. — О чем ты говоришь?
— Все то же самое. Не знаю, почему я вообще решила, что ты будешь рада за меня..
— Фрэнни!
— Это правда, мама. Я хотела делать все то, что делали мои сестры, но ответ всегда был отрицательным. Заниматься спортом. Уехать в колледж. Путешествовать с рюкзаком по Европе. Я даже никогда не была за пределами страны!
Она огляделась вокруг, чтобы убедиться, что никто из гостей не слышал моего крика, затем подняла подбородок. — Ты не можешь сравнивать себя со своими сестрами. Ты была другой, Фрэнни. Особенной. Были пределы того, что могло выдержать твое сердце.
— Больше их нет.
— Ты не знаешь этого наверняка, — сказала она, ее глаза налились кровью. — Мы так сильно беспокоимся только потому, что любим тебя, дорогая. Ты все еще наш ребенок, и…
— Я застонала, подняла одну руку и потянула дверь другой. — Хватит. Прости, что я вообще об этом заговорила. Мне нужно забрать Уинни.
Кипя от злости, я двинулась по коридору в сторону кабинета Мака.
  
Глава 5
 
Мак
 
Я поглотил обед, который Фрэнни упаковала для меня — до последней крошки крекера, капли супа и сладкого кусочка какого-то печенья. Я никогда не пробовал ничего настолько причудливого и вкусного. На самом деле, когда я закончил, я продолжал смотреть в пустой коричневый пакет, надеясь, что там волшебным образом появится еще что-нибудь.
На этой неделе я заплачу ей больше, чтобы не чувствовать, что пользуюсь ее добротой. Обычно я бы отказалась от ее предложения дать мне обед, но сегодня был такой холодный день, и домашний куриный суп звучал так вкусно. Когда я в последний раз ела суп не из банки?
Карла не очень-то умела готовить даже до того, как наши отношения развалились, но она была лучше меня.
А это о многом говорит.
Я взглянул на фотографию девочек на своем столе и пытался справиться с чувством вины, всегда возникающим особенно остро, когда я переживал, что не сделал достаточно, чтобы исправить брак, не постарался сделать все возможное ради детей. Это был постоянный нож в моем сердце.
— Папочка!
Я поднял голову и увидел Уинифред, которая вбежала в мой кабинет, одеваясь, чтобы выйти на улицу. — Эй, ты хорошо выспалась?
— Да. Она забралась ко мне на колени и обвила руками мою шею, рассказывая о приготовленном обеде, о печенье, которое они собирались испечь сегодня днем, и о том, как она дремала под «облачным одеялом" Фрэнни.
Она все еще что-то рассказывала, когда в дверях появилась Фрэнни, одетая в угги, дутую белую зимнюю куртку и бордовую шапку с меховым шариком на макушке. На ней это смотрелось очаровательно. Мне захотелось, чтобы она тоже подошла и села ко мне на колени.
 
— Извини, я застряла, разговаривая с мамой, — объяснила Фрэнни, натягивая перчатки.
Похоже, она была не слишком рада этому.
— Все в порядке? Ты все еще можешь уйти, или ты нужна ей здесь?
— Я могу уйти. Но выражение ее лица оставалось напряженным.
— Я тебе не верю.
Она вздохнула, покачав головой. — Иногда моя мать сводит меня с ума.
— Да, и моя тоже. Они знают, куда нажать, чтобы вывести из себя. Я хотел немного подбодрить ее, она выглядела такой подавленной. — Эй, миллион раз спасибо за обед. Было вкусно.
Ее черты смягчились и она улыбнулась. — Не за что. Уинни тоже понравилось — она съела две тарелки супа. И я имела в виду то, что сказала насчет рецепта. Я с удовольствием поделюсь.
Я посмотрел вниз на Уинни. — Что ты думаешь? Смогу ли я справиться с приготовлением домашнего куриного супа?
Она хихикнула и покачала головой. — Ни за что.
Я вздохнул. — Но мне нужно кормить вас более здоровой пищей. Я должен хотя бы попытаться.
— Фрэнни говорит, что сегодня мы можем приготовить лимонные макароны, — объявила Уинни.
Фрэнни засмеялась и положила руки на бедра. — Макарунс, а не макароны. Не то чтобы они были очень полезными. Это печенье было в твоем обеде, — сказала она мне. — Они тебе понравились?
— Да. Я все время искал еще в пакете. Я не очень люблю десерты, но эти были восхитительны. Не слишком сладкие.
Если они сделаны правильно, они не должны быть слишком сладкими. И, — добавила она с улыбкой, — они без глютена.
— Спасибо. Эй, как ты стала такой хорошей поварихой? спросил я, искренне любопытствуя.
Она пожала плечами. — В детстве я много времени проводила дома с мамой. Она всегда следила за тем, чтобы я ела очень здоровую пищу, потому что… ну, просто потому что. А зимы здесь длинные. Готовка и выпечка заполняли все время.
— Зимы здесь длинные. Я посмотрела в единственное окно в своем кабинете. Снежинки продолжали падать, но сегодня ночью должно было стать еще тяжелее. — Тебе лучше поехать. Дорога лучше не станет.
— Ты знаешь, сколько снега выпадет сегодня вечером? — спросила она. Я слышала, от восьми до десяти дюймов.
Я бы хотел дать тебе от восьми до десяти дюймов сегодня вечером, подумал я. А сказал: Я думаю, что примерно так, но снег начнет идти только в пять или шесть часов. Ты можешь ехать в такой снегопад?
О, да. Я в порядке. Мой отец дал всем нам несколько уроков вождения по снегу.
Правдивая история, — сказал хрипловатый мужской голос.
Я поднял глаза и увидел, что в коридоре позади Фрэнни появился высокий плотный Джон Сойер. Он положил руку на шею своей дочери, сжимая ее в замок.
— Папа, — простонала она, дергая его за руку. — Отпусти.
— Никогда. Он прижал ее к себе и посмотрел на меня через плечо. — Есть время обсудить несколько вещей?
Я кивнул, поцеловал Уинни в голову и мягко столкнул ее со своих колен. — Да. Будь умницей, Уинн. Увидимся позже. Сойеру я сказал: Ваша дочь спасла меня, согласившись присмотреть за моими детьми сегодня днем.
— Она — хороший ребенок, — сказал Сойер, крепко сжимая ее.
— Спасибо, папа. А теперь отпусти меня, пока я не задохнулась.
Сойер засмеялся, отпуская ее. — Будь осторожна там. И позвони мне, если не захочешь потом ехать домой. Я приеду за тобой.
— Я могу привезти ее обратно, — предложил я. Милли достаточно взрослая, чтобы остаться с двумя младшими, или я могу закинуть их в машину.
Сойер подтянул джинсы и наклонился, чтобы поговорить с Уинни, положив руки на колени. Он никогда не надевал на работу официальную одежду — говорил, что он фермер и счастливее всего на улице, в грязи. — А как ты, орешек?
— Хорошо.
— Сегодня не ходила в садик?