И вновь Золотая Неделя! (СИ)
— А это же «Три богатыря»?
— Верно! — Подтвердил Сергей Антонович, — Репродукция.
— Меня обещали сводить в Третьяковку! — Похвастался я, — Посмотрю на оригинал! — Вздохнул: — Жаль, Антону со мной в Москву нельзя.
— Извини, нашему сыну нужно учиться! — Сделала вид, что это их решение, Антонина Петровна.
— А у нас Золотая Неделя, не учимся. Жаль, пропущу обращение Императора, — Вздохнул, но воспрял духом: — Но мне обещали привезти кассету!
Попробовали уху — вкусная, сука! Гребаные МИДовцы!
— А это правда, что у твоего дедушки восьмой дан? — Не утерпел Антон.
Переадресовал вопрос деду и перевел ответ, узнав очень много нового и для себя. Например, у некоторых олимпийских чемпионов дан всего третий. Но дзюдо вообще странная штука, раз маме Хомуре дан выдали за удачное замужество. А еще — мой дед может буквально по собственной воле «возвышать» достойных, выдавая им вплоть до четвертого дана. Не удивлюсь, если прямо сейчас в Омск со всех уголков огромной страны прибывают страждущие. Сам того не зная, я сделал Советской федерации дзюдо невероятных размеров подарок. Что ж, тоже польза!
Спасибо деду за пространную лекцию, благодаря которой удалось рассеять остатки неловкости за столом. На второе подали запеченную оленину с овощами, и, персонально для деда — нарезку из сырого мяса и рыбы, которые он макал в соевый и чесночный соусы. Мы с другими детьми пили «Пепси», а взрослые — Крымское вино, такое же, как в самолете.
Когда дед иссяк, Антон спросил меня про знакомство со Сталлоне, и, вместе с другими подарками (фотоаппарат с кучей пленки, аудиовизуальный контент нашего производства с закадровым одноголосым переводом — это временно, после поездки в Москву займусь нормальным дубляжом, книги на английском и «Фамиком» с кучей кассет — каждая снабжена кратким мануалом на тему «куда нажимать», та же ситуация с парочкой «Геймбоев» — для Антона и Ольги, с разными покемонами), вручил пацану пачку подписанных фоток всех приезжавших ко мне знаменитостей. Тут же подключили приставку: телек-то «подарочный», рекламно-хондовский, и стоит в комнате Антона — тоже не больно-то обжитой! — так что никаких проблем с коммутацией — и мы с Антоном пару раз сдохли на первом же экране «Контры». Я — чтобы пацану не было неловко. Оставив его сестру осваивать Марио, вернулись на кухню, где нам подали какой-то вкусный торт с очень хорошим даже на мой избалованный вкус, чаем, и я купировал возможную проблему:
— Я слышал теории, что видеоигры сажают телевизору кинескоп, но это совсем не так! «Фамиком» показывает всего 48 цветов, в то время как телевизионная картинка имеет цветов гораздо больше! Значит приставка нагружает телевизор даже меньше.
— Да у нас все равно SECAM, — Успокоил меня отец Антона, — Мы этот телевизор и не смотрели почти, обычно другим пользуемся. Мне тут Михалыч спаял…
И мы сходили в гостиную посмотреть на дело рук Михалыча в виде самодельного адаптера NTSC-SECAM. Работает! Может мне этого Михалыча в Японию выписать?
— Извините, совсем не подумал про стандарты вещания, — Покаялся я, — Хорошо, что у вашего друга золотые руки!
— Да какой там «золотые», — Хохотнул Сергей Антонович, уже изрядно напитавшийся винцом, — Трезвый — дуб дубом, но как выпьет…
Антонина Петровна ткнула его локтем в бок, глава семьи смущенно «кхемснул», и мы вернулись за стол. Просидев в гостях еще полчасика, решил откланяться, всей душой радуясь, что послушал Люду, и нам не нужно оставаться здесь с ночевкой. Да мне бы кровать с периной и балдахином притаранили прямо из местного краеведческого музея, а для деда — застелили целую комнату татами, чтобы он мог отдохнуть на привычном футоне! На прощание приняли ответные подарки: мне — искусно вырезанное из дерева семейство медведей — папа, мама и два медвежонка, а деду — комплект столь же качественно сделанных деревянных дзюдоистов, которые ему очень понравились.
Откланялись, поручкались и уселись в «ЗИЛ», к дремлющему Николаю Степановичу.
— В походе такой же «булщит» будет? — Спросил я зевающего посольского.
— Почему «булщит»? — Сымитировал непонимание он.
— Пофиг, — Решил я не обострять — вдруг Паршиным влетит? — Сколько снайперов будет охранять наш маршрут?
— Семнадцать человек, — Спокойно ответил МИДоКГБшник, — А как ты хотел, Иоши-кун? — Развел он руками, — Нам международный скандал совсем не нужен, поэтому твою безопасность обеспечивают на высшем уровне!
— Большая честь! — Уныло подытожил я.
Глава 25
— Это же не отдых, и даже не туризм, Николай Степанович! — Сокрушался я по пути к школе олимпийского резерва, на мощностях которой будут принимать деда, — Охрана-то понятно, я ее и не заметил, так что пускай, но людей-то зачем вот так напрягать?
— Мы же не звери, Иоши-кун! — Сымитировал обиду посольский, — Уверяю тебя, от твоего визита семья Антона только выиграла. Они все тебе очень благодарны.
— Мне опыт нужен, Николай Степанович, — Решил я выбить из МИДоКГБшника немного интересного для себя досуга, пока дед будет занят, — Кругозор! Творческий потенциал человека от него прямо зависит!
— С этим утверждением сложно спорить. Хочешь вернуться, но уже без официантов?
— Пострелять хочу! Говорят, у СССР самое лучшее в мире стрелковое оружие! Из несекретного, конечно!
— Это — крайне небезопасно, Иоши-кун! — Ожидаемо отказал Николай Степанович.
— В Африке полицейский негр давал мне пострелять из АК-47, и я, как видите, жив и здоров! — Не сдавался я.
— Очень хорошо, что мы не в Африке! — Вполне разумно заметил посольский.
— Кровавый режим, что с вас взять! — Расстроился я, — Ни в гости нормально сходить, ни на танке покататься! Боитесь, что солдаты не успеют покрасить траву к моему приезду?
Николай Степанович хохотнул и укоризненно покачал головой:
— Я на это не попадусь, Иоши-кун!
— Придется попросить американцев, когда вернусь домой! — Прибег я к откровенно грязному приему.
— Что ж, надеюсь, у тебя все получится! — Не повелся МИДоКГБшник и на это.
Отстой.
Возле нужной нам школы в виде панельного двухэтажного типового здания с пристройками и расположенным за этим всем стадионом стояло штук пятнадцать «ПАЗиков», десяток «Икарусов» и два новеньких автобуса с логотипом «Хонда». Народу — тьма! Часть — в форме милицейской, часть — в военной, часть поменьше — в школьной и «на гражданке». Все — с ручной кладью. Форму принесли, надо полагать. А еще мы привезли с собой очень много "гуманитарных" кимоно, так что уходить достойные будут с обновками. На улице прохладно, но дед все равно отдал приказ через встретившего нас у школьных ворот (вместе с десятком «пиджачных» советских граждан) ворот переводчика по имени «просто Алексей» переместить ивент на стадион — небольшой, мест на триста, но гораздо лучше школьного спортзала.
Пока толпа втягивалась в школьный двор — солдатики сформировали образцово-показательную колонну, к нам подъехала «Волга» с армейскими номерами, и оттуда выбрался седой мужик с «однозвездочными» генеральскими погонами на не менее генеральской форме. Этот тоже возвышаться приехал? Глядя, как он целенаправленно движется к нам, а Николай Степанович пошел навстречу, воспользовался моментом, поймал деда за рукав и тихонько прошептал на ухо:
— Если здесь или в Москве среди спортсменов будет Владимир Путин, отметь его. В какой-то момент он нам может сильно помочь!
— Хорошо! — Покладисто согласился дед.
Посольский генерала остановить не смог, поэтому сквозь гомон толпы удалось услышать остаток генеральского монолога:
-…Позарез!
— Ничего не могу сделать, — Вроде как расстроенно ответил Николай Степанович.
— Коля, я же могу позвонить! — Перешел генерал к угрозам, — А так — буду должен. Лично тебе должен! — По всем мафиозным заветам переключился на подкуп.
— Иоши-кун, это… — Добравшись до нас с сурово взирающим на восторженно таращащуюся на него толпу дедом, начал посольский процедуру знакомства.